Портал к тебе (СИ). Страница 57

Дэмиан ничего не ответил. Он застыл, глядя в одну точку, и в этой тишине Камилла почувствовала, как внутри неё, где-то глубоко под ребрами, впервые за долгое время шевельнулся настоящий, ледяной страх. Это не был страх перед Элис как перед личностью. Это был ужас перед тем, что могло стоять за её глазами. Потому что если её догадка была верна... Тогда они имели дело не с гением. Не с мстительной девушкой, жаждущей расплаты. И даже не с человеком, который каким-то чудом получил доступ к чужим секретам. Тогда Элис Барнс была кем-то гораздо более опасным. Человеком, который уже видел эту историю от начала и до самого конца. И теперь она медленно, уверенно переписывала её.

Глава 38.1

После бала Дэмиан сменил тактику. Никаких публичных нападок. Никаких едких насмешек. Он даже перестал пытаться задеть меня в присутствии Камиллы, словно внезапно обрел манеры истинного аристократа. Вместо этого он начал ухаживать. Сначала осторожно, почти незаметно. Редкие, вызывающе красивые цветы, которые появлялись на моем рабочем столе без всякой подписи. Приглашения на закрытые вечера Конклава, куда пускали лишь избранных. Книги по эфирной инженерии, которые, как он с легкой улыбкой утверждал, «случайно оказались лишними» в его личной библиотеке. Потом появились комплименты.

— Ты удивительная, Элис.

Он произносил мое имя с такой интонацией, словно уже обладал на него каким-то неоспоримым правом. Я смотрела на него и думала о том, насколько катастрофически мало он меня знает. Он не знал, что я терпеть не могу слишком сладкий кофе. Не знал, что я читаю технические справочники перед сном, чтобы унять тревогу. Не знал, что после тяжелого дня мне проще молчать рядом с человеком, чем вымучивать бессмысленный разговор. Он не знал, что я до смерти боюсь снова оказаться в чужих руках. Но Дэмиану это и не требовалось. Ему никогда не было интересно узнавать человека целиком — в его мире люди были набором функций и уязвимостей. Ему было достаточно определить, чего именно человек хочет получить от него в данный момент. И дать это. Чтобы привязать. Чтобы подчинить.

— Ты слишком долго работала в тени, — сказал он однажды, когда мы медленно прогуливались по галерее Академии. — Такой талант должен принадлежать кому-то, кто способен его по-настоящему оценить.

Я остановилась. Слово ударило меня, как физический разряд.

— «Принадлежать»? — тихо переспросила я.

Он улыбнулся — той самой идеальной, выверенной улыбкой, которая не затрагивала глаз.

— Не цепляйся к словам, Элис.

Я улыбнулась в ответ. Почти вежливо. Почти искренне.

— Я предпочитаю цепляться к словам, Дэмиан. Они часто говорят о человеке гораздо больше, чем он сам.

На секунду его улыбка дрогнула. Едва заметный сбой в идеальном механизме. Но он слишком быстро вернул её на место. Дэмиан был абсолютно уверен в себе. Он привык получать всё, что хотел, и в какие сроки считал нужным. А теперь он хотел меня. Не потому, что любил. Не потому, что был одержим. Пока ещё даже не потому, что действительно понимал, с кем имеет дело. Просто потому, что я представляла собой редкое сочетание качеств, которое он не мог позволить себе оставить вне своей коллекции. Красивый, острый ум. Почти запредельный талант. Полезные связи. Скрытые амбиции. И самое главное — независимость. Всё, что сопротивлялось ему, всё, что отказывалось сгибаться под его волей, он хотел присвоить сильнее. Для него я была не женщиной и даже не коллегой. Я была самым ценным трофеем, который он когда-либо встречал.

Через несколько дней он перехватил меня в коридоре патентного бюро, когда я пыталась незаметно проскользнуть к выходу.

— Элис.

Я остановилась, даже не повернув головы.

— Что? — мой голос прозвучал сухо, почти равнодушно.

Он подошел ближе, нарушая границы моего личного пространства с той уверенностью, которая всегда меня раздражала.

— Ты всё ещё злишься из-за бала? — в его тоне слышалось притворное беспокойство.

— Нет.

— Тогда почему ты избегаешь меня?

— Я тебя не избегаю, Дэмиан.

— Избегаешь, — мягко констатировал он.

Он улыбнулся. Я уже слишком хорошо знала этот взгляд. Он не смотрел на меня — он оценивал. Его глаза сканировали мою мимику, считывали микро-движения губ, пытались найти хоть одну зацепку, хоть одну искру живой эмоции. Он анализировал мою реакцию, как сложный технический чертеж. И именно в этот момент я почувствовала странную, почти физическую перемену в воздухе. Словно статическое электричество перед грозой. Дэмиан сделал еще один шаг, сокращая расстояние до критического.

— Посмотри на меня, Элис.

Я посмотрела. И почти сразу почувствовала это. Тепло. Мягкое, вязкое ощущение, которое начало медленно растекаться где-то за глазами, застилая ясность мысли. Мои реакции замедлились, раздражение, которое только что жгло изнутри, внезапно стало слабым и незначительным. Возникло совершенно неуместное, почти животное желание просто расслабиться и перестать сопротивляться. И одновременно с этим под одеждой резко, до боли похолодел артефакт Орелиана. Ледяная волна прошла по коже, мгновенно выжигая этот искусственный уют. Туман в голове рассеялся, оставив после себя звенящую пустоту и кристальную четкость. Я замерла. И теперь я видела. Не глазами — чем-то иным, более глубоким. Вокруг Дэмиана дрожала едва заметная золотистая дымка, переливающаяся, как масляная пленка на воде. Тончайшие, почти прозрачные нити тянулись ко мне, хаотично извиваясь в воздухе, словно щупальца, пытающиеся нащупать хоть одну щель в моей защите. Магия внушения. Я медленно выдохнула, чувствуя, как сердце начинает биться ровно и спокойно. Вот оно что. Я вспомнила слова Камиллы. Дар Дэмиана позволял ему видеть слабые места людей. Но теперь я понимала: он не просто их замечал. Он умел с хирургической точностью надавить именно туда, где было больнее или слабее всего. И сейчас он пытался сделать это со мной. Не потому, что знал меня. Наоборот. Ему было абсолютно плевать на мою личность, мои страхи или мечты. Он даже не пытался меня узнать. Он просто решил, что рано или поздно найдёт подходящий рычаг, чтобы сломать меня и заставить подчиниться.

Глава 38.2

— Ты ведь чувствуешь это? — тихо спросил он, и в его голосе прозвучала та самая обволакивающая уверенность.

Я заставила себя слегка расслабить плечи, имитируя уступчивость.

— Что именно? — мой голос звучал почти беззащитно, ровно настолько, чтобы он поверил в свою победу.

Он улыбнулся. Уверенно. Почти самодовольно. Он уже видел, как нити его магии сплетаются вокруг меня, и был уверен, что я медленно тону в этом золотистом тумане.

— Что мы могли бы быть великолепной парой.

Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Теперь, видя механику его дара, я понимала, почему он так уверен. Он не соблазнял меня в привычном смысле этого слова. Он не пытался вызвать чувства. Он просто аккуратно подталкивал мой разум к нужному ему выводу, создавая иллюзию нашего «взаимного притяжения». И в этот момент я решила: я дам ему поверить, что всё получается. Я сделала шаг ближе, почти касаясь его груди, сокращая дистанцию до опасного минимума. Дэмиан довольно улыбнулся, в его глазах вспыхнул азарт коллекционера, который наконец-то приручил редкого зверя.

— Вот так, — его голос стал мягче, приобретая те самые бархатные нотки, которые когда-то заставили меня поверить ему. — Ты ведь понимаешь, Элис, что тебе больше не нужно постоянно бороться со всеми вокруг? Ты можешь просто... позволить кому-то позаботиться о тебе.

Я смотрела ему прямо в глаза. И внутри меня... не было ничего. Ни капли тоски. Ни тени желания. Ни той удушающей, болезненной тяги, которую я помнила из своей прошлой жизни, когда каждое его слово казалось истиной. Только холодная, кристальная ясность. Я позволила ему приблизиться ещё немного, почти ощущая его дыхание на своей коже. А затем, когда он был максимально уверен в своем триумфе, я тихо, почти шепотом, произнесла: