Демоны Олимпа: Мой дорогой злодей (СИ). Страница 15

Тая и Карина слишком правильные, чтобы понять это.

— Ты права, — с улыбкой говорю я Тае. — Нам лучше дергаться от каждого шуршания, чем подпускать его близко. Лучше точно знать, где он и чем занят, чем гадать, кто станет его следующей жертвой.

— Это разумно, — подводит итог Карина. — У вас с ним сложное прошлое, и никто не осудит тебя за то, что тебе неуютно рядом с ним. Я всё же думаю, что лучше держать его на расстоянии.

Она забирает у меня блокнот и начинает аккуратно переносить наши варианты. Вместе мы набрасываем ещё несколько имён и договариваемся встретиться через пару дней, чтобы сравнить списки и утвердить финальный состав.

— А с этим что делать? — Карина указывает пальцем на чёрную флешку.

Тая переводит взгляд на меня: — У меня и так проблемы с этими успокоительными, так что терять мне особо нечего. Выбирайте сами.

Улыбнувшись, я смотрю на Карину: — Думаешь о том же, о чём и я?

— Уничтожить её?

— Именно! — я оглядываюсь по сторонам в поисках подходящего места. — Но не носить же её с собой, пока мы всё не обустроим.

Я подхожу к старому неприметному жестяному сундучку из-под сладостей — секретнику «Демонов» — и прячу флешку глубоко вовнутрь.

Запирая Башню и спускаясь вниз тем же путём, по одному, я ловлю себя на мысли о том, как я рада, что у нас всё ещё есть наше тайное общество — пусть даже перед нами стоит почти невыполнимая задача. Потому что, если я хочу выбросить Глеба Вилкова и всё, что между нами произошло, из своей головы, мне понадобится как можно больше отвлекающих факторов.

— Виноградова! — рявкает Глеб, и его ледяные синие глаза едва скользят по мне. — Плыви в дальний конец бассейна и отрабатывай держание на воде. Адамов, а мы с тобой пока разберёмся с этим недоразумением, которое ты называешь плаванием.

Руслан бросает на меня умоляющий взгляд — меньше всего на свете ему хочется оставаться наедине с Вилковым. Я сочувственно улыбаюсь ему в ответ. Глеб сегодня просто не в духе... То есть, планка его паршивого настроения и так обычно под потолком, но сейчас он выглядит дерганым и крайне нетерпеливым.

Я медленно гребу к глубокой части бассейна, чувствуя, как вода становится всё прохладнее. Если я надеялась, что ночное происшествие и страх утонуть принесут мне какое-то волшебное озарение или избавят от фобии, то я жестоко ошиблась. Напротив, теперь всё заставляет меня нервничать ещё сильнее.

Абсолютно всё.

Чуть не утонула. Поведение Глеба. То, что произошло между нами ночью... То, что я согласилась на это. Страх ждать результаты анализов из клиники. Параноидальная мысль: а вдруг кто-то видел? Постоянное чувство стыда и вины перед Таей за то, что приходится притворяться святошей. И эта резинка от купальника, которая натянута так, что уже почти не держит.

Щёлк! Щёлк!

Всё это закружило меня в безумном пике. Но Тая права: я всего лишь человек. Ничего неисправимого не произошло. У меня просто была секунда слабости. Но кто сможет меня за это осудить?

Я делаю глубокий вдох, когда ноги перестают доставать до дна, и отчаянно барахтаюсь, пытаясь удержаться на плаву. Судорога моментально сжимает горло. Паника накатывает волной, и я начинаю беспорядочно колотить руками по воде, уходя под воду. В последний момент пальцами удаётся зацепиться за холодный кафельный бортик. Я зависаю на нем, тяжело и часто дыша, отхаркивая воду. Пугливо бросаю взгляд на Руслана и Глеба, но, к счастью, ни тот, ни другой на меня не смотрят. Меньше всего мне нужно, чтобы Вилков понял, насколько я не готова к этим занятиям. Держится на воде даже первоклассник! Стыдоба...

Капли воды падают на мою руку. Я поднимаю голову и вижу незнакомого парня.

— Помощь нужна? — улыбается он белоснежной улыбкой. В его светлых глазах пляшут озорные искорки. Я готова отдать всё на свете, чтобы выбраться из этой воды.

— Немного... — выдавливаю я, мечтая только о сухой суше.

Он протягивает мне широкую ладонь и одним легким движением вытягивает меня на бортик, играя бицепсом. Я немного оступаюсь, и он подхватывает меня за талию, удерживая от падения.

— Я Женя, — представляет он, откидывая мокрые волосы с лба.

Щёлк! Щёлк!

— Привет, Женя. Я Аня.

Его зелёные глаза искрятся отблесками воды: — Ты же знаешь Костю Медведева, да?

Я чуть наклоняю голову, пытаясь вспомнить: — Ну... Да, вроде пересекались. Вы друзья?

Он неопределенно пожимает плечами, а я бегло осматриваю его подтянутый кубиками пресс. Щёлк! И как это я раньше его не замечала? — А ты с какого курса?

— Я первокурсник, — слегка смущается он.

Что ж...Щёлк! Теперь понятно.

Не успеваю я ответить, как над сводами бассейна разносится громовой, знакомый до боли голос:

— Виноградова!

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. К нам тяжелым, уверенным шагом направляется Глеб, нацепив свою самую мрачную и хищную физиономию. Женя тут же отдёргивает руку и отступает на шаг, а Глеб даже не удостаивает его взглядом, обращаясь только ко мне:

— Раз уж у тебя нет никакого желания учиться плавать, останешься после уроков и выдраишь тут всё до блеска.

Он указывает подбородком на инвентарную подсобку, где на полу валяются разбросанные ласты, доски и сетки: — Всё вот это, плюс фильтры, раздевалку и душевые.

У меня отвисает челюсть: — Но это же последний урок на сегодня! Я тут до самого вечера провожусь!

— И что? — абсолютно равнодушно отрезает Глеб.

У меня были планы на вечер с девчонками! В мои планы точно не входила уборка этой чёрной дыры отчаяния, в которую превратилась раздевалка «Олимпа»! Какого черта?!

— Вилков, я вообще-то тренировалась! — я ищу глазами Женю, чтобы он подтвердил. — Можешь у Жени спросить...

Но в этот момент тренер Валерий Александрович дает громкий свисток, и Женя вместе с остальной группой быстро растворяется в направлении раздевалок. Спасибо, первокурсник, выручил! Даже Руслан успел сбежать. Впрочем, его я не виню.

— Займись делом, — бросает Глеб, перешагивая через огромную лужу.

Я разглядываю этот бардак. Пол завален снаряжением. Это самая паршивая работа в мире.

— Ты же это специально делаешь, да? — рявкаю я ему в спину, шлёпая голыми пятками по влажной плитке.

— Что «это»? — он поворачивается ко мне, его светлые волосы еще влажные после заплыва. — Исполняю обязанности?

— Строишь из себя последнего козла!

Глеб мгновенно оказывается рядом, его желваки ходят от злости: — Этот урок нужен для того, чтобы научиться плавать, а не для того, чтобы ты флиртовала с малолетними мальчиками.

Я ошарашенно хлопаю ресницами: — Ты кукухой тронулся? Ты разозлился просто потому, что кто-то проявил ко мне немного внимания?!

— Разозлился? — он издевательски выгибает бровь. — Чтобы я разозлился, мне должно быть не всё равно. А мне просто нужно, чтобы ты была сосредоточена на занятии, а не выставляла свои прелести напоказ перед каждым встречным парнем.

— Ах, так ты у нас теперь блюститель морали? Не то чтобы я собиралась мутить с Женей, но это уже вопрос принципа!

Глеб тычет пальцем мне в грудь, прямо над вырезом купальника: — Ты здесь для того, чтобы учиться, а не искать себе кавалеров. Это моё время. И не смей тратить его впустую. — Он разворачивается к открытой двери подсобки. — И вообще, я твой наставник. Пора бы проявлять хоть немного уважения.

— Ты смеёшься надо мной, да? — я издаю нервный, истеричный смешок. — Уважения?! В этом мире нет человека, которого я уважала бы меньше, чем тебя, Вилков. И ты это прекрасно знаешь. Ты просто хочешь передо мной выслужиться и выставить меня дурой! Тебе доставляет удовольствие унижать меня!

Глеб останавливается у стеллажа в глубине подсобки и медленно поворачивает голову. Его глаза темнеют: — Ты слишком много о себе думаешь, Виноградова. Я здесь для того, чтобы научить тебя держится на воде, и я не смогу этого сделать, пока ты страдаешь ерундой. Так что да, речь идет об уважении к моей власти — нравится тебе это или нет. — Он делает паузу, сканируя меня сверху донизу. — Если, конечно, ты не хочешь отработать свой долг как-то иначе...