Портал к тебе (СИ). Страница 61

Я не собиралась взрывать его лабораторию. Я не стремилась к массовым жертвам или кровавой бане. Мне нужно было совсем другое. Я хотела, чтобы его собственная жадность сделала всё за меня. Я хотела, чтобы он сам, ослепленный жаждой власти, вывел этот проект на публичную демонстрацию. Чтобы сам, в порыве самонадеянности, отказался от дополнительных проверок. Чтобы сам поставил на кон всё: свою безупречную репутацию, свои связи, свое имя. И когда станция даст сбой — а она даст его, в самый неподходящий, самый громкий момент — все будут искать виноватого. И виноватым окажется тот, кто с таким высокомерием представил чужую разработку как свою собственную. Он сам подпишет себе приговор, и подпись эта будет стоять на каждом листе моих «идеальных» чертежей.

Я снова поднесла передатчик к уху.

— Ты гений, Элис, — с тихим, почти ласковым смешком произнес голос из динамика.

Я открыла глаза и несколько секунд просто смотрела в густую темноту комнаты. Потом я тихо, почти шепотом, ответила в пустоту:

— Нет, Дэмиан.

На моих губах появилась едва заметная, холодная улыбка.

— Просто я наконец научилась показывать тебе именно то, что ты хочешь.

Я выключила передатчик. Щелчок кнопки прозвучал как точка в конце длинного, мучительного предложения. В комнате снова стало тихо. Но теперь эта тишина не пугала и не давила. Она больше не была враждебной. Теперь эта тишина принадлежала мне. Потому что впервые в жизни я не ждала, что враг сделает следующий ход. Я уже знала, куда он пойдет. И я уже ждала его там.

Глава 41

Этерваль никогда не умел хранить секреты. Особенно если секрет обещал стать историческим событием. За несколько недель до летнего солнцестояния весь город начал одержимо шептаться о новой станции Дэмиана Скотта. Газеты наперебой печатали его портреты, выставляя его спасителем прогресса. Магические бюро в экстазе обсуждали технические характеристики, а представители Конклава один за другим присылали официальные поздравления, стараясь успеть занять место в первом ряду этого триумфа. Дэмиан наслаждался каждым словом, каждой каплей этого обожания. Он объявил, что в день солнцестояния впервые в истории Астериона продемонстрирует полноценный пространственный переход — не короткий прыжок между соседними точками, а систему, способную соединять города. Он назвал это началом новой эры. Я называла это катастрофой, которая пока ещё не осознавала, что она — катастрофа.

Когда я увидела упрощенную схему станции на первой полосе утренней газеты, мне стало по-настоящему холодно. Дэмиан действительно использовал мои расчёты. Не все, не в точности, но достаточно, чтобы система выглядела жизнеспособной. Он взял мой каркас и обтянул его своей уверенностью. И хуже всего было то, что он выбрал дату. День летнего солнцестояния — момент, когда эфирная активность в нашем мире достигает своего годового максимума. Я смотрела на чертеж и видела, как в точках моих намеренных «ошибок» начинает пульсировать избыточная энергия. Моя версия стабилизации не просто не выдержит таких нагрузок — она превратит их в детонатор. Я знала, что система рухнет. Но я не знала, насколько быстро это произойдет. Начнет ли она рассыпаться по кирпичику или взорвется одним оглушительным коллапсом в первую же секунду запуска. И именно эта неопределенность пугала меня больше всего.

— Элис.

Я не сразу поняла, что Рейнар обращается ко мне. Мы стояли на самом краю площади, почти сливаясь с толпой. Перед нами, на возвышении, Дэмиан выступал перед многотысячным собранием, буквально сияя под вспышками эфирных камер.

— В день солнцестояния, — его голос, усиленный магией, разносился над площадью, — Астерион перестанет быть разделён расстояниями!

Толпа взорвалась аплодисментами. Я смотрела на него — на эту маску уверенности и триумфа — и думала только об одном: ты даже не понимаешь, что именно ты построил. Ты построил себе эшафот, Дэмиан, и теперь с гордостью забираешься на него.

— Если он запустит станцию на полной мощности, — наконец произнесла я, голос звучал глухо, — последствия могут быть непредсказуемыми.

Рейнар медленно повернул голову. Его взгляд был сосредоточенным и пугающе трезвым.

— Насколько непредсказуемыми?

Я замолчала. И это молчание, затянувшееся слишком долго, оказалось единственным честным ответом.

— Может погибнуть кто-нибудь? — спросил он. Голос оставался ровным, но я почувствовала, как внутри него натягивается стальная струна.

— Да, — слово далось мне с трудом, оно словно застряло в горле комом извести.

Рейнар несколько секунд смотрел на площадь, на ликующих людей и на торжествующего Скотта. Затем он снова перевел взгляд на меня.

— Тогда мы не будем ждать.

Я непроизвольно сжала пальцы в кулаки.

— Если мы остановим его сейчас, он просто уничтожит все доказательства, — быстро заговорила я, возвращаясь к привычной логике расчетов. — Скажет, что я саботировала его проект. Конклав, который сейчас в него влюблен, поверит ему без раздумий.

— Возможно, — коротко ответил он.

— И тогда он снова выйдет сухим из воды, — я посмотрела на него, пытаясь найти в его лице хоть каплю того сомнения, которое грызло меня. — Ты слишком спокойно это говоришь, Рейнар. Слишком.

— Потому что я сейчас думаю не о Скотте, — отрезал он, и в его голосе прозвучало что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.

Он взял меня за руку. Не демонстративно, не пытаясь присвоить меня перед толпой, а просто крепко, надежно сжал мои пальцы.

— Я думаю о людях, которые окажутся рядом с этой станцией, Элис, — тихо произнес он.

И именно в этот момент я поняла, как глубоко я ошибалась. Я всё ещё воспринимала эту историю как войну. Как затяжной, изматывающий бой, где единственной целью было уничтожение врага. Для меня существовало только два варианта: либо я наконец-то побеждаю Дэмиана, либо проигрываю ему навсегда. Рейнар видел это иначе. Для него существовал третий путь. Он был готов пойти на риск, готов отложить собственную победу, стереть в пыль свои амбиции — лишь бы не дать этому безумцу погубить людей.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как напряжение в груди наконец-то сменяется какой-то странной, чистой решимостью.

— Хорошо, — прошептала я.

Рейнар слегка приподнял бровь, в его взгляде мелькнуло легкое недоумение.

— «Хорошо»?

— Мы остановим эту катастрофу, — я перевела взгляд на сияющую над площадью конструкцию станции, которая сейчас казалась мне огромным, замаскированным под триумф монстром. — Но сначала мы сделаем так, чтобы после неё ему больше некуда было спрятаться.

Глава 42

Следующие дни превратились в войну, которую никто не видел. Мы не пытались сорвать запуск — это было бы слишком просто и, что гораздо важнее, слишком опасно. Вместо этого мы начали выстраивать вокруг станции вторую систему: невидимую страховочную сеть, которая должна была сработать в тот самый миг, когда первая перестанет справляться. Рейнар подключил людей, которым доверял безоговорочно. Я же заперлась в расчетах, выверяя каждый контур. Мы работали ночами, превращая лабораторию в штаб предбоевого развертывания.

Первая задача была самой изматывающей — эвакуация. Официально об угрозе не говорил никто. Мы действовали тонкими, почти незаметными мазками: несколько подрядчиков внезапно получили приоритетные заказы в другом районе. Часть технического персонала была переведена на удаленные объекты под предлогом «плановой ротации». Нескольким семьям, жившим в опасной близости от станции, предложили временное жилье в лучших кварталах, объяснив это началом масштабной реконструкции района. Мы выводили людей из зоны риска так осторожно, чтобы Дэмиан, ослепленный собственным величием, не заметил даже легкого сквозняка.

Вторая задача оказалась куда сложнее. Я разработала внешние стабилизационные контуры. Они не могли «починить» станцию — это было невозможно, архитектура была изначально отравлена моей ложью. Но они могли принять на себя часть избыточного эфирного давления, если мои расчеты окажутся верны.