По ту сторону синих гор (СИ). Страница 157

Бьёрн с глухим рыком вызверился на Къярваля, и пока они не поубивали друг друга, я стремительно вернула себе свой человеческий облик и, вскочив на ноги, втиснулась между вспыльчивыми мужчинами.

– А ну, хватит! Ну что вы за дурачьё такое? – пристыдила их я. – Неужели нельзя нормально пожать друг другу руки и смирить свою гордыню? Он тебе, между прочим, жизнь спас, – напомнила Бьёрну, указав на Къярваля.

Дядя надменно задрал свой породистый нос, который я тут же опустила:

– А Бьёрн тебе первый руку подал и поблагодарил! Тебя вежливости совсем не учили?

Къярваль приоткрыл рот, а потом весело фыркнул:

– Ну надо же – вся в мать!

Вздохнув, он всё-таки протянул моему мужу руку, и когда тот молча ответил, я радостно улыбнулась.

– Это ничего не значит, – глядя на меня, грустно усмехнулся Къярваль. – Сейчас мы с виххардами уйдём к себе в Серую Пустошь, Бьёрн вернётся в Эдерхейд, и завтра мы снова станем врагами.

– Ты можешь остаться, – тихо предложила я, и Къярваль отрицательно качнул головой:

– Нет, меня здесь никогда больше не примут. Да я и сам этого не хочу.

Я огляделась по сторонам, задержала взгляд на волшебных камнях, установленных на башнях, и меня посетила безумная идея.

– А знаете, я кое-что придумала! Мне только потребуется немного тишины, время на расчёты и что-нибудь, чем можно рисовать на снегу.

– Мой нож подойдёт? – протянул мне своё оружие Къярваль.

Я согласно кивнула и попросила его ещё об одном одолжении:

– Распорядись, чтобы твои соратники собрали все магические камни на башнях и принесли их сюда.

– Что ты задумала? – спросил Бьёрн, стоило мне утрамбовать ладонью снег вокруг себя и начать кончиком ножа вычерчивать сначала общую схему, расшифрованную мною ещё утром, а затем и новые магические формулы.

– Во-первых, мне нужно деактивировать созданный Магнусом конструкт, а для этого мне понадобится твоя и моя кровь. Но я хочу не просто вернуться к изначальным привязкам Хранителей к барьеру, я хочу их немного изменить.

– Немного – это как? – с явной иронией уточнил муж.

– Самую малость. А во-вторых, мне кажется, если мы перенесём горную гряду за озеро Ситайя, то эринейцам будет очень сложно до него добраться, чтобы снова попытаться использовать его воды для разрушения барьера.

– Действительно, самая малость, – насмешливо закивал Бьёрн. – Чего уж там! Всего лишь перенести горную гряду! Да раз плюнуть!  

– Я понимаю, что это звучит безумно, но древние Хранители уже это делали. Ты и я – обладатели магии эфира. Мы можем не только передвинуть горы, но и превратить воду в песок, повернуть реки вспять, заставить ветер дробить камни и сделать пустыню цветущей долиной! 

Бьёрн нахмурился. 

– Я не знаю, как это сделать.

– Ирридэль знает, – улыбнулась я. – А всё, что знает она, знаю и я. Потому что я открыла ей свой разум и впустила в своё сердце. Она подсказывает мне, как всё исправить!

– И как же? – повёл бровью муж.

– Нужно переместить границу Разлома к священному источнику, чтобы виххарды тоже могли к нему приходить.

– С ума сошла? – воскликнул Бьёрн.

– Нет, ничуточки! Подумай сам: источник появился здесь одновременно с виххардами и Звездой Забвения. Они все – элементы другого мира! Виххарды утратили свой человеческий облик, потому что магия Ирридэль исчезла из Разлома! Они и приходят сюда, чтобы её отыскать! А те кайгены, коих вы изгнали в Серую Пустошь, тоже превращаются в виххардов, потому что потеряли связь с источником жизни, и лишь женщины, к которым у них были сильные чувства, могут вернуть им их прежний вид, но только пока находятся рядом. Мы обязаны это исправить!

Ко мне заинтересованно подвинулся Къярваль, растерянно спросив:

– И ты действительно способна это сделать?

Меня его потрясённый вид почему-то развеселил.

– Конечно! Я даже могу назначить тебя первым Хранителем виххардов. Хочешь?

Къярваль кисло скривился, и я миролюбиво заметила:

– Можешь называться как захочешь: королём, хранителем, привратником, стражем или ещё как-то, но суть будет одна – за источником придётся присматривать именно тебе! Ну, а в дальнейшем твоим потомкам!

В глазах родственника сверкнул живой интерес, и, поразмыслив всего мгновение, он согласно кивнул:

– Хорошо! Что я должен делать?

– Для начала отдай мне волшебный камень и артефакт перехода, который ты получил от Магнуса Крида.

– А если нет? – насторожился Къярваль.

– А если нет, то главным я сделаю во-он его, – ткнула пальцем в первого попавшегося мне на глаза виххарда, и дядя, скорчив недовольную мину, предал мне всё, что я у него попросила. 

И он почти не ворчал, когда я разбила артефакт и принялась за работу.

Завершив необходимые расчёты, я попросила мужчин расставить волшебные камни в углах нарисованной мною схемы, а затем приказала им порезать ладони и заполнить бороздки лежащей в основе пентаграммы своей и моей кровью.

– Ты готов? – спросила, взяв мужа за руку, а в ответ получила лишь его насмешливый взгляд.

Как только я активировала конструкт, волшебные камни вспыхнули алым светом, и земля у нас с Бьёрном под ногами начала дрожать, поглощая каменную кладку разрушенных стен и уничтожая всякое напоминание о Хель-Тери и о том, что здесь произошло ещё совсем недавно.

Пространство искажалось. Время замедлилось. Потоки эфира зыбко проходили сквозь наши с Бьёрном тела, и за кромкой уходящих вдаль вод озера восставали непроходимые горы. Холодные, синие, укутанные белыми шапками вечных снегов.

Когда всё закончилось, рядом не было ни Къярваля, ни виххардов, ни груды мёртвых тел – только белый снег, голубое озеро, на берегу которого мы стояли, и бесконечные синие горы, окружающие нас со всех сторон.

Бьёрн недоверчиво смотрел по сторонам, кажется, до конца не веря, что у нас всё получилось.

– Хочешь сказать, что теперь мы сможем жить спокойно? – перевёл на меня свой синий взгляд он.

Ну, спокойной жизни со мной я ему вообще-то не обещала, а в целом…

– Поживём – увидим, – подныривая под руку мужа, шепнула я и открыла проход в Эдерхейд, намереваясь поскорее добраться с Бьёрном до нашего халле, чтобы заняться его ранами.

Сейчас только они тревожили меня больше всего. 

****

Мы появились посреди оживлённой улицы, заполненной людьми, которые при виде нас стали радостно кричать и приветствовать своего оэна и Хранителя – прихрамывающего, сильно потрёпанного, но живого и всё такого же грозного.

Впрочем, и моей радости не было предела, когда я обнаружила рядом с Гордом и Иденом целого и невредимого Харва. 

Эйтары подходили, хлопали Бьёрна по плечу, кивали и улыбались мне, и я испытывала жгучий стыд за то, что переполошила весь клан, едва не погубила Бьёрна и чуть не лишилась жизни сама.  

– Не ожидала, что наделаю столько шума, – виновато вздохнула я, добравшись с мужем до самых ворот нашего халле.

– Ещё раз ослушаешься меня, женщина – выпорю. При всех! – тяжело опираясь на моё плечо, Бьёрн сделал шаткий шаг. Остановился, словно передумал идти дальше. Сжал огромной лапищей мой затылок, заставляя смотреть себе в глаза. – Не слышу ответа.

– Прости, муж мой, – я проглотила тающую где-то в груди обиду, увидев во взгляде кайгена совершенно не похожее на гнев чувство, и, приходя в трепетный восторг от этого открытия, с вызовом вскинула голову. – Но тебе ведь понравилось?

Что-то незнакомое вспыхнуло в глубине потемневших глаз Бьёрна. Не от человека – от зверя внутри него: дикое, собственническое, жадное.

– Вернёмся в дом – покажу, как сильно, – таинственно ухмыльнулся он, все ещё сжимая пальцы на моей шее, но только теперь совершенно с иной целью: большие и жёсткие, они с неспешной лаской гладили кожу у меня на затылке, поднимая волоски дыбом и разгоняя по телу тяжёлую горячую волну.