Шабашник (СИ). Страница 47

Но как именно, я пока не знал.

https://author.today/work/655555

Из пенсионеров в звездный десант? Да, пожалуйста! Ангелы Галактики — элита Русского Легиона, сражающаяся между звезд.

Глава 19

В понедельник утром Виктор докинул меня в райотдел. Сергей спустился за мной на вахту, и ещё на лестнице я начал рассказывать ему о вчерашней встрече с Арсеном. Толкнув дверь кабинета, Сергей окликнул одного из оперов:

— Геннадия помнишь — того, что в квартире пропавшего хозяйничал? Вчера ещё один адресок засветил. Сейчас будем записывать за товарищем.

Я коротко рассказал, как Арсен отвёз меня в вишнёвой «семёрке» за город, как из калитки вышел уже знакомый мне Геннадий и как я наотрез отказался от избы, потребовав назвать сумму отступных.

— В какой район вы, говорите, поехали?

Тут я только руками развёл. Зато сосед Сергея по кабинету — плечистый крепкий оперативник в клетчатой рубашке — услышав название деревни, сразу оживился:

— О, знакомые края! У меня в тамошнем розыске приятель работает.

— Набери их отдел, — кивнул Сергей. — Пробей, не проходило ли у них чего по этому дому.

Напарник переписал адрес на листок и вышел в коридор. Через неплотно притворённую дверь доносилось, как он просит дать позвонить по межгороду, крутит диск аппарата и уже по-свойски, басовито здоровается с коллегой.

— Думаете, из этого дома тоже кто-то пропал? — спросил я.

— Сейчас выясним. Документы какие-нибудь или фотографии жильцов в избе не попадались на глаза?

— Куда там! Этот Гена-крокодил только по комнатам провёл и всё.

— Хозяином не назывался?

— Нет, но и настоящего собственника не упоминали.

— Ясно. А доплату деньгами вам кто обещал?

— Тенгиз. Но я попросил Арсена узнать у него, сколько мне дадут денег, если я откажусь от избы. Такая развалюха мне и даром не нужна.

— Вот и правильно, что упёрлись. Продолжайте гнуть свою линию. Скажите им, мол, хотите сами угол в городе подыскать.

За стеной вдруг громыхнуло изумлённое: «Да ну⁈» Сергей вскинул голову. Я тоже невольно обернулся на звук.

Оперативник шагнул обратно через порог с раскрытым блокнотом в руке и тут же радостно заговорил:

— Знают они этот адрес! Едва заикнулся — коллега мой сразу же и вспомнил. У них по этому дому глухарь висит — без вести пропавший.

— Кто такой?

— Городской мужик, одинокий. Продал жильё, перебрался в эту развалюху. Деревенские его пару раз на улице видели, а потом человек как в воду канул. Родная сестра в розыск подала. Сейчас они у себя материал поднимут и продиктуют установочные данные.

— И давно он пропал?

— По датам сейчас уточнят, — отмахнулся оперативник и подался к Сергею. — Слышь, точь-в-точь как наш случай на Советской.

Сыщики понимающе переглянулись.

— И на набережной та же картина была, — вполголоса проговорил Сергей. — Квартиру скинул, якобы съехал в область — и ищи ветра в поле.

— Надо их бумаги к нашим подшивать и смотреть всё скопом. Я попросил, чтобы дело пока в долгий ящик не убирали.

— Погодите, а изба-то эта по документам чья? — не выдержал я.

— Узнаем в сельсовете. Для нас сейчас главное другое: вы своими глазами видели там Геннадия. С ключами от дома и в компании с Арсеном.

Сергей притянул к себе телефонный аппарат и быстро накрутил внутренний номер:

— Товарищ майор, загляните к нам на минуту. Тут по квартирникам есть новая зацепка.

Буров появился в кабинете через пару минут. Я из вежливости было встал, но он коротким жестом усадил меня на место и сам примостился на свободный стул. Оперативники тут же выложили все свежие новости. Услышав про пропавшего горожанина, начальник протянул руку за блокнотом Сергея, пробежался глазами по записям и поднял взгляд:

— Геннадий этот или Тенгиз в районном материале не всплывали?

— Пока неизвестно, поднимают архив.

— Пусть тряхнут сельсовет и нотариат, выясните, кто именно проводил сделку. И по нашим двум эпизодам копайте глубже.

Теперь мне уже не нужно было никого тормошить и доказывать, что моё дело требует внимания. Оперативники и майор буйно обсуждали произошедшее, а я тихо сидел и наблюдал за происходящим.

Буров вернул блокнот владельцу и повернулся к Сергею:

— Когда у вас следующая встреча?

— В пятницу. Но ни точного времени, ни нотариальной конторы ему ещё не назвали.

— Начинайте готовить мероприятие. И с прокуратурой свяжитесь, нужно собрать материалы.

Майор ещё раз подробно расспросил меня о Геннадии, переспросил, не мог ли я обознаться, после чего велел Сергею зайти к нему с докладом и плотно притворил за собой дверь.

Напарник его впервые за всё утро криво усмехнулся:

— Ну что, Всеволод… Пора нам с твоими шефами сводить знакомство вплотную.

— Давно пора.

— Всеволод, давай на ты? — предложил Сергей.

Я кивнул.

Значит, слушай. Расклад такой, — деловито начал он. — При следующей встрече скажешь им, что согласен переписать квартиру. От избы отказывайтесь наотрез — требуйте расчёт деньгами. Пусть назовут точную сумму, которая останется тебе на руки после вычета их «долга». Пусть сами всё проговорят вслух — а мы каждое словечко зафиксируем на плёнку.

— Погодите… А квартиру что, взаправду продавать придётся?

— Доведём сделку до подписи. Под нашим полным контролем.

Вот это мне здорово не понравилось. До этой секунды всё складывалось вроде бы как нельзя лучше: шайка Тенгиза наконец оказалась на карандаше у милиции, начальство ухватилось за ниточку, сыщики загорелись делом. А теперь выяснялось, что моё жильё и впрямь уплывёт в чужие руки.

— А назад я ее как верну? Она у меня одна, вообще-то.

Сергей выразительно махнул рукой.

— Ничего, признаем сделку недействительной. Факт вымогательства и принуждения мы задокументируем железно, — он помедлил. — Но врать не буду: обещать, что в пятницу вечером тебе на блюдечке вернут ключи, я не могу.

— То есть я собственными руками подпишу купчую, а потом годами буду пороги судов обивать?

— Сделку придётся аннулировать через суд и прокуратуру, да. Другого пути нет.

Озадаченный, я тяжело откинулся на жёсткую спинку стула. Хорошенькое дельце, ничего на скажешь! Но только пути назад у меня уже не было. Тенгиз в любом случае найдёт способ выселить меня из квартиры, и без оперов я вряд ли смогу ему препятствовать.

— И на чём же вы их прихватите, если я сам у нотариуса распишусь?

— На вымогательстве и угрозах, — жёстко ответил Сергей. — Подпишешь бумаги, получишь деньги, а за дверью конторы они потребуют их отдать. Вот тут мы их и возьмём: твои показания, запись угроз и деньги у них в руках, всё в одном деле. Иначе они так и продолжат, и в районе пропадёт ещё один человек.

Второй опер со скрипом придвинул стул поближе ко мне:

— Да и не в одиночку они такие дела проворачивают. Кто-то же им справки задним числом рисует, выписки чистит. Сто пудов нотариус у них прикормленный имеется.

— Вот заодно и поглядим, кто им бумаги стряпает, — кивнул Сергей. — Но брать их надо на горячем, пока очередную квартиру оформляют. Разработаем операцию от и до. Не волнуйся, мы будем за тобой следить до самой конторы.

— А дальше что? — подался я вперёд. — Они же после нотариуса скажут, мол, прыгай в машину, поедем рассчитываться. Что мне тогда делать?

— До пятницы обговорим каждую мелочь. На крайний случай поедем следом, не выпуская тебя из виду.

Я замолчал, переваривая услышанное. Понятно, операм ещё одно раскрытое дело было на руку, но своей жизнью мне рисковать вообще не хотелось.

— Придётся на тебе звукозапись закрепить, — продолжил Сергей. — Запишем разговоры с Арсеном и Тенгизом, и всё, что будет происходить у нотариуса. Аппаратуру выдадим заранее, научим обращаться.

— А если обыщут и нащупают?

— Перед выходом мы сами тебя экипируем и прощупаем каждый шов. На авось никто тебя под удар подставлять не собирается.