Секреты (ЛП). Страница 6

— Он был красавчик?

Я запинаюсь, не готовая к этому вопросу.

— Дело не в этом.

— О боже мой. — Я поднимаю глаза и вижу, что она смотрит на меня. — Конечно, был!

Я качаю головой.

— Это не имеет значения.

— Уверена, Грег не будет рад, что ты влюбилась в его брата, как школьница.

— Мия, — предупреждаю я.

— Но знаешь, что имеет значение… — говорит она, наконец заинтересовав меня. — Я покопалась в деле о взломе твоего дома.

Роясь в сумке, она достаёт несколько газетных вырезок и раскладывает их на кофейном столике.

За эти годы места наших понедельничных встреч стали довольно креативными, но дом семьи Мии остаётся нашим любимым. Это единственное место, где мы можем побыть наедине, без людей, высказывающих свои ненужные мнения. Родители Мии принимают меня с распростёртыми объятиями и всегда поддерживали наши поиски. Они действительно как семья, которой у меня никогда не было. Это пожилая пара, которая вместе с подросткового возраста, но до сих пор полностью и безраздельно влюблена друг в друга. Их дом скромный, но уютный. На стенах развешаны таблички с надписями «Живи, смейся, люби». У меня даже есть своя скромно обставленная спальня, если я когда-нибудь захочу остаться на ночь.

Мия говорит:

— Я попросила кое-кого расследовать все кражи в этом районе, где ничего не было украдено. Угадай, что я обнаружила? — Я поднимаю бровь. — Ничего! — Она бросает мне в грудь несколько бумаг. — У каждого из них был мотив. Не хочу этого говорить, но я думаю, что твой дом был специально выбран, особенно если ты сказала, что он был в комнате Джека. Он не искал денег или вещей, чтобы украсть — это было личное.

Мои мысли блуждают к злоумышленнику, и по моей спине пробегает холодок. Я не знаю, кто был этот человек, но моя встреча с ним оставила в моём мозгу неизгладимый шрам, который не заживает. Я не упомянула об этом Мие, так как она, вероятно, высказала бы своё мнение о том, как я поступила глупо.

— Ты права, — говорю я, просматривая бумаги. — Никто из нас не заходил в его комнату уже много лет.

— Уверена, если мы узнаем, кто это был, то сможем узнать больше о том, как он умер.

— Нет сомнений, что тот, кто вломился, хотел что-то из его вещей. Мои родители ведут себя так, будто его никогда и не было, а когда я пытаюсь рассказать им об этом, они просто отмахиваются. — Я опускаюсь на стул рядом с ней, чувствуя себя побеждённой. — Они думают, что я сумасшедшая.

Она вздыхает, снова просматривая бумаги. — Мы ещё раз всё пересмотрим, чтобы убедиться, что я ничего не упустила. А пока я свяжусь со своим знакомым и посмотрю, сможет ли он найти что-нибудь ещё о Гарольде.

— Гарольде?

— Звучит более по-британски. А я люблю британцев.

— Когда я его видела, он был весь в крови…

— Потому что это не чертовски сексуально?

— Мия!

Она невинно поднимает руки.

— Я прочитала достаточно мрачных любовных романов, чтобы знать, что такое дерьмо не всегда плохо.

— Не надо. — Я качаю головой, сдерживая смех. — Может, Грег действительно говорил правду о том, что он плохой человек.

Она пожимает плечами.

— Мы попросим моего парня расследовать. Это займёт у него около недели, но если он что-то скрывает, мы это найдём. Поверь мне.

Глава 4

Это странно. В одну минуту ты даже не знаешь о существовании кого-то, а в следующую уже не можешь представить свою жизнь без него…

Ну, это не совсем так.

Гарри имеет привычку появляться в самые неподходящие моменты. Словно он специально старается сделать своё присутствие максимально неприятным. Грег говорит, что у него есть недвижимость недалеко отсюда, но он всё равно появляется по каким-то совершенно странным причинам.

Однажды вечером мы с Грегом сидели в гостиной, когда Гарри ворвался через входную дверь — как к себе домой (хотя так оно и есть, но я предпочитаю об этом забыть) — и спросил, нет ли в холодильнике лишних яиц. Даже не взглянув на нас и не дождавшись ответа, он взял пакет и вышел.

В следующий раз, когда он заглянул, ему понадобилось молоко для кофе… Странно. Я всегда думала, что такие люди, как он, пьют кофе без молока, но это моё стереотипное представление. Гарри было бы в десять раз быстрее дойти до ближайшего магазина, но, увы, он взял пакет молока и ушёл.

Думаю, он пытается утвердить своё присутствие теперь, когда вернулся в город. Каждый раз, когда он приходит, Грег так сильно сжимает зубы, что я уверена — услышу, как треснет коренной зуб. И всякий раз, когда я пытаюсь задать дополнительные вопросы, он отмахивается. Я слышу только одну и ту же повторяющуюся историю: он решил не общаться с ним, они поссорились около семи лет назад и почти не разговаривают.

Однако однажды история наконец раскрывается.

Это был обычный будний день, когда Гарри зашёл, попросил риса и ушёл, не сказав ни слова. Грег потерял самообладание и резко повернулся ко мне.

— Помнишь, я говорил, что мы с Гарри не ладим?

Я кивнула, стараясь скрыть свой интерес.

— Он связался с какими-то ненормальными людьми. Он ужасный человек. Я не могу объяснить…

Я хмурю брови.

— Я думала, ты говорил, что он фотограф.

— Он и есть фотограф. — Он энергично кивает. — Просто пообещай мне, что будешь держаться от него подальше. Я вижу по твоему взгляду, что он тебя заинтриговал, но как его брат я знаю: быть рядом с ним — последнее, чего тебе хочется.

— Просто скажи мне. Ты можешь поговорить со мной.

— Нет! — фыркает он. — Он испортил моё детство, Джиджи. Почему ты мне не веришь?

Я вздыхаю и склоняю голову.

— Ладно, ладно. Я верю тебе.

После этого я убеждаю себя, что Гарри — не тот человек, с которым стоит общаться, но моя интрига по отношению к нему всё ещё остаётся. В его присутствии по-прежнему есть какая-то притягательная сила, которая заставляет меня смотреть на него, даже если он и не смотрит в мою сторону. Не то чтобы мы когда-либо находились в одной комнате достаточно долго, чтобы полноценно поговорить. Если подумать, я не уверена, что мы вообще продержались там дольше двух минут подряд.

Каждый раз, вспоминая о том, через что прошёл Грег в детстве, я сочувствую его страданиям. Но осознание того, что от тебя скрывали такие глубокие секреты, — это чувство, от которого трудно избавиться…

Проведя ещё несколько ночей в доме Грега и узнав от Мии о взломах, я принимаю решение вернуться к родителям. Чем дольше я откладываю, тем труднее будет снова встретиться с ними.

В субботу днём, после очередной изнурительной смены на работе, я чувствую напряжение за чаем, когда осторожно спрашиваю: — Если я что-то скажу, ты обещаешь не выходить из себя?

Мама напрягается.

— Если ты должна…

Я вздыхаю, готовясь к разговору.

— Мия расследовала все недавние кражи в этом районе. У всех них был мотив…

— Твой отец и я нашли в этом районе прекрасную квартиру, которая идеально тебе подходит, милая. Правда, дорогой?

— Мгм, — бормочет он, набирая в рот еду.

— Аренда немного дорогая, но мы не против доплатить. На самом деле это скорее мезонет [2] , чем квартира. В Блэкхите, с двумя спальнями, прямо рядом с милым маленьким клубом регби…

Я прищуриваюсь, голос мамы затихает в ушах. Края моего зрения темнеют, её лицо становится моим главным объектом внимания, слова звенят в ушах, как белый шум, пока я не вижу только её движущийся рот. Моя ненависть растёт с каждой секундой, и я смотрю ей прямо в глаза, представляя, как кровь льётся из её волос, стекает по лицу — жуткое сходство с тем моментом, когда я впервые увидела Гарри Сент-Джеймса.

Я склоняю голову набок, представляя, как беру нож, лежащий в центре обеденного стола, и вонзаю его глубоко в сочное куриное мясо — только вместо курицы представляю её. Мои кулаки сжимаются по бокам, когда я представляю, каково это — чувствовать пульс её горла, вибрирующий против моей ладони с каждым ударом…