Дети, рожденные грибницей. Страница 6
Для всего у Пивича была своя версия.
Снова стук. Барклай поднялся и размял плечи.
– Кто?..
– Открывай, не май месяц!
Он завозился с замком, едва не прищемив себе палец щеколдой, и распахнул дверь настежь. Анна стояла в черном проеме, крепкая, ладная, и свет лучины мягко освещал ее румяное лицо. Она всегда была белолицей – загар не прилипал к ней, даже если от рассвета и до первой звезды Анна копалась в грядках. Зато холод ставил на щеках два ровных красных кругляша – словно целовал морозом.
– Снег, – сказала Анна, сбрасывая плащ и встряхиваясь по-собачьи. – Представляешь, август – и снег.
Барклай выглянул в ночь, поморщился. Запер за Анной.
– Так крупа. К утру растает.
– Легко все у вас, у мужиков. А урожай? А скотина?
– Хлев у вас утепленный, справятся.
– У нас-то да, а у Маруси? Или у бабки Дыни?..
Он смотрел на нее и улыбался. Злая, огорченная, Анна оставалась прекрасной, с огнем в темных глазах. Она заметила его взгляд, смутилась, хмыкнула. Барклай нашел чистое полотенце, протянул ей.
Поблагодарила, вытерла лицо.
– Чего ты бегаешь по такой погоде?
– Дома сил нет сидеть. Малая простудилась, лает так, что легким больно. Мать ей травы, травы… лекарства нужны. А волонтеры полгода ничего не привозили.
– «Гуманоиды», – поправил Барклай, возвращаясь к дереву.
– Волонтеры, – она присела на табурет.
– Сходите к Михалне, может, у нее чего осталось.
Михална была единственным врачом на всю Низину – фельдшер-доброволец без зарплаты. Прежде она работала одна на несколько деревень, но после падения биобомбы осела в Усть-Саракташе. Настырная, прямолинейная, с немолодым грубо обтесанным лицом, Михална спасала и от лихорадки, и от переломов. Не ходила на похороны – ненавидела мертвецов, каждого записывая на свой счет, даже если была ни в чем не виновата.
Анна машинально кивнула на его слова:
– Ты Лескова дочитал?
– Да, – соврал Барклай. – Не мое. В сон клонит.
– Все тебе жвачка нужна да боевики, – ответила она скрипуче и блеснула глазами. – Вытяни руки.
Барклай убрал долото и подал ей ладони. Она положила в них пухлый затертый томик.
– Это?..
– Конан Дойль. У Валечки нашла, в старом серванте. Там даже закладка есть, кружевная… Любишь Холмса?
– Любил, – кивнул Барклай. Детская радость скользнула в нем дразняще. Ярче разгорелась лучина за столом. – Спасибо, Аннушка.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.