После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа (СИ). Страница 3

Ой. Спалил.

Мы все разом отворачиваемся.

- Любовь зла, полюбишь и шкалапендру эту.

- Мам! - кричит с горки Амина. - Вита не дает нам кататься.

Ну, правильно, как катиться, когда тот, кто должен был стать в конец очереди, скатился, а теперь лезет вверх по горке, чтобы снова съехать первой.

- Вита! Пойдем домой сейчас же!

- Шестерка, - шипит на сестру Витка.

- Дамы, - подходит к нам Давид, - у меня уже не только уши горят, но и все остальное…

- Можно без твоих интимных подробностей? - тут же осекаю.

- Пошли отойдем, поговорить надо, - кивает мне.

- Не о чем.

- Есть о чем.

Глава 3. Извинись за “наезд”

- Обнять тебя хочу, никак лет пять не виделись, - расправляет руки, ждет, что я брошусь в его объятья.

- Мой муж не очень будет рад, что я с тобой тут обнимаюсь.

Вру и, мне кажется, даже не краснею.

- Жаль, - опускает руки, отшучиваясь, - пошли присядем.

Разворачивается и идет к свободной лавочке.

Я оборачиваюсь к девочкам, они скептически смотрят в его спину.

- Пойду узнаю, что хочет.

Выдыхаю и иду за ним. Широкие плечи обтянуты хорошо скроенным пиджаком. Брюки тоже сидят так, что и не облегают попу, как у…. тех самых, но и вроде подчеркивают заднее достоинство.

- Что ты хотел? - поторапливаю его.

- Как жизнь?

Давид опускается на ближайшую скамейку и разваливается. Колени врозь, руки раскидывает по спинке, будто это все его тут.

- Отлично.

- Как родители?

- Живы, здоровы.

- Мммм… оно того стоило?

- Конечно, как променять людей, которых знаешь всю жизнь, на тех, кого всего два года. А твоя мама как?

- В порядке.

- Весь яд из нее выдавили или что-то осталось?

- Тебя, я смотрю, тоже, какой-то скорпион укусил.

- Что ты хочешь, Давид? Узнать, как я живу? Нормально живу, не жалуюсь. Все? Могу идти?

- Слушай, у нас вопрос один не закрыт. Вы мне испортили машину, я, вообще-то, могу заявить на тебя. На всю вашу банду.

Я смотрю на него и поджимаю губы, чтобы не рассмеяться. Это был бы анекдот года. Байка отдела. Он бы мемом стал. Может быть, даже проснулся бы завтра знаменитым.

Пришел заявить, что дети ему испортили машину, а потом бы выяснилось, что это его дети.

Если прижмет, то молчать не буду. Я штраф такой не потяну. Пусть сам расплачивается, что не занимался их воспитанием.

- Не веришь?

- У тебя другое воспитание: ты не отбираешь - ты бросаешь.

- Это было обоюдное решение. И ты подала документы, если забыла.

- А ты сделал так, чтобы нас развели за три дня.

- Ты ждала, что я передумаю?

Может, и ждала. Любила же идиота.

- Нет уж… два раза в одной реке ноги не мочу.

- Ладно, это все лирика. Давно тут живешь?

- Давно.

- Этот дом сдали в прошлом году.

- Если знаешь, зачем спрашиваешь?

- Так сколько?

- Ну год где-то и живу.

- У меня к тебе дело есть.

- Неинтересно.

- Ты даже не выслушала.

- С тобой никаких дел иметь не хочу уже на берегу.

- Я забуду про то, что вы с девочками сделали с машиной…

- Зачем забывать? Не забывай. Помни об этом. Это я еще успела ее остановить, - и машинально перевожу взгляд на Виту.

Она уже с Борей и Аминой что-то в траве рассматривают.

- Эта, в кепке, за словом в карман не полезет.

- Есть в кого.

- При правильном подходе это исправляется, - губы растягивает в улыбке и кончиком языка облизывает нижнюю губу.

Да уж…

После развода я с ума сходила. Нельзя же вот так просто отрезать все и забыть. Чувства закопать, полить это место бензином и поджечь, чтобы все к чертям выгорело.

Но со временем, вся любовь к нему сместилась на детей.

Сейчас… сейчас, кажется, и ничего уже не осталось.

Чужой.

Хотя, засранец, все так же хорош.

- Никаких дел у нас с тобой не будет.

- Да ничего делать не надо. Просто… на пару вопросов ответишь.

- Зачем?

- Надо собрать анализ целевой аудитории.

- Кого?

- Целевой аудитории.

- А ты с какой целью интересуешься? Ты не из милиции случайно?

Он ведет бровью, а я снова поджимаю губы, чтобы не рассмеяться. Вчера только пересматривали Простоквашино.

- Нет.

- Ну, спрашивай.

- Не тут, у меня там анкета. Ее заполнить бы.

- Где это там?

- Дома.

- Пффф. Сначала рассказывай, что тебе надо. Может, ты меня в криминал хочешь втянуть. И я ничего о тебе не знаю, - машу головой, - выкладывай.

- Ладно. Я хочу тут кафе открыть. Район мне нравится, место нашел, но нужен общий срез по населению.

- То есть твой наезд на детское кафе был спланирован, да? - встаю в позу, как мама на родительском собрании, когда узнала, что Вита назвала воспитателя "шестеркой".

- Нет.

- Да.

- Я серьезно.

- Я тоже.

- Тая.

- Сначала ты должен извинится перед моими дочками.

- За что?

- За то, что наехал на их кафе. И теперь еще хочешь свое открыть рядом.

- Ты серьезно сейчас?

- Когда дело касается бизнеса, да.

Он на секунду прикусывает губу. Смотрит на меня так, будто не верит, что я это всерьез.

Держусь из последних сил, чтобы не рассмеяться сейчас и держать покерфейс. А что он вообще думал? Порядки тут свои наводить ему никто не даст.

Конечно, мои не правы. Но он… он козлина на пять лет свалил. Ни разу не позвонил и не написал, не спросил как я. И еще много чего! Так что никто ему тут все на блюдечке подносить не будет.

- Мама, - ко мне подбегает Амина и тянет за руку, чтобы я наклонилась. - А что, нам дядя штраф хочет дать? - шепчет.

- Нет, он хочет извиниться, что сломал твою шишку и наехал на ваше кафе.

По виду не готов еще. Вот и проверим, правда ли то, что тут про кафе заливает.

Глава 4. Как тебя называть, дядя, “папа”?

Амина подозрительно прищуривается и косится на него. Он на нее.

Только бы не догадался и не узнал. Хотя… куда ему. Внешне дочки в меня, такие же блондиночки. Глаза если только папины, но это такая мелочь.

- Извини, что раздавил твою шишку и наехал на кафе, - серьезно говорит Давид, доигрывает роль.

Что там за анкетирование такое, что извиняется даже.

Амина чуть приподнимает голову и смотрит на него свысока.

Ну принцесса, не меньше. Горошины только не хватает.

- А ты новую найдешь?

- Найду, - кивает, медленно моргая.

Амина идет к нему и протягивает руку. Но не жестом, чтобы пожал ее, а чтобы ручку ей поцеловал.

Где они этого набираются только?!

Давид ухмыляется уголком губ, но берет своей лапищей ее маленькую изящную ручку и наклоняется.

Но взглядом выхватывает меня и прищуривается, как кот, что приценивается к добыче. Он вообще видел кольцо, которое я для него надела на безымянный палец?

Едва касается губами тыльной стороны ладони.

- Ааааа! - узнаю теперь вскрик Виты.

Да что ж за утро?!

Там что-то непонятное происходит, поэтому оставляю Давида и иду к Вите и Боре.

На пальце у Виты краснеющий укус и уже намекающий на отек бугорок.

К нам сюда же идут Амина с Давидом и мои подружки. Намечается консилиум.

- Тебя укусил кто-то?

- Пчела.

- Это была не пчела, а оса, - поправляет важно со знанием дела Боря.

- У нее аллергии нет?

- Я не знаю, ее никогда не кусали осы.

- Ну наблюдай тогда, у меня в детстве вот была аллергия на укусы. Один раз на скорой увезли.

А если это по наследству передается? Черт.

- Не хочу я в больницу.

Палец на глазах начинает распухать.

- Нет, давай все же покажемся.

Раз папа еще с таким анамнезом.

- Поехали, отвезу, - предлагает Давид.

- Я с ним не поеду, - сводит брови Вита.

Вот нашла время капризничать, шкалопендра малая.

- Другие варианты есть? - кивает мне Давид.