Елочная ферма «Аромат зимы». Страница 5

С конца ряда раздалось хмыканье.

– Лучше тебе не знать, – пробурчал Логан.

– Мы не хотим, чтобы наша новая соседка случайно наткнулась на нечто ужасное и испугалась, – пояснил мэр, как будто подобное происходило каждый день. – Вот мы и подумали…

– Что лучше на это наткнуться мне? – приподнял бровь Беннет.

Мэр поежился.

– Ну, скажем, вы могли бы разок-другой заглянуть к ней, помочь обжиться. Она собирается открывать ферму снова, и мы все очень рады. Просто не хотим никаких неожиданностей. – Он начал заламывать руки. – И никого из местных жителей она дальше порога не пускает. Но вы, – тут мэр просиял, – вы сумели добраться до Киры. Джинни рассказала, что вы гуляли с собаками по территории и пообщались с владелицей, а значит, вы идеальный кандидат для этой задачи!

Беннет ущипнул себя за переносицу. Может, стоит поискать ближайший рейс и вернуться в Сан-Франциско?

– Не могу. У меня работа.

И мэр, и все остальные посмотрели на него со скептицизмом.

– Да, удаленная работа тоже считается! – заметил Бен.

– Но график же гибкий, верно? – спросила Джинни. – Почему бы не заглянуть на ферму пару раз перед тем, как она откроется? Ну, не знаю, проверить, не валяются ли там черепа и все такое…

Беннет взглянул на нее, пытаясь мысленно передать, что такими темпами на ферме окажется закопана сама Джинни его же руками. Однако сестра говорила совершенно серьезно. Бен оглядел помещение – присутствующие были с ней явно согласны.

Весь город посылал его на миссию: отправиться на любимую местными елочную ферму и… что? Поискать тела? Или спрятанный ларец с деньгами? А может, просто разгадку местной байки?

А самое смешное – жители считали, что Кира правда пустит его на ферму! Ха! Шутники, конечно. Судя по тому, как она смотрела на Бена вчера, она в жизни не пригласит его на чашку чая и расследование теоретического убийства.

Однако все вокруг глядели на него с такой мольбой…

А Беннет терпеть не мог отказывать. Даже едва знакомым сумасбродным жителям маленького городка.

– Я могу попробовать, но…

– Чудесно! – тут же отозвался мэр. – Значит, Беннет поможет Кире заново открыть елочную ферму. Какой вопрос следующий?

«Я могу попробовать, но ничего не выйдет» – вот что собирался сказать Бен. Однако теперь это не имело значения. Его уже вынудили согласиться – и не подбросить кого-то до аэропорта, а заниматься фермой, расследованиями и поиском сокровищ…

Но, скорее всего, новая владелица просто-напросто вышвырнет его за порог.

Глава 3

На улице лаяли собаки – Кира услышала их, пока мыла кружку из-под кофе. Она выглянула в окно над раковиной – из него так дуло, что замерзло лицо. Но как это исправить, Кира не знала.

И снова лай! Кира протерла запотевшее стекло, но все равно ничего не увидела.

Может, к ней пришли покупатели, да еще и с собаками! Или даже нарядили питомцев в маленькие свитера для рождественской фотосессии! Как очаровательно! Такие снимки будут чудесно смотреться на новенькой страничке в социальной сети, которую у Киры наконец-то получилось создать. Она сумела поймать сигнал в дальнем углу одной из комнат на втором этаже. Если не двигаться и стоять лицом к стене, интернет работал как часы.

Надо бы выйти на улицу и поздороваться с клиентами. Кира наняла милую и очень ответственную на вид девушку, чтобы та работала за кассой и встречала гостей, однако это были первые посетители. Стоило взглянуть на них и попросить разрешения выложить фотографии песиков в рождественских свитерах.

Поэтому Кира быстренько натянула ботинки и новую дутую куртку. Покупатели – это деньги, а деньги – это тепло. И новые окна.

Вот так! Все будет хорошо! Кира обязательно справится со всем сама, без помощи Хлои. И вообще, Хлоя наверняка все эти годы сдерживала ее потенциал своей практичностью и приземленностью. Для Киры пришло время сиять, жить мечтой, пусть и недавно появившейся. Она заработает денег благодаря помешанным на елках жителям городка, а потом начнет вести сельскую жизнь, прямо как авторы очаровательных страничек вроде «Сельская богиня» и «Хорошо в деревне летом». Если они справляются, то и у Киры все получится.

Девушка вышла на задний двор, мечтая о кладовке с аккуратными рядами маринованных овощей и расшитых крестиком фартуках. Кира не то чтобы смыслила в заготовках или рукоделии.

Она отправилась навстречу лаю. Так, второй ряд елей по вертикали, третий по горизонтали… вот здесь! Ой.

– Опять вы.

Мужчина, который уже приходил на днях, стоял, опустив взгляд, и будто что-то высматривал на земле. Услышав голос Киры, он резко поднял голову.

– И снова здравствуйте! – махнул он рукой в знак приветствия.

– Зачем вернулись?

Мечты Киры о собачках в свитерах жестоко рассыпались.

Элизабет, самая крупная из небольшой своры, ткнулась мордочкой в ладонь девушки. Та ласково почесала ее между ушей. Хоть эти собаки не носили свитеры, они все равно выглядели донельзя мило.

– На вывеске написано: «Открыто».

Кира нахмурилась:

– И вы пришли купить елку?

Мужчина улыбнулся:

– Возможно. Если найду ту самую.

– Ту самую? – передразнила его Кира. – Это елка, а не жена.

Мужчина рассмеялся, ошарашив и ее, и собак. Оди аж гавкнул от растерянности.

– У меня очень высокие требования к рождественским елкам, – ответил незваный гость, и глаза у него весело засверкали.

– Я так и думала.

Наверняка у него были крайне высокие запросы ко многим вещам. Но если бы Кире такое нравилось, она бы еще долго не уезжала из родительского дома.

– А у вас – нет? – поинтересовался мужчина.

– Точно не к елкам.

Он осмотрел теперь принадлежащую ей ферму. К своему счастью, он воздержался от комментариев о том, что за рождественскими елками нужен более качественный уход. Лишь пожал плечами и сказал:

– Хорошая куртка.

– Спасибо. Тут такой дубак, что одеяло уже не спасало.

Мужчина рассмеялся.

– Сейчас все еще выше нуля.

Вот же надоеда!

– А мне холодно. Не все мы с Аляски приехали, или откуда вы там?

– Из Буффало.

– Хм-ф. Ну, рада, что холод вам по душе. А вот мне – ни капельки.

– А вы откуда?

Кира вздохнула. Она не любила делиться тем, что она из Джорджии, особенно в разговоре с теми, кто родился в северных штатах. Они сразу же начинали судить о ней по дурацким стереотипам: считали ее глупой, заторможенной или чем похуже. Поэтому она научилась тщательно скрывать свой акцент. Он проскакивал, лишь когда она злилась, выпивала пару лишних бокалов или говорила с сестрой.

– Джорджия.

Мужчина лишь кивнул.

– Неудивительно, что вы мерзнете.

И никаких грубых насмешек. Любопытно!

– Вы не сказали, как вас зовут, – заметила Кира.

Если этот парень собирался регулярно тут ошиваться, стоит хотя бы узнать, как к нему обращаться.

Мужчина улыбнулся и протянул ей ладонь.

– Прошу прощения! Я Беннет.

Кира пожала ему руку – большую и теплую.

– А я – Кира.

– Знаю.

– Да ну?

– Ага. О вас много говорят в городе. Я живу в квартире над кафе сестры, и вы – настоящая местная сенсация.

Оди и Пухля сели у ног Киры и заскулили. Она присела на корточки и начала их гладить.

– Вот оно как! И где же тогда все? Ферма открыта, а покупателей ноль.

– А кто-нибудь знает, что вы открылись?

Кира хмыкнула:

– На вывеске же написано! И у нас есть новенький сайт со всей нужной информацией и страничка в соцсетях… Кстати! Можно опубликовать там снимок ваших собак? А то у меня одни елки да палки.

Она подняла голову. Мужчина так и возвышался над ней.

– Думаю, никто не проверяет, появился ли в Сети новый сайт. И пожалуй, вы доходчиво объяснили людям, что… эм… соваться сюда не стоит. Вот они и не приезжают.