Хозяйка забытого поместья, или Дракон, не суйся под лопату!. Страница 11

Упс, а и для этого нужны разные бокалы? Ё-моё!

Горничная испуганно вздрагивает. Ну нет, пока я тут хозяйка, сама буду решать. Я уже как будто ответственность какую-то чувствую за этих людей.

– Мэнди, – вмешиваюсь, – после ужина принеси воды для умывания. И лягу спать рано. А завтра разбудишь меня с первыми лучами солнца.

– Слушаюсь, – сделав книксен, Мэнди торопливо покидает комнату.

Вытерев руки тканевой влажной салфеткой, сажусь за стол. Пачку антибактериальных бы сюда.

– Вот так, – Нэнни сама накладывает еду мне на тарелку. – Хватит. Иначе талия станет больше.

– Ну и ладно, – я перехватываю блюдо и накладываю себе еще.

– Эмилия!

Возмущенная Нэнни тянет блюдо на себя. Да ага, не отдам!

Ужин проходит «весело». Нэнни, не замолкая, читает и читает нотации, пытаясь воззвать к моей совести. Еще и тарелку пыталась отобрать.

– Вилку в руку воткну, – грозно пообещала я.

Забирать у меня еду Нэнни перестала, но не успокоилась.

– Эмилия, ты должна сохранить свою красоту. Денег у тебя нет, и только красота и манеры помогут выйти замуж.

– Я уже замужем.

Ммм, какое вкусное мясо. Я ем просто тушеную картошку с мясом. Дома часто готовила похожее жаркое. Вкусно, сытно, много.

– Я напишу королю прошение о разводе. Но не уверена, что удастся забрать всё имущество. А красота очень даже поможет в поисках нового мужа.

– А может, я не хочу?

Мой вопрос приводит старушку в шок.

– Ты не можешь не хотеть! – громыхает она. – Обязанность леди – выйти замуж и родить наследников. Леди создана украшать собой мир. Выброси эти глупости из головы. Оформит твой развод. И снова найдем тебе мужа. Он будет о тебе заботиться. Решать все проблемы. Ну и я рядышком доживу тихо-спокойно.

С одной стороны, старушку можно понять. Но с другой... В голове моей такой уклад не укладывается.

– Эмилия, прекрати столько есть. Ты не влезешь в платья.

Ха, да мы их распорем и продадим.

– Миледи, вода.

Опять забыв постучать, входит Мэнди. За что и получает.

Заканчиваю ужин. Горничная уносит ужин. И пока Нэнни уходит в свою комнату, я закрываюсь.

– Эмилия, открой немедленно!

Нянюшка стучит клюкой в дверь.

– Открывай! Ты что себе стала позволять?!

– Нэнни, дорогая моя, увидимся утром! Спокойных снов, – радостным голосом желаю.

Ура, наконец-то я одна! Нужно быстренько умыться, пока еще свеча не прогорела до конца, и лечь в кровать. А думать можно и в темноте.

Подумать есть над чем.

Глава 8

Вопреки прогнозам Нэнни, никто нам спать не мешал. А проснулась я сама, когда рассвело. Сладко потянувшись, улыбнулась новому дню.

Прекрасно просыпаться, когда хорошо отдохнула. Кровать удобная, тело после поездки в карете почти не болит. А еще нет этого ужасного надоевшего грохота, скрипа и ничего не качается. Тошноты тоже нет.

Такие простые вещи повышают мне настроение.

Прислушиваюсь. Ничего подозрительного не доносится.

Встаю с кровати и иду в гардеробную. Там есть окно и зеркало. Скидываю ночную рубашку, и начинаю себя внимательно рассматривать. Очень хрупкое телосложение. Прям тонкое такое. Не помешало бы немного мяса на эти косточки.

Согнув правую руку, пытаюсь нащупать бицепс. Ожидаемо его нет.

– Будем всё менять, – говорю своему отражению. – Хорошо есть и качаться. А то ветром унесет.

Не зря же я ходила на всякие фитнесы. Просто если оставить тело в таком состоянии, да еще и питаться, как говорит Нэнни, то реально ничего тяжелее иголки поднимать не получится.

Нянюшка будет в шоке в очередной раз. Но что делать?

Меня очень радует пункт про хорошо кушать.

Мне кажется, я уже где-то на стадии смирения. Привыкла к этому телу. Полночи строила планы, будто собираюсь здесь остаться.

А если останусь... Чего я очень не хочу!.. То тем более нужно сделать жизнь как можно более комфортной. Эмилии, а пока мне, всего двадцать.

Заменив ночную рубашку на нижнюю на широких бретелях, перед зеркалом делаю зарядку.

– Обалденный спортивный лучок, – не могу не смеяться.

Зрелище просто комичное. Но я беру себя в руки и доделываю простенький комплекс. И устаю, как не знаю кто. Ну вся запыхалась. Вся!

И какие домашние дела в таком состоянии?

– Миледи, это я, – Мэнди осторожно стучит в дверь.

– Доброе утро.

К приходу Мэнди я уже умыта и кое-как одета, чем очень ее удивляю.

– Помоги застегнуть платье. До чего же неудобно.

– Но очень красиво, – Мэнди мягко улыбается. – Такие ткани дорогие. К нам такое даже не привозят. Это надо ехать в Эйнир. Или лучше вообще к драконам. Говорят, там такие ярмарки бывают!

В голосе горничной появляется восторг. Но еще и драконов я сейчас не вывезу.

– Пока подождем с драконами. Давай-ка мы разложим вещи в гардеробной. Заодно и выберем, что можно продать. Целиком или по частям.

– Неужели не жалко?

Мэнди смотрит на меня с сочувствием. А я задумываюсь, как ей ответить. Вещи чужие, я к ним не привязана.

– Жалко, – говорю со вздохом. – Но нам нужны деньги. Да и платья напоминают о муже-подлеце.

– Ах, миледи, вы такая красавица. Манеры изысканные. Знатного происхождения. Что ему не так?

Да козел он обыкновенный. Альфонс и дармоед. Но так выражаться леди не может. Так что просто пожимаю плечами.

– Мэнди, давай приступать, а то скоро Нэнни проснется.

Горничная вздрагивает. Опасливо косится на дверь. И испуганно шепчет:

– Простите, миледи, но ваша нянюшка нам не нравится. Слишком командовать любит. Да и злая какая-то. Томас говорит, и в молодости всех гоняла. Прям мучила правилами и этикетом. Она точно нас не выгонит?

Смотрю на горничную. Она на самом деле очень боится.

– Запомни, Мэнди, – говорю уверенно и твердо, – пока я здесь хозяйка, кого увольнять или нанимать – буду решать только я. И мои приказы должны выполняться. Нэнни же может только просить и советовать.

– Ой, миледи, вы меня так успокоили!

Мэнди, улыбаясь, складывает руки у груди.

– Мы ведь чего тут втроем остались. Нам просто идти некуда. У нас вот с Бобби после гибели моего дорого мужа дом отобрали. Пришлось сюда перебираться. Корин из соседнего герцогства. Ее прогнала свекровь за то, что родить не смогла. А семья принять отказалась. Ну а Томас просто стар уже куда-то уходить. Он тут жил с рождения. Остальные ушли, когда тощий Барти сбежал.

– Тощий Барти?

– Простите. Мистер Бартоломью Глостерхилл. Управляющий, – поясняет Мэнди. – Это он довел поместье до такого состояния. Не следил. Не нанимал достаточно слуг. Разграбил практически Торнхейм. Мы писали вашим родителям, но ответных писем не получали.

– Уверена, родители тоже писем не получали. Что ж, попробуем что-нибудь сделать.

Под причитания и охи горничной мы разбирали мои вещи. Очень красивые, но очень непрактичные платья я отложила недрогнувшей рукой. Продать или распороть. Мэнди заверила, что это купят.

А я себе отметила, что почти нет теплой одежды. Всё какие-то кофточки и легкий плащ.

– Оставьте хотя бы это, – Мэнди прижала к груди светло-зеленое шелковое платье с цветочной вышивкой. – Ну вдруг всё же поедете на ярмарку. Не к драконам, так хоть на нашу.

– Хорошо, – соглашаюсь, подумав с минуту.

Пока разбирали вещи, окончательно настало утро. Пришла Корин. Узнать, буду ли я завтракать и где накрывать. На наши голоса вышла из своей комнаты заспанная Нэнни.

– Чего галдите? Разбудите леди!

– Да я уже встала давно, – развожу руками. – Позавтракаю и пойду осматривать поместье.

– Одна?!

Нэнни, мгновенно проснувшись, приходит в ужас.

– Не позволю! Девушки твоего возраста не должны бродить одни. Особенно в такой близости от драконов!

– Ой, да что он мне сделает? Украдет, что ли? – фыркаю легкомысленно.

Мэнди с Корин, отвернувшись, хихикают, а Нэнни... О, мне кажется, она уже мысленно примеряется к розгам.