Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ). Страница 42

Как-то получилось, что нас теперь было пятеро – Я, Тисса Налсана, Фарат, у которого договор с Дакаром до середины зимы, помощник Тиссы по имени Эдмунд, но с подачи Фарата он быстро стал просто Эдом, и его приятель или родственник (во всяком случае, появлялись они обычно вместе) по имени Густав. Вот он как раз сразу пресек попытки Фарата как-либо сократить его имя.

И странное дело. Именно в тот день я впервые спокойно и незаметно сняла платок. Он мешал просто, было тепло, и я сняла. И никто не обратил внимания. Он перестал быть необходим. Но он был красивый – можно потом использовать просто как шарфик. Многие носят шарфики.

Мы привезли Сулу спящей – так было проще. Договорились, что когда проснется – рядом будем мы с Фаратом – нас она хоть подпускает к себе.

Ждали, ждали, а все равно все произошло неожиданно!

Раз! И янтарные глаза открыты. Два! И крылья в растопырку, как по команде «Бриз!».

Она испугалась: новые запахи, другой свет.

Воздух тоже другой, более влажный и теплый.

Она испугалась, в очередной раз попробовала вскочить, забила крыльями. Так что Фарат даже ее окликнул, привлек к себе внимание.

Новый вольер да, был даже просторней старого, но вот «порожка», разделителя территории на грифонью и человеческую части – не было. Мы просто стояли в дверях. Ветер от крыльев долетел до меня. А потом она вновь упала. К сожалению, без разбега грифоны не умеют взлетать. А для разбега нужны все четыре лапы.

Я метнулась к ней – успокоить, тоже позвала по имени. Чуть не получила клювом по руке… но она вдруг узнала меня, передумала клевать и даже пожаловалась, проворчав что-то на грифоньем мне в плечо. Можно сказать, полдела было сделано!

– Вот вернется ректор, – говорила я ей в ответ на ее ворчание, – представляешь, как он удивится? Вернется, а ты у нас уже не птичка, а рыбка, и в бассейне плаваешь! Как тебе такая идея? А потом снова как научишься летать… Сула, Сула! А вот пообещай мне! Самый красивый ты грифон этого мира и окрестностей… пообещай, что обязательно меня покатаешь на себе, как только будет можно. Потому что мы тебя непременно вылечим, маленькая! Даже не сомневайся! С таким-то бассейном!

Конечно, она не могла меня понять. Но грифоны, как любые животные, прекрасно умеют понимать интонации. И мои интонации, кажется, ей нравились.

Фарат хохотнул и сказал:

– Ронка, ты не представляешь, насколько вы с ней похожи! Вот сейчас – особенно!

Я показала ему кулак, но возражать не стала. Мы с ней похожи.

Похолодало через несколько дней. Однажды вечером я пришла в нашу с Дрианой комнату со стучащими зубами – да и ноги-руки тоже сильно замерзли: холод пришел как-то резко. Эд, выглянув на улицу и сравнив температуру, и вовсе намеревался ночевать «на объекте», но начальница выгнала. Остался Фарат, у которого богатый опыт и зарплата. Хотя, мне кажется, он давно уже с нами не за деньги.

Впереди еще много работы, но самое сложное – кран и подвесы. Медики и сегодня еще спорили, обсуждали детали. Разошлись поздно. Хорошо, Тисса меня подвезла почти до самой Академии, можно обойтись просто горячим душем, без применения магии.

Но не успела я войти, как Дриана, до того занятая каким-то занимательным чтением, вскинулась:

– Ронка, а что я знаю!

– Что?

– А Дакар скоро вернется. Мужчина моей мечты победил всех врагов и сможет, наконец, отдохнуть в нашей тиши…

– Откуда новости?

Я подышала на руки, разделась, активировала нагреватель. Скоро можно будет попить чаю.

– Бррр! Ты как из холодильной камеры!

– Так я из нее! Снаружи даже снежок пошел! Так что там с мужчиной мечты?

Дриана свою симпатию к ректору не скрывала. Но при этом никаких планов на него не строила и вообще, кажется, на данном этапе строила глазки какому-то уж очень недоступному и прекрасному парню с боевого факультета.

– А вот!

Она подняла с тумбочки и помахала у меня перед носом свежей городской газетой. Зачитала с выражением:

– В Оставленном Городе силами всадников и лучших магов королевства, при поддержке лорда-правителя Каритской республики, прошла операция по выявлению и уничтожению преступных картелей бутлегеров. Несмотря на отчаянное сопротивление бандитов, большая их часть была уничтожена, многие руководители были взяты в плен. Так же всадникам удалось добыть документы, способные бросить тень на древнейшие благородные дома Империи. И хотя наш корреспондент не смог узнать конкретных имен, скандал обещает быть крупным. Император выказал озабоченность этой проблемой. В Северных провинциях так же были найдены и уничтожены тайные склады картелей, некоторые из которых скрывались под вывесками солидных фирм и организаций… но это уже не так интересно. В общем, на что спорим, что Дакар там был?! И что раз они уже всех победили, и об этом можно писать в газетах, значит, он скоро приедет?

– Может быть!

Я села на свою кровать и протянула руку. Понятливая моя соседка тут же сунула газету мне в ладонь.

Ого! Да статья-то была на всю полосу! Правда, львиную долю места занимали красивые цветные снимки… и тут я чуть не выронила эту самую газету: один из домов на снимках был мне хорошо знаком!

Да я сама провела в нем больше месяца, когда сбежала из родного дома.

Дом, в котором останавливалась тетушка Примула, когда приезжала к нам на Север. «Деревня Ключи, дом двадцать восемь», не оставляла сомнений и статья.

Только на снимке дом был, как после пожара – выбитые окна, обгорелые стены. И только палисадник с аккуратно постриженными кустами и синими бессмертниками казалось, был кем-то дорисован.

Но именно он-то и был таким, каким я его помнила.

Дом тетушки. Именно в этих кустах я и пряталась той ночью, будучи ящерицей. И все уговаривала себя успокоиться, и что я непременно смогу опять стать человеком. Потому что отчим даже волшебным кинжалом не смог бы меня заколдовать навсегда.

Я облизнула пересохшие губы и прочитала:

«Один из перевалочных пунктов трафика мертвой воды проходил через деревню Ключи Провинции ди Стева. Местные жители и не догадывались, что на одной улице с ними…». Но… какое к этому всему имела отношение Примула Фелана?

Надо будет спросить у ректора…

А тетушка часто общалась с мамой.

Могут ведь и маму заподозрить… а она в горах разбилась. Куда-то ездила по делам, так отец сказал. Но дела. Если следователь окажется предвзятым, то легко предположит, что именно по таким делам она и ездила. И поэтому погибла.

Но… этого не может быть!

Да, я редко бывала дома. Я ничего не знала про то, чем занимаются родители и на что вообще живет семья. Верней, знала то, что мне говорили. У нас сильные семейные источники, неплохое производство магических артефактов и концентраторов…

Да в нашем доме никому и не нужна мертвая вода. Зачем нам? С хорошим «своим» источником и доступом к нему.

Я захлопнула газету, прижала ладони к вмиг вспыхнувшим щекам. Но Дриана восприняла мой жест немного иначе:

– Ро-он! А ведь признайся… тебе же наш ректор тоже нравится? У нас шептались, что вы с ним даже встречаетесь!

Она вздохнула:

– Вот почему про меня таких сплетен не ходит?!

– Ты не даешь повода? – подняла я брови.

Она рассмеялась.

Ну да, какой там – не дает повода! Разве что сама в университетский бюллетень не выставляет списки покоренных сердец. Зельеваров и артефакторов.

– Дакар мне нравится. – Обстоятельно ответила я. – Он мне помог с волосами, помнишь?

А про себя добавила: «Даже слишком. Но вдруг он решит, что я тоже. Как-то связана с мертвой водой? И может, даже специально оказалась у него на пути в тот летний день?». Завтра же надо хоть попытаться все узнать про тетушку!

***

Я снова ждала под дверью кабинета следователя, когда пригласят. У него кто-то был там, в кабинете, я слышала голоса, шорохи.

Стояла, сжав в кулаке газету, и ждала своей очереди.

Наконец из кабинета быстрым шагом вышел незнакомый мне полный и высокий мужчина. Окинул меня презрительным взглядом, даже поморщился, как от зубной боли, и ушел. Так и не сказал ничего.