Младший сын Небесного демона. Том 3 (СИ). Страница 7
Внутри Александра что-то перестраивалось, глубоко, на фундаментальном уровне, куда её навыки попросту не доставали. Меридианы горели и тут же остывали, сосуд пульсировал, а по меридианам бурлило два смешанных потока стихии, рвущих друг друга, словно дикие звери. Чудо, что при этом меридианы не сгорали от этого «сражения».
Так не бывает. У практика одна стихийная природа, вторая приходит только с высокими рангами, и то через десятилетия работы и трудов, если, конечно, родословная не создает особые условия, а есть и такие монстры. Девушка никак не могла понять, как у командира получилось пробудить вторую стихию, да ещё такой силы, чтобы она могла соперничать с основной и не быть на начальном уровне освоения.
Тея на целительских курсах даже и не слышала о таком. Да, бывает отравление стихийным ядом, но тут точно не тот случай, ведь пробудившиеся в командире стихии практически равносильны.
Первую пилюлю девушка уже дала и теперь собиралась дать вторую, как и говорил Александр перед тем, как потерять сознание. И уже по первой она могла сказать, что пилюли работают. Течения внутри чуть успокаивались, переставали рвать друг друга и начинали, как ей казалось, притираться.
Она держала ладони над грудью Александра и подавала свою водную Эссенцию тонкой нитью, самой осторожной поддержкой из всех, что умела, и с растущим изумлением смотрела, как его тело справляется само. Там, где любого другого практика уже разорвало бы изнутри, командир боролся и будто бы даже побеждал, но ясно, что даже такому, как он, этот бой давался очень тяжело.
Кто же ты такой, Александр Кейр…
Леон тем временем прошелся по пещере, чтобы осмотреться, но всегда старался держать Тею и командира в поле зрения, ведь сейчас именно он был основной силой отряда и должен был их защищать. Людей он тут пока не увидел, зато нашел очень много человеческих костей. Их тут была целая куча, сложенная в виде… алтаря? Леон не слишком разбирался во всем этом, но один вид этой штуки вызывал мурашки по коже.
Зато заставил немного отвлечься от мыслей о командире. Не то чтобы Леон за него на самом деле переживал. Разумеется, нет. Просто если Александр сейчас умрет, то придется потом объяснять Реймонду Кейру, как так вышло, что его младший сын погиб у них под носом. А ещё Тея наверняка будет сильно грустить и винить себя за то, что не смогла помочь.
Ну и вообще, каким бы невыносимым ни был Кейр, он всё-таки член секты.
Свой. А своих не бросают! Даже если очень хочется сказать, что они сами виноваты! И когда Александр очнется, Леон обязательно подаст жалобу Дайену, описав все непрофессиональное поведение данного практика и некомпетентность в качестве командира. Но для этого ему сначала нужно выкарабкаться.
И как на зло, все кобольды разбежались. Сейчас Леону хотелось прикончить хотя бы парочку, выпустив пар и негодование, но те попрятались в своих норах, и он их даже толком не слышал.
Сделав обход пещеры, парень вернулся к Тее.
— Ну что там?
— Состояние стабилизировалось, но что с ним происходит, я не понимаю. Это выше моего уровня, тут нужны целители из Узла, причем хорошие. Возможно, они смогут сказать что-то более детальное.
— Тц… — парень цокнул языком, выказывая раздражение, но девушка отметила, что на самом деле он немного расслабился, услышав эту новость.
Да и, в целом, все его слова были лишь от беспокойства за члена команды, просто он не мог высказать их иначе.
В собственную Духовную обитель я попадал сотни раз, но всегда сам во время медитации. В этот же раз меня просто забросило сюда, словно кто-то схватил за шиворот и выдернул из темноты беспамятства прямо сюда, меж стеллажей библиотеки. Оказавшись тут, я поднялся, отряхнулся, хоть и понимал, что никакой пыли тут нет, но это вышло как-то рефлекторно, и огляделся.
Сама библиотеки выглядела как обычно, книжные стеллажи уходили в полумрак бесконечного потолка, на котором я создал что-то вроде звездного неба, и все же кое-что странное я заметил.
В первую очередь воздух тут казался каким-то влажным, что ли, словно бы после грозы. А ещё, когда я немного прошелся по Обители, заметил, что дверь в соседнее помещение оказалась открыта.
Дверь в храм души я всегда открывал сам, сама по себе она не открывалась никогда, так что это немного настораживало. Сейчас же створка стояла распахнутой настежь, и из проема лился знакомый ровный свет с голубым отливом.
Долго стоять и разглядывать проход я не стал, практически сразу направился туда. Храм встретил меня привычной тишиной. Всё тот же круглый зал с невысоким куполом и постаментами в центре.
Большая часть чаш пустовала, как и всегда, и только в одной горело хорошо знакомое голубое пламя. Смотря на него, я ещё раз мысленно удивился, что ледяная стихия оформилась тут именно в виде огня, а не ледяного кристалла, как мне думалось поначалу.
Впрочем, подойдя поближе, я внезапно понял, что всё совсем не так, как могло показаться. Рядом с голубым пламенем, на втором постаменте, зарождалось нечто новое. Вода, взявшаяся из ниоткуда, кружилась по дну чаши неторопливой спиралью и постепенно обретала форму. Её вначале было немного, но чем дольше я смотрел на неё, тем больше той становилось.
Я протянул руку над чашей, не касаясь её самой, и вода тут же отреагировала, поднялась навстречу ладони тонким язычком, но я в последний момент убрал руку, и отросток опустился обратно в чашу, продолжив движение по спирали.
— Ничего себе… — тихо сказали рядом.
Я обернулся и понял, что удивляться сегодня придется дважды. Рядом со мной, в двух шагах, стояла Киара, оказавшаяся внутри храма. За всё время она ни разу сюда не заходила, максимум околачивалась около двери и с интересом заглядывала внутрь, но порог не переступала.
— А ты почему здесь? — удивился я.
— А что? Нельзя? — слегка обиженно и с вызовом буркнула демоница в ответ.
— Можно, я просто к тому, что раньше ты не заходила.
— Мне просто не хотелось, — и ведь я прекрасно знал, что она мне соврала, даже не нужно использовать Взор небожителя для этого.
— Как скажешь, — не стал пытать её, хотя так и не понимал, почему она просто не может признать, что раньше это место её не пускало.
Мы перевели взгляды с друг друга на два соседних постамента, обращая внимание на то, что они не просто стоят отдельно, а как бы взаимодействуют. Если переключиться на Взор небожителя и считать стихию, то можно заметить, что они будто бы тянут друг к другу незримые отростки Эссенции, которые соприкасаются.
— Ладно, — сказал я наконец, больше себе, чем Киаре, — давай разбираться, что произошло.
Обычно вопросами в наших разговорах сыпала Киара, а я отвечал или отмахивался. Сегодня роли перевернулись: демоница молчала и слушала, а рассуждал я, вслух, потому что это помогало лучше структурировать информацию, да и Киара, может, добавит что-нибудь.
— Стихийный аспект у практика один, по крайней мере, в момент его приобретения. Тело, сосуд, меридианы — всё настраивается на неё. Да, техники чужих стихий использовать можно, Мей-Мей, вон, воздушник с пространственными штучками, но это техники, а не аспект. А второй аспект… о таком пишут в хрониках, и между пробуждениями там проходят десятилетия. Тело должно своего рода созреть, перестроиться, закалиться, и то не каждое выдерживает подобное. Из живых людей, кто владеет двумя аспектами, я знаю только отца, хотя уверен, что есть ещё несколько из самых сильных хранителей секты. Но они сколько шли к этому? Десятки лет. А некоторым и сотни мало, чтобы постигнуть второй аспект. А у меня сколько ушло на её освоение? Пара минут? И система даже не вывела предупреждение о том, что это опасно, и не попросила подтверждения действия. Это ведь не какая-то предрасположенность, это именно что аспект, блин!
— Но ты жив, — верно заметила Киара. — И вроде даже цел. Так что не все так плохо, как могло бы быть.
— Жив. И вот тут, думаю, всё дело в родстве. Лед — это застывшая вода. Вода — это растаявший лед. Они не чужие друг другу, они две формы одного и того же, просто в разных состояниях. Если бы я ткнул не в воду, а в какой-нибудь огонь, например, то меня бы просто разорвало из-за конфликта. А так они будто бы две стороны одной силы, и потому после некоторых притираний вроде наладили взаимодействие.