Портал к тебе (СИ). Страница 63

— Сегодня, — произнес он, и его голос, усиленный артефактами, раскатом грома прокатился над площадью, — расстояние перестанет быть преградой!

Овации вспыхнули с новой силой. Я смотрела на него, и внутри меня была лишь звенящая пустота. Я больше не чувствовала ни жгучей ненависти, ни отчаянного желания победить. Только холодное, кристально чистое ожидание.

— Мы открываем дверь в новую эпоху, — продолжал Дэмиан, его голос вибрировал от самодовольства. — Эпоху, в которой человек больше не будет зависеть от дорог, границ и расстояний.

Он улыбнулся — той самой улыбкой, которая когда-то заставляла меня верить, что я всего лишь инструмент в руках гения.

— И именно я стану тем, кто эту дверь откроет.

Толпа взорвалась криком, который слился в единый, оглушительный гул. Рейнар слегка сжал мою руку, возвращая меня из оцепенения. Я посмотрела на него.

— Сейчас, — тихо произнесла я.

Он коротко кивнул. Дэмиан с торжествующим видом опустил главный рычаг. Активация. Площадь содрогнулась. Мощный, низкий удар пошел по земле, заставляя людей отшатнуться. Из самого сердца станции взметнулся ослепительный столб голубого света. Он ударил в зенит, рассыпаясь на тысячи тонких, вибрирующих эфирных нитей, которые сплелись в сложный узор над головами толпы.

Металлическое кольцо вспыхнуло сразу по всей окружности, и пространство внутри него начал искажаться, словно поверхность воды, в которую бросили камень. Сначала я увидела искаженное отражение нашей площади. Затем — другой угол города, за тысячи миль отсюда. А потом... что-то совершенно невозможное. Чужое, иссиня-черное небо с незнакомыми созвездиями. Толпа ахнула. По площади пронесся шепот благоговения. Портал работал. И работал идеально.

Дэмиан медленно расправил плечи, впитывая этот восторг, как губка. Я видела его лицо даже отсюда, в тени колонн. Он не просто торжествовал — он наслаждался. И именно в этот момент я осознала: хуже всего будет не сам коллапс. Хуже всего будут эти несколько секунд до него. Потому что эти секунды дадут ему поверить, что он победил. Что он действительно стал богом этой новой эпохи. А затем звук изменился. Совсем немного. Почти незаметно для обычного уха. Гул стал глубже, приобретая опасный, утробный тон. Я почувствовала, как вибрация под ногами сменилась с ритмичной на хаотичную.

— Началось, — прошептала я.

Рейнар уже говорил в коммуникатор, его голос был холодным и сосредоточенным:

— Всем группам — полная готовность. Ждать моего сигнала.

Глава 43.2

Я не отрывала взгляда от портала. Голубая, идеально гладкая поверхность вдруг дрогнула. Совсем чуть-чуть. Будто по дорогому зеркальному стеклу провели острым ногтем. Затем появилась первая трещина. Тонкая, как волос, она вспыхнула ярко-белым светом и мгновенно замерла. Дэмиан увидел её тоже. Его самоуверенная улыбка исчезла, сменившись выражением предельной концентрации.

— Коррекция частоты! — резко приказал он.

Его помощники, в панике бросившись к панелям управления, начали лихорадочно нажимать клавиши. Цифры на индикаторах побежали в безумном ритме, пытаясь поймать ускользающую стабильность. Но было поздно. Появилась вторая трещина. Затем третья. А через мгновение вся поверхность портала покрылась тончайшей, пульсирующей сетью светящихся линий. Это было похоже на паутину из чистого света, которая стремительно стягивалась к центру. Толпа замолчала. Оглушительная тишина накрыла площадь, прерываемая лишь странным, нарастающим свистом эфира.

— Что происходит? — растерянно спросил кто-то из толпы.

Дэмиан с силой рванул один из регуляторов, пытаясь подавить всплеск. Его лицо начало бледнеть.

— Нагрузка выше расчетной! — выкрикнул он, и в его голосе впервые за всё время прозвучало что-то, подозрительно похожее на страх.

Я почти рассмеялась от охватившей меня горькой иронии. Нет, Дэмиан. Она не выше расчётной. Проблема в том, что ты никогда не понимал самих расчётов. Ты видел в них лишь цифры, которые должны были привести тебя к власти, но никогда не видел за ними живой, опасной сути эфира. В этот миг небо над площадью вспыхнуло ядовито-фиолетовым. Эфирная буря, которую мы так долго ждали, наконец-то обрушилась на город. Удар пришёл мгновенно. Воздух завыл, превращаясь в сплошную стену звука. Стекла ближайших домов задрожали и с треском лопнули, осыпая тротуары сверкающей крошкой. По массивному металлическому кольцу станции пробежал ослепительный, ослепляющий разряд, выжигая всё на своём пути. А затем голубой портал погас. Но он не закрылся. На его месте разверзлось нечто чёрное. Это не была просто темнота или отсутствие света. Это была абсолютная, плотная чернота — пространство, в котором не было ни глубины, ни отражения, ни единого фотона. Пустота, которая начала жадно втягивать в себя окружающий воздух и свет. Воронка начала расширяться, медленно и неотвратимо, превращая триумф Дэмиана в черную дыру, готовую поглотить всё вокруг.

— Сейчас! — закричала я, срывая голос.

Рейнар одним резким движением сорвал защитный жезл с пояса. По периметру площади один за другим вспыхнули наши стабилизационные контуры. Сначала северный — ослепительная вспышка белого света. Затем восточный. Потом западный. Эфирная волна, вырвавшаяся из черного зева станции, с грохотом ударила в них, но вместо того чтобы снести всё на своем пути, она разошлась по заранее рассчитанной, жесткой сетке. Система выдержала. Пока.

— Первый контур держит! — раздалось в коммуникаторе, перекрывая вой ветра.

— Второй тоже!

— Южный сектор перегружается! Критическая отметка!

Рейнар уже отдавал следующие команды, его голос оставался стальным, не допуская ни капли сомнения. А я смотрела на станцию. Дэмиан стоял в самом центре этого хаоса. Он выглядел жалко. Он всё еще пытался что-то изменить: лихорадочно переключал рычаги, отдавал бессмысленные приказы, кричал на инженеров, которые уже начали отступать от панелей управления. Но станция больше не слушалась. Она больше не была его инструментом — она стала его палачом. Он с силой вцепился в главный регулятор, его пальцы побелели.

— Я могу исправить это! — выкрикнул он, и в этом крике было больше отчаяния, чем уверенности.

Никто не ответил.

— Я сказал, что могу исправить! — взревел он, теряя остатки самообладания.

В этот момент одна из массивных опорных конструкций с оглушительным грохотом взорвалась, разлетаясь на тысячи раскаленных осколков. Дэмиан отшатнулся, едва не сбитый с ног ударной волной. Камилла закричала. Она стояла совсем рядом с ним, бледная, с широко раскрытыми глазами, совершенно потерянная. И впервые я увидела в её лице не привычную холодную насмешку. Страх. Настоящий, животный ужас. Она была эмпатом, и сейчас она чувствовала всё. Эмоции всей площади обрушились на неё единым потоком. Сотни людей. Нарастающая паника. Парализующий ужас. Безнадежное отчаяние. И поверх всего этого — страх самого Дэмиана. Он был настолько плотным, настолько едким, что, казалось, его можно было почувствовать физически, как запах гари в воздухе.

— Дэмиан! — закричала Камилла, её голос срывался от ужаса. — Сделай хоть что-нибудь! Сделай что-нибудь!

Он повернулся к ней, и в этот момент наши взгляды встретились. Сквозь шум, крики и грохот рушащегося металла я увидела, как в его глазах что-то надломилось. Он понял. Не всё, возможно, он не осознал всей глубины моей ловушки, но главное он понял: он окончательно и бесповоротно потерял контроль. И тогда он сделал именно то, чего я от него ожидала. Дэмиан побежал. Он не бросился к панели управления, не попытался спасти станцию, не обернулся к людям, которые еще секунду назад боготворили его. Он просто побежал прочь, спасая свою шкуру, оставляя за спиной руины своего величия.

Камилла осталась стоять посреди этого хаоса, глядя ему вслед с таким выражением лица, будто мир вокруг неё перестал существовать. Я почувствовала, как внутри меня что-то окончательно отпустило. Словно тяжелая, старая цепь, которая сковывала меня десять лет, наконец-то лопнула. Когда-то мне казалось, что увидеть его падение будет невероятно приятно. Я представляла этот момент в деталях, смаковала его. Оказалось — нет. Не было ни восторга, ни торжества. Только звенящая, абсолютная пустота. Он оказался слишком мелким, чтобы его падение стало для меня событием.