Системный рыбак 16 (СИ. Страница 6

— Три-два, — сказал Гарольд.

Берег ожил. Бабушка Майя застучала тростью и потребовала бить влево, потому что слева у гостей дыра. Селеста окончательно забыла все манеры дома Холмс. Клэйн объявил, что победа решена.

Они не понимали, смотрели на счёт и радовались цифрам.

Гости же больше не улыбались.

Тот, что стоял у сетки, зашипел сквозь зубы. У второго по костяшкам прошла тёмная рябь. Бритый затылок шагнул вперёд, глядя мимо мяча, на Магду.

Гаррет коснулся плеча одного, затем другого. Оба тут же успокоились.

Ох и не нравилось мне это. Того и гляди, бомба замедленного действия скоро рванет.

Мирель за всё это время не сдвинулась с места. Стояла у боковой, сложив руки, и когда я закрыл последний розыгрыш, она поаплодировала мне кончиками пальцев.

— Красиво, — сказала она через площадку, и ямочка снова была на месте. — Вы посмотрели в угол раньше, чем туда ушёл мяч.

— Привычка.

— Хорошая привычка.

Говорила она тепло, по-домашнему, без единой фальшивой ноты. Мяч её больше не занимал вовсе. А глазами она меня в этот момент буквально взвешивала и прикидывала ценник.

Ксения у задней линии перестала делать вид, что её занимает игра, и подошла ко мне ближе на два шага.

До победы оставалось два мяча.

Пауза вышла сама собой. Мяч закатился под навес, и Леон полез за ним.

И тут вдруг Грозелла поднялась со своего места. Бутылка, выскользнув у неё из пальцев, легла на бок, и тёмное потекло в песок. Старуха этого не заметила. Она вытянулась и смотрела поверх наших голов, туда, где над лесом висело белое небо, и лицо у неё сделалось чужим.

Глаза закатились.

— Камень треснет по швам, — голос вышел низкий и гулкий, будто говорили изнутри бочки. — Тот, кто стоял непокорным, встанет снова. Рога подняты, зов услышан, и придёт для мира новое ярмо, а держать его будут те же руки, что держали прежде.

Птицы над отмелью смолкли.

Чего?

Рога подняты?

Это она про статуи непокоренных демонов что-ли? Я ведь как раз около двадцати дней назад ночью, при помощи ведра багровой краски и пары отпиленных отростков Железного Оленя, пристроил рога одному из них.

Что за совпадение? Ладно, разберусь с этим как-нибудь потом…

Грозелла качнулась, моргнула, и взгляд её прояснился. Нашарив бутылку и обнаружив, что та пустая, она тихо выругалась.

А вот гости услышали.

— Говорящая с Небом⁈ — удивленно произнёс кто-то из них.

Слово пошло по их шестёрке, и снисходительность с лиц сползла. То, что осталось, я уже видел у одного ростовщика, которому должник сдуру показал полную шкатулку.

Гаррет обернулся и посмотрел на старуху долго и спокойно. Потом на Селесту. Потом на Элизу. Потом на бабушку Майю под зонтом.

— Старуху берём целой, — неожиданно сказал он тем же тоном, каким говорят грузчикам, что куда нести. — Молодых женщин целыми, они пойдут в дело. Остальных под нож, кровь зря не разливать, у нас контур пустой.

Голоса он не повысил ни на грамм.

— Шеф, — выдохнул Адриан.

— Вижу.

Всё началось очень быстро.

Бритый затылок оказался рядом с Магдой раньше, чем я договорил, и ударил её открытой ладонью в грудь. Магду снесло вместе с сеткой, шест выломало из песка. Остальные разом рванули к кострищу, и крик с берега утонул в начавшейся свалке.

Из зарослей за спинами гостей вышел Рид.

Он вырос на ходу, и последний шаг сделала уже гора бронзовой шерсти. Три хвоста прочертили воздух узкими серпами. Двоих сектантов смело с ног, однако оба поднялись.

Дина села перед кострищем и растопырилась. Над людьми у огня встал мерцающий купол.

Адриан выхватил меч, Клэйн с Рейнаром бросились рядом. Их разобрали за несколько секунд.

Рядом с Клэйном ударили ладонью в песок. Песок встал стеной и швырнул его к воде. Из рукава второго сектанта вылетела кровавая плеть.

Вжжах!

Она прошла Рейнару по спине от плеча к поясу. Рубаха разошлась, Рейнар опустился на колени и беззвучно раскрыл рот.

Адриан продержался дольше всех. Отбив несколько ударов, он достал кому-то бедро, а потом двое зашли с боков и погнали его к воде.

— Молодой практик неплох, — заметил тот, что с плетью. — Печень у таких сладкая.

— Печень оставь, забирай кровь.

Они обсуждали нас как утренний привоз. После слов о печени Магда снова осела, а Ксения застыла в песке. Морган прижал к себе Элизу и замер.

Я мысленно коснулся системных слотов.

Удочка легла в правую руку, Острога в левую.

Крючок поймал ворот платья Ксении. Я дёрнул, протащив её по песку, и плеть с ядовито-зелёными шипами ударила в пустое место. Следом я выдернул Элизу из-под руки чужака и швырнул к Моргану.

Леска тут же легла по щиколоткам двоих сектантов. Оба рухнули, открывая коридор, по которому Гарольд с Освальдом потащили бабушку Майю к лодкам.

Острогой я отвёл следующий удар и ткнул нападавшего в грудь. Зубцы лишь отбросили его: защита выдержала. На каждого такого пришлось бы потратить слишком много времени.

— Гляди, крючками нас ловить будет, — засмеялся бритый.

— На живца берёт.

Пусть смеются. Пока бритый острил, Гарольд успел сделать ещё пять шагов.

Крючок вытащил Ксению, но за это время Леона достали ногой под рёбра. Он остался у сетки, подтянув колени, дышал часто, а из уголка рта тянулась розовая нитка.

Элиза попала к отцу, зато Адриана додавили до воды. Его рукав набух красным от плеча до локтя.

Каждый спасённый стоил нам двух новых ран. Счёт шёл в их пользу.

Впервые за очень долгое время это была не прикидка, а готовый итог.

Вздохнув, как вздыхает мастер над подмастерьями, которые полдня возятся с простой работой, старший сектант повёл рукой.

— Хватит! Раскрывайтесь.

И тут воздух словно лопнул.

Багровое пошло от них разом, поднялось от песка и накрыло берег до самой воды. В нос ударило железом и падалью. Белый песок сделался грязно-розовым, вода у отмели потемнела до цвета остывшего вина.

Следом навалилась тяжесть.

Людей у кострища прижало к земле. Морган осел на колени, всё ещё сжимая Элизу, а Ксения ткнулась лбом в песок. Магда и Леон остались лежать.

Купол Дины покрылся трещинами. Она заскулила, но с места не сдвинулась. Рид взревел и повалился на бок: багровые жгуты захлестнули лапы и шею.

Двое пошли к Грозелле.

Старуха сидела прямо, смотрела на них снизу вверх и беззвучно шевелила губами.

— Молодой господин, а ты я гляжу стойкий, — Гаррет повернулся ко мне и впервые назвал меня хоть как-то. — Стой спокойно. Я разрешу тебе смотреть. Их будут забирать по одному, а ты будешь стоять, потому что другого ты сделать не сможешь. Так проще всем, и им в том числе.

Он говорил без злобы. Хуже всего было именно это.

Я стоял с Острогой в одной руке и Удочкой в другой, посреди берега, залитого чужой аурой. За спиной Рейнар тянул воздух горлом и никак не мог его дотянуть.

Удочка могла выдернуть человека из-под одного удара. Сейчас пятнадцать моих людей лежали под давлением всего отряда, а двое уже шли за Грозеллой. Следующая подсечка спасёт одного. Остальных начнут забирать.

Нужно как-то выиграть время. Не для одного, а для всех. Чтобы все разом смогли уйти, а иначе моих людей ждет верная гибель…

Но как?

Был у меня один способ, который я всегда держал про запас. Но он требовал цену.

Я вскинул Удочку к небу, закрыл глаза и мысленно рванул затворы духовного вместилища.

Серебристая гладь откликнулась мгновенно. Резервуар начал пустеть так быстро, что меня согнуло от первого рывка.

— ЗАЛО-О-ОЖЕНИЕ… — хрипло вырвалось из горла.

Воздух над островом раскололся. Сквозь белое небо проступили все девяносто девять Звёзд Таланта и закружились вокруг пустоты, перечеркнув дневной свет холодными дорожками.

— ЗВЁ-ЗДНОГО…

Пустота взорвалась водой.

Над пляжем возникла тридцатиметровая сфера. Серебристая вода зависла без опоры, накрыв тенью берег от леса до отмели. Багровая аура под ней просела, словно её придавило самим весом Моря.