Отмеченная (СИ). Страница 28

Отнюдь не просторной спальне с большой кроватью, не гардеробной, размером с мою комнату и забитую от пола до потолка нарядами. Я завидовала тем чувствам, что могла получать, не прикладывая усилий.

Но ведь когда сложно, тогда и ценишь, верно? Когда утром нужно одеться и спуститься вниз в прохладу утра, обойти дом, пройтись по дорожкам к поляне. И только там наконец-то, раскинув руки, насладиться теплом солнышка, ласкающим кожу ветерком, пением птиц. Я часто пропадала в саду целыми днями. Работы там всегда хватало.

Эти воспоминания проносятся перед глазами, пока я направляюсь в святая святых сестренки. И отчего-то возвращается тоска. Мне стали милей те заснеженные горы вдалеке, пушистые ели и морозный воздух.

— Агнес! — восклицает Анна, когда я захожу в ее комнаты. Сестра вскакивает с кушетки и торопится мне на встречу. Правда, не дойдя до меня, замирает. Чует. Чует, что я пришла не радоваться ее возвращению в целости и сохранности.

— Здравствуй, Анна, — стараюсь говорить спокойно, но выходит устало и прохладно.

— Я так за тебя переживала, — всхлипывает сестренка. Я смотрю на нее долгим испытывающим взглядом. Хоть бы хны!

— Знаешь, — все же нарушаю тишину, — стоит предложить отцу отдать тебя в театральное училище. Нельзя же, чтобы такой талант пропадал.

— О чем ты? — растирая слезы по щекам, спрашивает она. Глаза красные. Действительно плакала до моего прихода, но не обо мне.

— Ты же знала, что на нас нападут, так?

— Нет!

— И у вас даже был план, — продолжаю, не обращая внимания на волчицу. — Та коробочка, что он прислал. Ведь в ней была записка или сам подарок был знаком, так?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь! — всхлипывает Анна, но меня этим спектаклем не проведешь. Может быть, до роковой поездки, это бы и сработало, но сейчас… Что-то изменилось во мне. Что-то сделало меня крепче. Влад…

— Раз так… — протягиваю я, складывая руки на груди. Я не спеша прохожу в глубь комнаты, к окнам, через которые виден мой сад. Деревья скоро зазеленеют. Покажется первая трава. А до этого можно будет найти подснежники и пролески…

— Агнес, я правда не понимаю, что ты…

— Лучше молчи, — не говорю — приказываю. И Анна замолкает. Вижу, как разгорается пламя злости в ее глазах. — Если ты не при чем, то мне стоит поделиться с отцом своими предположениями… Например, о том подарке, а еще переменами в настроении. Вдруг кто-то тебя загипнотизировал… или опоил чем. И еще я обязательно упомяну, что как волки и хотели, они загнали нас к нужному месту, которое было отмечено краской. И самое главное — что меня хотели убить.

— Я этого не хотела!!! — восклицает Анна и плюхается на диван, закрывая руками лицо. — Я не хотела.

Слезы, всхлипы. Я больше не напираю. Сейчас она отыграет очередную сценку и, возможно, расскажет мне правду. В любом случае, я узнала, что была права, и в нападении моя сестричка принимала участие отнюдь не жертвы.

— Я люблю его, — все же опускает руки на колени и поднимает на меня взгляд полный слез. Я бы повелась. Раньше. Сейчас же меня это не трогает. Я дала слабину в прошлом, и меня едва не убили. Не стоит повторять ту же ошибку. — Понимаешь? Я люблю его!

— Поэтому решила, что моя жизнь не важна?

— Нет! Нет, Агнес! Я не знала! Клянусь! — она снова всхлипывает, но после паузы все же продолжает. — Он уверял меня, что все будет хорошо. Что я добегу до условленного места. Что мне только нужно убедить тебя бежать дальше, уводя за собой преследователей. Как только ты скрылась, я побежала в другую сторону. Через пару километров меня ждала машина. Он увез меня. Тебя же должны были отогнать подальше и скрыться. Ты бы вернулась домой, доложила о моем похищении. А там бы нас уже не смогли с ним разлучить!

— И когда же ты узнала, что я подыхаю в овраге со сломанными ребрами и рукой?

Анна снова принимается рыдать, без конца причитая:

— Я не хотела. Не хотела.

— Когда? — ледяным голосом спрашиваю у нее.

— На следующий день. Я подслушала разговор. Волки говорили, что бросили тебя. Они работу сделали — отогнали. Не их забота, как ты будешь выбираться. Я… я тогда… я умоляла его послать туда хоть кого-то. Он убедил меня, что обязательно пошлет. Потом мне просто сказали, что тебя не нашли, — устало заканчивает она.

Наивная глупая девчонка. Вот кто такая Анна. Избалованное дитя.

— Он придет за мной, — вдруг произносит она уверенно. — Он обещал. Обещал, что возьмет меня в пару. Официально попросит у отца моей руки! Мы будем вместе… — ее голос срывается. Анна пытается убедить себя, а не меня в том, что говорит. Глупая. — Если бы не ты!

Вот оно… дерьмище. Как же я его ждала. Акт второй, сцена первая.

— Если бы ты не упала в тот овраг, мы бы уже были вместе. Навсегда!

— Почему ты мне ничего не рассказала? — задаю вопрос. И хоть мы с Анной не были близки, но я всегда приходила ей на помощь, когда было нужно. Возможно, и сейчас бы я нашла выход. Уговорила бы отца не торопиться с обрядом…

— А кто ты такая, чтобы я тебе что-то рассказывала?! — взвивается волчица. Лопается та единственная тонкая ниточка, что была между нами. Ниточка, что образовалась, еще когда мы были детьми, но так и не сумевшая превратиться во что-то большее. Лопается… И меньше остается привязанностей для меня в этом месте. Легче будет покидать его.

— Агнес… — понимая, что сказала, зовет меня растерянно Анна, но я прохожу мимо. — Агнес! — зовет, когда я берусь за ручку двери. — Агнес! Агнес!

Анна подлетает к выходу, но я уже закрыла его за своей спиной.

Занавес.

Влад

Я знаю, что я обнаружу дома, а точнее, кого не обнаружу. Тишина. Пустота. Ожидаемо Анна не стала дожидаться моего возвращения.

Самоуверенно думал, что быстро управлюсь с делами, но все растянулось до самого вечера. Луна! Что черт возьми происходит вокруг!

Маркус вызвал меня не просто так. Его отряды как всегда прочесывали территории, искали разгулявшихся вампиров. Забрались на этот раз довольно далеко, практически вплотную к границе моей стаи, а там… милый бревенчатый домик. Можно подумать, что лесничего. Возможно, так оно и было бы, только в них здесь нет нужды. У домика оказался добротный подвал ко всему прочему, а в подвале нашли… оборотня. Молодого еще… Отощавшего, едва живого.

Рыкаю, когда вспоминаю, как выглядел парень. Он даже не сопротивлялся, когда к нему прикасались вампиры. Совсем у него не было сил. И допросить пока нет возможности. Волк то ли бредил, то ли свихнулся. Ничего вразумительного от него не услышали. Завтра нужно будет навестить его в центре.

Прокручиваю в голове то, что увидел в доме, и волосы дыбом встают. Склянки, травы, свечи и уже засохшая кровь. Кругом, куда не глянь.

Кто мог сотворить такое? А главное, зачем?

Маркус тоже не знает, но обещает помочь всем, чем сможет. Понимаю. В его интересах обезопасить не столько нас, сколько вампиров. Ведь тот, кто смог поймать оборотня, может замахнуться и на вампира.

Твою мать!

Хочется расслабиться. Скинуть с себя усталость, что я сейчас ощущаю.

— Вернулся? — слышу голос Егора, когда только-только открываю бутылку коньяка.

— Где Анна?

— Уехала.

— Давно? — а сам хочу задать другой вопрос- ждала меня?

— Еще днем… Как только за ней приехали.

Вот и ответ. Делаю глоток и понимаю, что алкоголь мне теперь не поможет.

— Я на парня информацию ищу. Думаю, к утру что-то да будет, — молчу. Не говорить же, что волк меня сейчас интересует меньше всего. — Влад, ты бы шел спать, — кидаю на бету взгляд. Тот передергивает плечами. Значит, сила никуда не делась. — Я как лучше хочу, — ворчит Егор.

— Я знаю, — осушаю бокал. — Я знаю…

Друг уходит молча. Не хватит таких слов, чтобы… Что?

Нужно попробовать поспать. Хорошо бы позвонить и узнать, что Анна добралась благополучно, но… Игорь Борисович очень обрадуется моему звонку. Странно, что сам не разрывает мой телефон. Странно… А что он сделает с дочерью, когда узнает, что она обесцененная?