Танец снежного мотылька. Страница 13

Принц встал рядом и наблюдал через моё плечо растущие столбики. Писать пером было тяжело. Несколько раз посадила кляксы с непривычки, на что мой неудавшийся жених радостно прокомментировал:

— Неумеха. Ещё в жены набивалась.

— Не лезь, — огрызнулась я, — укушу.

— Гусеницы не кусаются, — парировали мне.

— Зато волосня у них ядовитая может быть.

— А я тебя огнём драконьим сожгу.

Хмыкнула, вспомнив, в каком он у них состоянии, этот гордый драконий огонь, но отвечать не стала проигнорировав. Побоялась, что опять увлекусь руганью и вообще ничего не вспомню. Внизу написала «воск». И подчеркнула. В скобках «соты».

Ещё надо тогда будет и фитиль придумать из чего-нибудь. Но к артефактам хоть прицениться бы следовало. Чтобы в голову положить их стоимость. Окинула взглядом список. Большой. Вздохнула. Заметила краем глаза обречённо-раздосадованное выражение Эйрика. Хмыкнула:

— А что ты хотел, дорогой? Ты думал, я здесь руки буду заламывать и куплю за все 100 золотых на первом же прилавке лабуду какую-нибудь? Нет, мой пламенный кошеленосец, мы сейчас пол рынка оббе́гаем, ещё и не по одному кругу. Вдруг, где дешевле, что найдётся.

— А ты сама всё потащишь из этого списка? — с сарказмом поинтересовался принц, в отместку мне за почти поруганную честь.

— Хм. Хороший вопрос, — задумчиво покусала я губы, — а ты можешь дельные вопросы, оказывается, задавать, а не только сарказмы выговаривать. И ты при всём желании всё это не утащишь, даже драконом.

— Даже не собираюсь, — язвительно произнёс не жених, — а помощника я тебе не разрешу нанимать. Ты помнишь условия.

Помню я. Всё помню. Ладно, разберусь. Правильно, что я решила сразу к телегам ринуться. И я, поводив носом, побежала на запах конского навоза.

Имелась в каретном ряду вся линейка транспортных средств, от премиальных до народных марок.

А ещё чем-то здесь воняло. Уже не навозом. Похлеще чем-то. Эйрик потянул носом воздух и скривился. Терпи, дорогой.

Сунулась я поначалу к повозкам. Цены кусались. В два раза дороже выходили.

Потеребила себе мочку уха задумчиво и со вздохом отправилась к телегам. Эйрик саркастически хмыкнул. Издевательски даже.

Что делать, если пойдёт дождь? Вот что меня волновало. Дорога дальняя. Приедем к месту назначения, слёгшие от простуды. А это плохо. Этого допускать нельзя.

Прошлась туда-сюда по ряду с телегами. В некоторых были уже запряжены лошади. Почему уже? Ещё. Прислушалась к тихому разговору торговцев:

— Хорошо распродался?

— Неплохо. Древесина жёлтого дерева нынче в цене. Сухое, крепкое. Сейчас телеги продам и уже по другим делам.

— Правильно, зачем они тебе? Тем более такой груз уже не выдержат. Вон покривились как.

Я наткнулась глазами на те самые телеги для перевозки древесины. По бокам у них торчали полутораметровые деревянные стойки. Это чтоб брёвна фиксировать — промелькнуло в голове.

Брёвна не выдержат, а людей? Человек восемь. Хм, а если сверху тент натянуть?

Ткань плотную купить, несколько рулонов. Потом, если что, можно снять и в дело пустить. А дождь она выдержит? Ну, если обработать, конечно. Моряки раньше свою одежду воском обрабатывали и жиром.

Точно. Жир! Вот чем воняет – прогорклым жиром. И наверняка его продают за три копейки, и за эту цену он никому не нужен.

В голове стал вырисовываться план спасения от весенних дождей. Вонючий, конечно, но жизнеспособный и главное – дешёвый.

Так, натянула равнодушную маску. Перед этим внимательно Эйрика обозрела.

Скопировала его выражение. Ну, там: рот скривила, нахмурилась чуть. Он аж оторопел:

— Ты что гримасничаешь? Ты глазки мне так строишь или издеваешься?

— Два раза нет.

Не флиртую так как — вы принц не моего романа, а второе нет, потому как

издеваться над вами, то есть уже попавшего под молот шоппинга дракона — грешно. Карму испорчу. Сейчас я копирую твоё выражение, чтоб мне скидку сделали.

И я с натянутым равнодушием так между делом поинтересовалась у продавца

телег:

— Что стоит твоя развалюха?

— Да побойтесь неба, госпожа, таких отменных телег вы ещё в жизни не встречали,

— включился в торг мужчина.

И начался у нас процесс, от которого оба начали получать удовольствие.

До развода я была жутко стеснительной и на рынках покупала всё сразу. А вот потом, после удара у меня все барьеры внутренние снесло, или из куколки мотылёк снежный вылупился, который ни зимы, ни лета не боялся – не знаю. Но торговаться я научилась и даже полюбила.

В итоге вместо 72 золотых договорились на 54. Это за шесть телег с рабочими лошадьми. Четыре со стойками, и две простые.

Половина суммы корова, как языком слизнула. С грустью посмотрела на

исчезающие в кошеле мужика мои подъёмные и пошла на запах прогорклого жира, кивнув Эйрику, дескать, не отставай.

Товар испортился у грустного мужика, около которого образовалась санитарная зона. Посетители обходили его по большой дуге и кричали:

— Что же ты, дурачина, не проверил сразу, что на перепродажу вёз?

А мужик горестно разводил руками. Эйрик, правильно поняв мои намерения сунуться к этому мужику, ухватил меня за плечо:

— Объясни мне, неистинная, зачем тебе этот прокисший жир? Я глубокомысленно ответила:

— Надо.

Глава 20

— И вообще, принц, какая тебе разница, куда я деньги собираюсь тратить, ты же сам сказал.

— Да хочу понять, ты ещё в здравом уме или уже тронулась от радости, что тебя помиловали. Потому как если второе, я тебя в закрытую больницу сразу засуну. Главное, чтоб повод был.

Нет, туда я не хотела, и поэтому пришлось объяснять.

— Сейчас куплю телеги для перевозки брёвен со стойками-ограничителями. Потом материал в рулонах поплотнее и жир вот этот. Сверху стоек ещё перекладину прибьём и ткань натянем сверху.

— А жир то зачем? Испортившийся.

— Пропитаем ткань предварительно в нём. Защита от осадков. Вонять, конечно, будем жёстко, но зато дёшево и сердито. Потом, когда доедем, снимем, очистим или зольной водой, или мочой и снова в дело материал пустим.

— Чем? — у принца выпучились глаза.

— Мочой. Да, Эйрик, такой способ чистки тоже имеет жизнь у разных народов.

— Это зачем ты такое изучала, готовясь ко мне в жены?!

Это был скорее риторический вопрос, и я, игнорируя его, сунулась к неудачливому торговцу.

— Мужчина, за сколько жир продаёте? Он жалобно проблеял:

— По себестоимости. Один золотой. Мне бы свои вложенные отбить, а то жёнка на порог не пустит. Здесь пять вёдер в бочке. Хотел заработать, а вон как вышло.

— Давай так. Покупаю, но в цену входит и услуга.

— Госпожа, скажите, что сделать, — всё выполню. Я кивнула.

— Сейчас я прикуплю несколько рулонов ткани, ты пропитаешь их своей

вонючестью и натянешь ткань на четыре телеги. Оставшейся тканью две телеги просто накроем сверху.

Мужику, конечно, не хотелось возиться, но деваться было некуда. 1 золотой был большой деньгой. И за дурость надо платить.

— А инструменты есть хоть?

— Сейчас будут. Иди свою бочку кати в сторону телег. А мы пока с моим горячо нелюбимым бывшим женихом ткань пойдём выбирать.

И повернулась к дракону:

— Ты как, Сиятельство? В тканях разбираешься? Или только их на ощупь можешь оценить, когда гаремных своих раздеваешь?

Народ вокруг захихикал. Толпа около нас росла. Даже не так: группа поддержки, чирлидеры местного мира. Эйрик покраснел, даже дым из ушей потянулся тонкой струйкой, но что в ответ вякнуть – не придумал, поэтому зло отвернулся.

А местные одобрительно начали мне кивать. А некоторые стали даже тайно помогать. Каким образом? Да громко разговаривая, якобы дела обсуждая:

— Слышал, купчиха Аглая такую ткань хорошую привезла? Даром что некрасивая, зато добротная и хорошего качества?

Я навострила уши.

— Да ты что? — якобы удивился второй. — И где её искать?