Ты (не) в моём коде (СИ). Страница 26

А вдруг он скажет что-то вроде: «Боже, как можно. Я думал, ребятам показалось». Я ответила: как к другу. Это была правда. И неправда одновременно. Возможность. Большего я не могла предложить.

Он подскочил. Вылетел из квартиры. Дверь хлопнула так, что с косяка посыпалась штукатурка. А я молча стояла в прихожей в своём чёрном платье и смотрела на дверь.

Мама вышла из комнаты с вопросом:

— Что ты ему сказала?!

— Правду.

И вдруг — совсем некстати, совсем не к месту — вспомнилось другое. Как мы вернулись с Женей из паба, Лена что-то говорила ему в коридоре, а потом дверь громыхнула с таким же надрывом. Тот же звук.

Меня пробрала дрожь. Взгляд сам метнулся в сторону двери. Нет. Не сто́ит зацикливаться на совпадения. Не сейчас.

Надо переодеться. До вечера ещё надо дожить.

26. Хорошая интуиция. Женя

Я сидел за ноутбуком, делал вид, что работаю.

Тая уже стояла в коридоре, пальто давно застёгнуто, кофр с нарядом у ног, руки скрещены. Злилась тихо, без слов, но на лице было написано всё, что она думает о сестре.

Та была ещё в комнате.

— Лен, нам надо ехать, время, — сказала она, гипнотизируя дверь в комнату. — Мне нужно проверить оформление, рассадку, по таймингу поговорить с ребятами.

— Секунду, — донеслось из комнаты. — Я не решила с туфлями.

Тая фыркнула.

— Лена, ты просто невозможна! Ты же уже сто раз всё подобрала и померила!

— Мне кажется, они не подходят, каблук слишком высокий. А синие недостаточно тёмные, ну что я могу поделать, — как-то даже жалобно донеслось от Лены. — Сейчас, у меня была ещё одна пара.

— Слушайте, — сказал я. — Работы много. Я, наверное, останусь.

Лена появилась в дверях с двумя туфлями в руках, по одной в каждой.

— Как останешься? — Она посмотрела на меня с искренним удивлением. — Это же день рождения Лёши.

— Работа не ждёт, — сказал я. Ехать после вчерашнего совершенно не хотелось.

— Работа всегда не ждёт, — с укором бросила она и снова ушла в комнату. — Какой шарфик, как думаешь? Бежевый или этот, с принтом?

Я даже не понял, кому адресован этот вопрос, и проигнорировал.

Лёша вышел из комнаты уже в рубашке, джинсах, пиджак на руке. Он прошёл в коридор, увидел Таю. Она стояла у стены, смотрела в телефон, что-то набивая в экран, в белых кроссах, джинсах и пальто. Готова была явно давно.

Лёша остановился, посмотрел на неё секунду, потом ещё. Как будто что-то взвешивал.

— Работа подождёт, — решил я. — Поеду.

Я вспомнил наш вчерашний разговор, и меня передёрнуло. Ничего хорошего я на этом празднике не увижу. У Таи есть чувства к какому-то басисту. Что ей его взгляды? Но что-то тянуло внутри и толкало.

Это ненормально, но мне хочется Лёхе втащить.

Лена крикнула из комнаты, оборвав эту злость:

— Какие духи лучше, те или вот эти?

Тая подняла голову от телефона.

— Лен, я поехала. Догоняй.

— Подожди, ещё немного.

— Не могу. Много всего до приезда гостей нужно сделать, я обещала администратору, мне, правда, надо раньше.

Дверь закрылась тихо, без хлопка.

Лёша проводил её взглядом и сказал:

— Мне надо через больницу, Андрея с Витей забрать со смены, — сказал Лёша и прошёл в коридор, накинул пальто.

— Лену ведь довезёшь? — спросил я. Мне не нравился взгляд на дверь, за которой только что скрылась Тая.

— Могу взять всех, но через больницу.

Из комнаты вылетела Лена.

— Блин, Лёш, почему я узнаю́ об этом в последний момент? Мне надо приехать заранее! Почему я с Таей не поехала?

— Ты планировала поехать заранее, с Таей, да. — Лёша пожал плечами.

— Я отвезу Лену, адрес мне скинь.

— У Лены есть. — Он развернулся к двери.

Но от Лены донеслось:

— Адрес записан у Таи, я помню название, в интернете можно поискать. То ли «Белая лошадь», то ли «Белый конь», кажется…

— Ну да, — сказал Лёша без интонации, — «Вороной». Адрес сейчас скину.

И вышел, дверь с щелчком за ним закрылась.

— Я буду готов через десять минут, — сказал я Лене. — Не переживай.

Она посмотрела на меня, потом на закрывшуюся дверь.

— Тебе бы пиджак, — бросила, уткнувшись взглядом в дверь.

— Не держим такого, — вздохнул я и пошёл переодеться.

Через десять минут вышел в коридор в тёмных джинсах и тёмно-зелёном свитере.

Лена окинула меня взглядом, уже на ходу.

— Мужчинам легче. Никакой тебе косметики. Если с фигурой норм, то вы и в трениках ничего.

— Я не в трениках.

— Не празднично, но... да. Пуловер и джинсы, а уже почему-то выглядишь достойно. — Она подхватила сумочку. — Пойдём уже быстрее!

Хотелось спросить, почему «уже», но только сильнее себе настроение портить.

В такси Лена сидела рядом, смотрела в окно. Сумочку держала на коленях двумя руками, крепче, чем нужно.

Не особо хотелось лезть, но картинка не складывалась. Почему Лёша вдруг на ходу переобулся? Что у них там стряслось?

— Что происходит с Лёхой? — спросил я наконец.

Лена помолчала, а потом усмехнулась и всё-таки ответила.

— Не только с ним, — сказала она и вздёрнула подбородок. — Я думала, хорошо его знаю. А недавно выяснилось, что вообще нет.

Она отвернулась, уставившись в окно с каменным лицом.

— Лёша очень логичен, — сказал я. — У него есть какая-то схема, и он ей следует, не спихнёшь.

Лена посмотрела на меня быстро, изучающе.

— Откуда ты знаешь? — Она развернулась ко мне, и во взгляде читался вызов.

— У Лёши и тексты такие. И вся жизнь. Разве что музыка его меняет: я заметил, когда был на концерте их бенда.

Лена открыла рот, а потом закрыла, передумав отвечать, и вновь отвернулась.

Я видел, что она хотела сказать что-то. Про Лёшу, про себя, про то, что выяснилось недавно, но не сказала.

Взгляд у неё был раздосадованный. Словно говорил: «Да что тебе объяснять». Она смотрела на меня, как на Лёшу. Может, даже хуже. Лёша хотя бы был последовательным в своей схеме.

Так и ехали молча до самого кафе.

Мы прибыли раньше гостей.

Зал был почти готов: столы расставлены, стояли ещё незажжённые свечи, у дальней стены что-то поправлял официант. Тая стояла посреди всего этого с телефоном в руке и смотрела на схему рассадки.

Я прошёл к стойке бара, заказал бутылку Гинесса.

Лена подошла к сестре, что-то сказала, махнула в мою сторону рукой и пошла к столам, но Таю отвлекла девушка, видимо, сотрудник ресторана. Они поговорили, и Тая подозвала к администратору Лену. Они вдвоём оглядывались на сцену и установку с колонками, а Тая же уже шла вдоль столов, что-то проверяла, останавливалась, переставляла карточку, снова шла. Деловая, быстрая.

Потом взяла кофр, сумку и ушла куда-то из зала. Вернулась уже в платье.

Я поставил стакан на стойку.

Казалось, на таких ногах можно уйти в рай. Длинные каштановые волосы на свету этих ламп казались вишнёвыми. Она шла к официанту с той же деловитостью, только теперь это выглядело иначе. Совсем иначе.

Говорят, бесконечно можно смотреть на воду, огонь и на что-то там ещё. Так вот, на неё и эти ноги — тоже.

Я видел, как она что-то объясняет администратору, всё по делу. Подошли к сцене, видимо, что-то обсуждали по музыкальному сопровождению. Тая оглядела площадку с музыкальными инструментами. Наверное, будет и соло, и бас.

Чёрт, это почти физически больно. Вот так, за баром, с Гиннессом в руке, сидя в сторонке.

Приехал Лёша, зашёл с двумя ребятами, они явно были только со смены. Они ещё не переоделись толком. Вошли шумно, огляделись, и один из них посмотрел на Таю.

— О, это твоя девушка? Красавица! — сказал он Лёше. — Привет, Лена.

Тая подняла голову.

— Нет, я Тая. Сестра.

— А, — сказал он. И больше ничего.

Я заметил её лицо. Секунда, не больше. Её почему-то это вышибло из колеи. Может, смутило? Она заправила волосы за ухо и снова повернулась к схеме рассадки.