Отпуск с боссом. Холодная месть под южным солнцем. Страница 3

— А как твои тренировки? Ты вроде хотела себе новый лук купить.

Вода тут же идёт не в то горло. Давлюсь. Кашляю. Смотрю на эту ведьму во все глаза.

Ещё и лук?!

— У меня последние два месяца новый тренер. Результаты стали лучше.

— Это многое объясняет, — говорю я, откашлявшись.

— Например? — вежливо интересуется она.

— Например, почему мне всё время кажется, что вы мысленно выбираете место, куда удобнее прицелиться.

Светлана улыбается.

— Не льстите себе, Марк Константинович. На неподвижные мишени я не трачу стрелы.

Дед довольно хмыкает.

— И правда, Марк, ты бы брал пример со Светочки. А то засиделся в своём кресле. Дальше спортзала не выбираешься.

— Так вот вместе со Светочкой и выберемся. Из вертолёта.

Ловлю взгляд Светланы и подмигиваю. Ухмылка с её лица медленно сползает.

Глава 4

— Нина, — дед окликает свою жену, когда та пробегает мимо нашей машины, что-то активно обсуждая с персоналом отеля.

Молодая рыжая женщина останавливается. На её лице нет ни следа косметики. Только яркие веснушки и природный румянец.

— Приехали, — говорит так, будто только нас и ждала.

Нина тут же обнимает сначала меня, потом Светлану как самых родных и близких. Подходит к своему мужу, прижимается к нему.

— Рома, — привычно тараторит, словно куда-то опаздывает, — я забронировала террасу на вечер, чтобы нормально посидеть всей семьёй.

Хмыкаю.

Сколько бы раз дед и его молодая супруга ни пытались организовать “нормальный” семейный ужин, это априори невозможно. Когда за столом собираются две бывшие жены деда с их детьми. А ещё семейка моего отца, которые деду вообще никто, но на наследство уже облизывается.

— Умничка, Нин. — дед как всегда расцветает рядом со своей молодой женой. Целует. — Проводи Свету до её комнаты, поболтайте, посекретничайте. А мне нужно с Марком поговорить.

Честно, не нравится мне это “поговорить”. От него подставой за километр несёт.

Но Роману Афанасьевичу не отказывают. Поэтому смотрю вслед своей секретарши и Нины, пока они не скрываются за углом. Перевожу взгляд на деда.

— Пойдём.

Дед разворачивается, зная наверняка: у меня нет другого выбора, кроме как последовать за ним.

Мы заходим в ресторан, а там в отдельную кабинку. За столом уже сидит мой сводный брат. При виде меня Егор салютует мне двумя пальцами от виска, а затем залпом осушает бокал с виски.

Дед морщится, но не комментирует. Жестом просит занять место рядом с Егором и я послушно плюхаюсь в свободное кресло.

— Я обновил завещание, — дед сразу переходит к делу.

Ещё не знаю, что дед придумал, но чуйка уже разрывает глотку, крича о подставе вселенского масштаба.

Мы с Егором переглядываемся, но терпеливо ждём, когда дед продолжит.

— «Атлант Капитал Групп» достанется Светлане.

Давлюсь воздухом от возмущения. Ищу на лице деда намёк на то, что он шутит. Но нет… Он говорит серьёзно.

Он действительно решил отдать наш инвестиционный фонд случайной девчонке!

Я, конечно, понимаю, что завещание — не дарственная. Пока дед жив, никто у меня компанию не отбирает.

Но в этом-то и проблема.

Сегодня он переписал завещание, завтра решит, что Светик-семицветик лучше меня справится с управлением фондом, а послезавтра предложит освободить кабинет.

И ведь сделает. Даже глазом не моргнёт.

Контрольный пакет у него. А значит, как бы я ни вкалывал последние годы, последнее слово всё равно остаётся за Романом Афанасьевичем.

Дед словно не замечает моей ярости, а именно её больше всего во мне бурлит, от понимания безысходности ситуации, продолжает:

— Гостиничную сеть отписал Ольге.

Брат наливает себе виски до краёв, а потом передаёт бутылку и мы не чокаясь выпиваем. Я прямо так. С горла.

— Ты же не шутишь? — хмурясь, уточняет Егор, хотя не меньше меня понимает: дед таким шутить не будет.

Дед качает головой, а потом бьёт ладонью по столу.

— Посмотрите только на себя! Один не смог удержать своего дружка в штанах и упустил жену. Другой уже год не замечает золотце под своим носом.

Мы с братом переглядываемся и снова не чокаясь пьём. На похоронах не чокаются. А дед только что похоронил наши труды своим решением.

— Дед, тебе если так нужен семейный человек, так отписал бы всё Мотьке. Он хоть какой-никакой родственничек.

— А ему недвижимость отдам, если вы за разум не возьмётесь.

Дед встаёт, давая понять, что разговор окончен.

— Я всё сказал. Не хотите потерять бизнес, дерзайте. Завоёвывайте женские сердца.

Дед выходит, а Егор забирает у меня бутылку и снова наполняет свой бокал. Осушает. И заново наполняет.

— Что делать будешь? — спрашивает мрачно.

Я в ответ лишь пожимаю плечами. Что тут сделаешь?

Переубедить деда нереально, а значит, нужно как-то договариваться с “золотцем”. Вот я и попал в плен Я-те-вео. Она же не успокоится, пока не высосет из меня всю кровь.

Теперь моя очередь делать несколько жадных глотков. Алкоголь обжигает горло, только облегчения не приносит.

— А ты? — спрашиваю Егора, так и не ответив.

Тот усмехается, так словно смирился с приговором на смертную казнь.

— Я на днях завершил сделку. Прикупил остров. Хотел гостиницу открыть. Вложил всё что у меня было.

Егор отбирает бутылку. В этот раз не наливает, а делает прямо так несколько жадных глотков. А потом с грохотом ставит на стол.

— А теперь я нищий, но со своим личным райским островом.

— Хреново.

Брат кивает. Начинает водить рукой в воздухе из стороны в сторону, проговаривая детскую, ну или почти детскую считалку:

— Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана. Буду резать, буду бить — выбирай: нищета или без яиц.

— И что выпало? — смотрю на руку, что зависла недалеко от моего лица.

Егор громко хохочет.

— Загадать забыл.

Хмыкаю.

Егор поднимается на ноги, чуть пошатывается. Кажется, он давно уже здесь сидит.

— Зато Мотька остался ни с чем.

Потираю переносицу. Ну да, наш двоюродный братец любитель праздной жизни и азартных игр не оценит такой расклад. Только с Мотькой можно было бы попробовать договориться, а вот со Светиком-семицветиком это изначально дохлый номер.

— Спорное утешение.

Брат хлопает меня по плечу.

— И то верно. Удачи.

Егор уходит, я же беру бутылку. Делаю глоток.

— Ну что, Светик-Семицветик, дед хотел, чтобы я обратил на тебя внимание? — хмыкаю, направляясь в сторону комнаты моей секретарши. — Без проблем. Организую.

Глава 5

Светлана

— Светик, я так рада тебя видеть! — Нина снова меня крепко обнимает.

За последние пятнадцать минут это уже, кажется, пятые или шестые объятия. Искренние, дружеские. С Ниной всегда так.

Яркая, позитивная. Её любовь к миру ощущается в каждой улыбке, в каждом слове и взгляде.

В первую нашу встречу я боялась, что Нина окажется высокомерной. Но страх был развеян сразу. Мы моментально нашли общий язык и подружились.

— Я тоже. Мы слишком долго не виделись.

Нина активно кивает.

— Но мне здесь, под южным солнцем, так хорошо работается! Рома ворчит на отсутствие цивилизации и родной речи, но это скорее для вида, а не потому что он на самом деле рвётся в Москву.

Нина распахивает дверь номера. За ней — просторный, светлый номер. Подруга осматривается, морщит носик.

— Я же просила ирисы поставить в вазы, а они опять свои розы везде суют.

Ловлю руку Нины.

— Всё в порядке, не переживай.

— Но ты их не любишь, — в её голосе проскакивают капризные нотки, — ладно, цветы поменяем. А пока лучше расскажи, чем закончилось то свидание?

Отмахиваюсь.

— Он оказался очередным самовлюблённым козлом. Иногда мне кажется, что нормальные мужики вымерли как вид.

Нина открывает рот, будто хочет что-то сказать, но тут же умолкает. Поджимает губы и отводит взгляд, что совершенно непривычно. Мне всегда казалось, что у Нины найдутся слова для любого случая.