Любимая кухарка короля (СИ). Страница 2

И когда я в сон провалилась, сама не поняла. Плакала, плакала, да так в слезах и уснула. То все мерзла, а тут жарко стало. И жар этот в груди все собирался и собирался. Уже и дышать стало тяжело. Мне было плохо. И во сне я думала, что все же простудилась, но проснуться сил не было.

* * *

Мне уже и сон какой-то снился. Тянул меня словно кто-то куда-то, что-то говорил, а я будто плыву или иду, по проходу между скамьями, а впереди стоит кто-то.

Я становилась рядом с мужчиной. Ну, наверное это был мужчина, судя по росту и ширине плеч. На нем был плащ, длинный в пол, а на голове капюшон, вообще ничего не рассмотреть.

В груди не унимался жар, он уже почти нестерпимым казался. А я стояла, как приклеенная к месту и никак не могла проснуться. Только прижала левую руку к груди.

— Не сопротивляйся. Только самой себе делаешь хуже.

У меня мурашки по спине побежали! Голос-то какой! Мамочки! Я такое только в рекламе, наверное, слышала. Или в кино? Будто слабый ток по венам пробежал и чуть коленки задрожали. Густой, бархатный, будто обволакивающий. Мне жутко интересно стало и как же выглядит его обладатель под капюшоном?

И что самое интересное — он правду сказал. Пока я отвлеклась на обертоны и тона его голоса, и правда, легче стало! Но едва я вздохнула свободнее, моя правая рука словно сама собой вытянулась вперед. И легла на камень перед которым мы стояли. Я удивленно изучала его. По виду обычный, грубо обтесанный известняк, наверное, я смогла бы этот столб обхватить. Рука моя лежала в выемке, а сама каменюка тянулась вверх да так высоко, что верхушка во тьме терялась. Назвать это колонной я все равно не могла. Оценив высоту монумента, я зябко поежилась. Выемка глубокая, стенки едва ли толще сантиметров трех, непонятно, как эта махина вообще до сих пор не рухнула, стоя на скорлупе по сути. А моя рука внутри нее, как в ловушке.

Мужчина тоже вытянул руку, только левую, и рядом с моей на камень положил. Я в недоумении уставилась на нее. Она была деревянная! Это что? Протез? А почему из дерева? Суставы были металлическими и напомнили мне шарнирных куколок. Я их в интернете видела, но стоили они запредельно. Мечтала завести коллекцию когда-нибудь.

Ну и сны у меня… Точно температура. И наверное большая, раз мне такая дичь сниться. Вот только как же мне проснуться?

И тут я отвлеклась от своих мыслей, камень под нашими руками начал светиться! Только под ладонями, как будто раскалившись до красна. Я даже попыталась руку одернуть, но по ощущениям камень остался все таким же прохладным и ничего не получилось. А потом, под моим изумленным взором, прямо в воздухе здоровенная такая игла появилась, обоюдоострая, с ладонь наверное длиной. И выглядела она так, будто ее выточили из того же самого известняка, каким-то чудом, ведь он хрупкий. Такого качественного бреда со мной еще ни разу не случалось!

Внутри все сжалось в предчувствии и оно не обмануло. Иглища метнулась вниз и прошила мое запястье насквозь!

— Ай! — вскрикнула я.

Это было больно!

Игла пробила таким же образом и деревянное запястье, только снизу вверх, хотя какой в этом был смысл, я не представляла. А потом она просто исчезла, став красной. Да когда же этот ненормальный сон кончится⁈ Почему так больно? Или это мне капельницы делают, пока я в бреду тону? Точно, точно! Откуда еще иголкам и боли взяться? Только кто же капельницы в запястье ставит? Хотя вроде бы бывает иногда, если в вену попасть не могут? Да бог с ним, сейчас мне полегчает от лекарства и я проснусь! Да! Не хочу больше эту жуть видеть!

Я отвлеклась, так как увидела и вовсе не бывалое. По камню к которому я будто была приклеена, от свечения под нашими ладонями побежали светящиеся красным узоры. Словно лоза росла. Или ее выжигало? Она лезла вверх, уже оплетая камень и все быстрее и быстрее поднимаясь. А эта каменная щепка оказалась и вовсе неимоверной высоты. У меня в шее кольнуло, так голову пришлось запрокинуть. Эта штука наверное с дом двенадцатиэтажный была, не меньше.

Потом была вспышка и разом все узоры потухли, а я поняла, что могу отнять ладонь от камня. Но облегчения особого не успела почувствовать, прижав руку к груди.

— Эрха.

Что за слово такое странное? Почему-то до сего момента будоражащий мужской голос, что произнес это слово, теперь мне вовсе не понравился. Было в нем какое-то мрачное торжество. По спине снова мурашки побежали, на этот раз от страха. Да что же происходит⁈ Просыпайся! Просыпайся уже!

Но все же этот сон был кошмаром. Деревянная рука легла мне на плечо и меня развернули. Вторая легла мне на талию и меня прижали к твердому. Он что весь из дерева⁈ Я пыталась отодвинуться, как могла, но куда там!

А потом увидела наконец, что скрывалось под капюшоном. Там не было лица! И человека не было. Это, и правда, была кукла из темного дерева. Или манекен? Черты лица только намечены. Нос, провалы глаз и щель рта.

— Поздно сопротивляться! Поцелуешь ты меня или нет, уже неважно. Ты моя эрха!

Поцеловать⁈ Кого⁈ Деревянную куклу?

Да очнись же ты уже, наконец, пока сердце не разорвалось от страха!

А страшно было очень! И он еще и наклоняться ко мне стал будто, и правда, собрался получить этот самый поцелуй! Так меня стиснул, что еще и дышать нечем стало. Нет! Нет!!! Я уже ничего кроме деревянного «лица» не видела.

Глава 2

Ну и сон мне приснился! И такой удивительно яркий! Обычно я не вижу настолько детальных сновидений.

Я лежала с закрытыми глазами, вспоминая эти самые детали, нежась в кровати. Мягко, тепло, ничегошеньки не болело, жара не было. Я хорошо выспалась, но хотелось еще полениться, валяясь в постели. Никаких срочных дел кроме рутинной уборки все равно не было. Закончу с ней и снова не буду знать, чем занять бесконечно длинный день.

Ну, что за сон все-таки? Особенно последняя часть. По рукам мурашки побежали. Сонник что ли посмотреть, к чему такие страсти сняться?

С этой мыслью я раскрыла глаза.

И закрыла их снова.

Хорошее настроение вытекало из меня, как вода из дырявой посуды. Или даже быстрее.

Я не дома. И точно не в больнице.

Деваться было некуда, за закрытыми веками не спрячешься и я снова открыла глаза.

Не сразу в голове всплыло нужное слово. Балдахин? Как еще эти занавески возле кровати называются? А вокруг моего… «ложа» по-другому и не скажешь, не занавески, а занавесищи целые. Расшитые, со шнурами витыми, а на внутренней стороне, что над самой кроватью, в рамке из золотой лепнины — целая картина! Лужок, танцуют красивые девушки и парни… Хоть не голые и то спасибо!

А уж кроватища! Я девушка не худенькая, так меня тут три можно положить в позе звезды, а с пальцами растопыренными и снежинки — место останется. Мне сесть пришлось, чтобы рассмотреть все. И тут я увидела только, что и комната это скорее целая зала! И я в ней не одна.

Не иначе заметив мои шевеления, целых четыре девушки в одинаковых платьях, склонив головы и глазами в пол, синхронно присели. И как это называется… реверанс? Нет. Другое слово какое-то, вроде немецкое, но вспомнить его не получалось.

— С пробуждением, эрха.

Будто специально стояли и ждали пока я проснусь. Или все-таки стояли…

У меня голова закружилась и я снова упала на кровать и одеялом накрылась с головой, сжавшись в комочек. Что происходит? Что происходит⁈ Как это я «проснулась» во сне? Где я? Тут я еще заметила на своем запястье аккуратную повязку, не так уж и темно было под одеялом. Я осторожно его сжала. Больно! Хотя другого объяснения не было, но и верить в то, что это сон больше не получалось. Уверенность стремительно таяла, я будто пыталась рукой поймать туман. Все по-настоящему! Да как же так⁈ Я видела все так четко, ясно. Себя ощущала вполне обычно. Сумасшествие? Галлюцинации? «Шизофрения, должно полагать»?

Меня потряхивать начало. Паника накрыла и не шуточная такая.

Никто мне не мешал биться в тихой истерике. Усилием заставив себя дышать ровно, я с надеждой выглянула из-под одеяла. Подумала, что те девушки ушли. Но нет. Заметив движение они снова присели, чинно сложив руки на животе. Да вашу маму! Жуть какая! Как они вообще видят, что я двигаюсь, если все как одна опустив голову, в пол смотрят? И я снова нырнула под одеяло.