Генеральный попаданец 6 (СИ). Страница 46

Темные улицы и холодные дома

Энергосбережение стало национальной идеей. В Великобритании премьер-министр Эдвард Хит призвал граждан «чистить зубы в темноте». Звучит как шутка, но для миллионов это стало реальностью.

«Я помню, как мы сидели при свечах, закутавшись в одеяла», — рассказывает Мария Бергер из Западной Германии. «Температуру в домах пришлось снизить до 15 градусов. Мы спали в свитерах и шапках».

Скорость — роскошь: 55 миль в час

В попытке сэкономить бензин, США ввели общенациональное ограничение скорости в 55 миль в час (88 км/ч). Эта мера, изначально временная, просуществовала до 1995 года, став частью американской культуры. Группа Sammy Hagar даже написала хит «I Can’t Drive 55», ставший гимном протеста против ограничений.

Цифры говорят сами за себя

Потребление нефти в США сократилось на 20% за несколько месяцев.Цена на бензин выросла на 40% за год.

ВВП США сократился на 6% в первые месяцы 1974 года.Инфляция в развитых странах достигла двузначных цифр.

Энергетический кризис 1973 года стал водоразделом в истории развитых стран. Он не только изменил экономику и политику, но и трансформировал сознание целого поколения. «Мы вдруг осознали, насколько хрупким может быть наше благополучие», — подводит итог историк Дэниел Ергин в своей книге «The Prize».

Сегодня, когда мир вновь сталкивается с энергетическими вызовами, уроки 1973 года становятся как никогда актуальными. Они напоминают нам о важности энергетической безопасности и о том, что за комфорт иногда приходится платить высокую цену.

Стагфляция 1970-х: Экономический парадокс, изменивший мир

В истории экономики есть моменты, которые переворачивают все с ног на голову. Стагфляция 1970-х годов стала именно таким моментом, поставившим в тупик экономистов и политиков и изменившим ход экономической истории.

«Это было, как если бы законы экономики внезапно перестали работать», — вспоминает Алан Блиндер, бывший вице-председатель Федеральной резервной системы США. «Мы привыкли думать, что высокая инфляция сопутствует экономическому росту, а безработица растет при спаде. Но тут все перемешалось».

Действительно, цифры того времени выглядят как экономический оксюморон. В США инфляция достигла 12.3% в 1974 году, в то время как экономика сократилась на 0.5%. В Великобритании ситуация была еще хуже: инфляция взлетела до невероятных 24% в 1975 году, при этом безработица выросла до 4.5%. Даже Германия, экономическое «чудо» послевоенной Европы, не избежала этой участи, столкнувшись с инфляцией в 7% и отрицательным ростом ВВП в 1975 году.

Спад промышленного производства был особенно болезненным. «Это было похоже на эпидемию закрытых заводов», — рассказывает Джон Смит, бывший рабочий автомобильного завода в Детройте. «Каждый день мы приходили на работу, не зная, не окажется ли она последней». Промышленное производство в США сократилось на 15% с октября 1974 по март 1975 года. В Великобритании и Японии ситуация была не лучше, с падением производства на 10% и 20% соответственно.

В мире финансов редко случаются революции, но появление нефтедолларов в 1970-х годах было именно таким событием. Это явление не просто изменило расстановку сил на мировой арене — оно создало новую финансовую реальность, отголоски которой мы ощущаем до сих пор.

«Представьте, что вы просыпаетесь однажды утром и обнаруживаете, что стали миллиардером», — так образно описывает ситуацию 1973 года Ибрагим Османи, бывший министр финансов Кувейта. «Именно это произошло со странами ОПЕК после нефтяного эмбарго».

Действительно, резкий рост цен на нефть привел к беспрецедентному притоку долларов в страны-экспортеры нефти. За считанные месяцы их доходы выросли в четыре раза. «Это был финансовый потоп библейских масштабов», — комментирует Дэвид Любин, автор книги «Dance of the Trillions» о движении капитала в развивающихся странах.

Но внезапное богатство принесло с собой неожиданные проблемы. «Мы оказались с горами денег, которые нужно было куда-то вложить», — вспоминает Али аль-Наими, бывший министр нефти Саудовской Аравии. Так родилась проблема «рециклирования нефтедолларов» — необходимость вернуть эти огромные суммы в мировую экономику. Западные банки и финансовые институты быстро осознали открывшиеся возможности.

«Это был золотой век для банкиров», — рассказывает Чарльз Фримен, бывший посол США в Саудовской Аравии. «Они летали в Эр-Рияд и Кувейт чартерными рейсами, предлагая инвестиционные схемы».

Глава 13

5 ноября 1972 года. Вена. Непростые встречи

Черт бы побрал этих коммунистов! То есть французских комми, что сидят сейчас напротив за столом. Специально приперлись сюда, чтобы меня перехватить. Позавчера, наконец, закончились невероятно сложные переговоры между Израилем и Лигой Арабских государств. Внезапно арабы перед лицом опасности оказались в этой реальности сплоченней. Яркие лидеры вроде Садата и Аль-Бакра сумели подковерными интригами вместо рыхлого в моем времени ЛАГа создать организацию, с которой приходится считаться. Советскому Союзу не удается пока стоять в стороне. Да и недавние наши маневры в попытке отойти в сторону не прошли незамеченными. Еще в 1967 году в арабских столицах прошла цепь антисоветских волнений. И я тогда с помощью людей Судоплатова откопал их источник в Лондоне. Ох, как был зол.

Затем случилась ночь «длинных ножей» в Бейруте. Когда активная агентура Ми-6 и ЦРУ враз ополовиналась. Разрыв с баасистами Ирак и Сирии. Военные операции Ирана в Персидском заливе с нашей поддержкой. Арабы внезапно осознали, что мы можем и стукнуть, и стукнуть больно. Заодно пожгли собственность британских корпораций и намекнули Аль-Бакру, что тот может смело национализировать в Ираке нефтяные месторождения. После этого установился хрупкий мир с баасистами, мы даже снова начали продавать некоторым странам оружием. Остальные получали его через страны-прокладки вроде Чехословакии. Брали плату нефтью, что перевозили «теневым флотом» Родезии. Это позволило работать нашим зарубежным НПЗ не с колес. Нефтяной бизнес, вообще, оказался золотой курочкой. Не зря там всю жизнь Рокфеллеры ошивались.

Большую часть наших оружейных поставок составляла всякая старая рухлядь. Больно уж много мы танков и прочего непонятного наклепали. Получить вместо них валюту имело смысл. Новые образцы ПВО и самолеты приобрели лишь Египет и Алжир. Первый нам был нужен, как держатель Суэцкого канала. Второй — как место базирования Средиземноморской флотилии. Понятно, что израильтяне не особо были довольны сложившимся примирением, но деваться им было некуда. Две недели бойни не принесли никому однозначной победы. Сирийцы опять понесли невосполнимые потери. Их армия по уровню не дотягивала до приемлемой. Иракские танкисты ожидаемо застряли на западном берегу Иордана. Египтяне улучшили свои позиции, но дались их успехи большой ценой. Израиль также понес огромные потери в технике. Но весь мир наблюдал за противоборством. Военные смотрели, какая техника лучше. Политики решали, на кого поставить. Лишь экономика, кроме ВПК пошла вразнос. И все впечатлились нашему небольшому, но внушающему уважение вмешательству в южном Ливане. После этого израильтяне попросили держать с ними постоянную связь и облетали места дислокации наших военных представителей стороной. Уже две войны за пять лет. И ни одна, как том времени не принесла знаковой победы. Мне кажется, что через некоторое время состоится еще одна бойня. И предотвратить я ее не смогу. Да и нужно ли?

Случившийся в октябре нефтяной кризис потряс всех. Совбез ООН категорически потребовал окончания военных действий. Что опять заставило меня посмеяться. В Нью Йорк давно не летал никто из первых лиц СССР. По моему мнению ООН в том виде, что сложился после войны, не имеет никакого смысла. Организация для балобольства. Мне, вообще, непонятно зачем Союз, а затем Россия платила туда кучу денег. Как и в ОБСЕ. Потому никакого Хельсинки и примирения при мне не состоится. Мы в своем праве поддерживать послевоенный паритет. А все эти совещательные конторы, по моему глубокому мнению, лишь ограничивают наш суверенитет. Сколько по этому поводу в конце шестидесятых было сломано копий на Политбюро и в МИДе! Пока не осознали и мою мысль поняли.