Апорт (ЛП). Страница 7
— Объясни почему.
Опять он за своё. Этот требовательный тон в его голосе, который, кажется, замечаю только я.
Я прокашливаюсь.
— Потому что на самом деле он вовсе не монстр. И он не выбирал: существовать ему или нет. Горожане сделали из него изгоя просто за то, что он другой. Но он никогда не хотел никого пугать.
— Так тебе нравятся непонятые злодеи? Думаешь, сможешь спасти их тем сладким местом, что у тебя между ног? — спрашивает Джек.
— Опа! Добро пожаловать на вечеринку, Джек, — взвизгивает Джунипер
В груди закипает жар. Он меня провоцирует. Проверяет. Давит на кнопки.
— Нельзя спасти того, кто сам этого не хочет. И я уж точно никогда не перепутаю секс с состраданием.
— То есть ты говоришь, что не хочешь трахнуть Франкенштейна? — встревает Скат. — Я думал, вы, девчонки, любите огромные монстро-члены.
Джунипер заливается смехом.
— Я бы трахнула Франкенштейна.
Я до побелевших костяшек сжимаю контроллер.
— Франкенштейн — это доктор, а не монстр. И вообще, неважно. Годзилла бы уничтожил Дракулу. А вы грёбанные тупицы.
Раздаётся взрыв смеха.
Я киплю от злости. Даже Джунипер сегодня начинает меня раздражать. Обычно их подколы меня не задевают. Но Джек… он просто выводит меня из себя.
— Эй, Джилли, я просто стебусь над тобой. Расслабься для меня, — воркует Джек.
Я вздрагиваю. Для всех остальных его слова звучат невинно, но для меня… это спусковой крючок. Воспоминание о том, как контроллер вибрировал между моих бёдер, посылает волну дрожи через всё тело.
— Знаю. Всё нормально. — заставляю себя ответить максимально непринужденно.
Я продолжаю играть на автомате, следуя за ними по болотистой карте, пока они дальше подкалывают друг друга. Чем дольше я слушаю его голос, тем сильнее внутри всё закипает. Моё тело и разум словно идут вразрез друг с другом. Я никогда раньше не позволяла никому так себя унижать.
— Ладно, ребята. Я спать. Мне завтра рано на работу, — говорю я, притворно зевая.
Джунипер фыркает: — Ты завтра к десяти вообще-то.
Мои щёки вспыхивают. Я пускаю пулю в её персонажа.
— Упс, извини.
Она, наверное, пьянее обычного, если не понимает моих намёков.
— Останься ещё на часик, поиграй, Джилли, — говорит Джек. Это не просьба, а очередное требование.
— Не-а. Мне пора. Спокойной ночи всем.
Я выхожу из игры и выключаю гарнитуру прежде, чем кто-то успевает что-либо ответить.
Джунипер присылает мне сообщение: «Ты в порядке?»
Я глубоко выдыхаю. Похоже, что нет. Инцидент с ComeFindJack11 выбил меня из колеи сильнее, чем я думала. Это заставляет меня сомневаться в собственных принципах. Я хотела, чтобы он продолжал. Я кончила так охеренно сильно, что забрызгала всё вокруг. А потом слизала это с кофейного столика. От стыда перехватывает дыхание, кажется, я сейчас грохнусь в обморок.
Я быстро печатаю ответ. Тот, который точно заставит её отстать.
Да, извини. У меня просто начались месячные.
Ещё одна ложь моей лучшей подруге. Блядь.
Она отвечает со скоростью света:
Понятно. Выпей пару таблеток, запей виски и ложись с грелкой. Завтра зайду в магазин и заскочу к тебе проверить, как ты.
Моя игровая консоль вдруг начинает пиликать от потока сообщений.
Блядь.
Я открываю центр сообщений и вижу, что все они от Джека.
Надеюсь, я не расстроил тебя сегодня вечером, красавица.
Почему, чёрт возьми, так горячо звучит, когда он меня так называет?
Следующее сообщение, это ссылка на статью под названием:
«Монстр Франкенштейна — самое непонятое существо в викторианской литературе.»
Я тихо смеюсь.
— Мудак, — бормочу я, криво улыбаясь.
Перехожу к третьему сообщению, и моя улыбка становится ещё шире.
«Сегодня я тебя отпускаю. Но завтра мы продолжим. Только ты и я»
Но именно четвёртое и последнее сообщение буквально выбивает меня из колеи…
Завтра купи себе зажимы для сосков. И убедись, что они на тебе, когда снова войдёшь в игру.
Твою ж мать.
Я играю в опасную игру с этим мужчиной. И последствия в ней куда серьезнее, чем в той, где бегают наши аватары. Но я, блядь, просто теку от одной мысли о том, что он заставит меня делать дальше. Это как впервые попробовать наркотик. Новая зависимость: с самыми высокими взлётами и самыми болезненными падениями.
Моему бывшему и в кошмаре бы не приснилось так со мной разговаривать. Мы трахались в миссионерской позе почти каждую ночь, изредка переходя в догги-стайл, когда он был в хлам пьян. Его передергивало при виде моего вибратора, и он ни хрена не смыслил в красоте самоудовлетворения. А жаль, потому что в большинстве случаев это был единственный способ, которым я могла кончить.
И тут появляется Джек со своим сексуальным голосом и животными требованиями. И я стремительно прогибаюсь под каждую его извращённую прихоть. Может, для меня это и к лучшему. Мы не знаем ни настоящих имен, ни лиц друг друга. Здесь нет шанса привязаться. Идеальный расклад. А когда кому-то из нас это надоест, мы просто разойдемся. Просто выйдем из сети.
Перед тем как лечь спать, я отправляю быстрый ответ:
Зажимы для сосков у меня уже есть.
Глава 5
У моей маленькой одержимости, оказывается, фетиш на игрушки. Она не такая уж невинная, как я сначала подумал. Я усмехаюсь, перечитывая её ответ в приложении, привязанном к моей приставке.
Зажимы для сосков у меня уже есть.
Я натягиваю бейсболку пониже и накидываю капюшон толстовки поверх неё, прежде чем зайти в кофейню. Сразу замечаю её темно-каштановые волосы, рассыпавшиеся по спине. Она стоит, скрестив щиколотки, в мешковатых джинсах и облегающей фиолетовой толстовке, совершенно не осознавая, насколько она, блядь, сексуальна.
Я подхожу к стойке, не поднимая головы.
— Большой черный кофе, пожалуйста.
Рокси ждет свой заказ у стойки выдачи, уткнувшись в телефон и не замечая, что я за ней наблюдаю. Она даже не подозревает, что стала моей добычей, уже созревшая для охоты. Готов поспорить, она чертовски красива, когда плачет. Жду не дождусь, когда увижу слезы на её щеках, пока буду трахать её глотку своим членом.
Глаза светловолосой кассирши расширяются, когда она протягивает мне кофе.
— Разве вы не Панк Уайлдер?
Я подмигиваю и прикладываю палец к губам.
— Тсс.
Она краснеет и кивает, а затем поворачивается к рыжеволосой баристе, которая взбивает молоко. Они шушукаются и пялятся на меня, пока я иду к стойке с сиропами и крышками, чтобы взять крышку и картонный держатель для стакана. Вот поэтому я редко появляюсь на людях.
Мне ещё повезло, что эти девушки фанатки. Обычно на меня набрасываются родители из поколения X12, проклиная за то, что я испортил образ кумира их детей. Я просто хотел кататься на скейте. Я не подписывался быть, блядь, героем для подражания.
Я прислоняюсь к окну и наблюдаю, как Рокси широко улыбается баристе, когда та ставит перед ней латте.
— Спасибо, дорогая.
Найти её оказалось не так уж трудно. Рядом с «Вайнил Делайтс» всего три кофейни. BratBaby, она же Джунипер, была достаточно глупа, чтобы проговориться, что Рокси сегодня работает с десяти утра. Так что у меня было время подготовиться.
Дальше всё было просто методом исключения. Ближайшая к её работе кофейня — это крупная сетевая кофейня с сомнительной репутацией и отвратительным кофе. Рокси не из тех, кто станет спонсировать подобные заведения.
Вторая кофейня настолько пафосная, что самый дешёвый латте там стоит семь баксов. И это за маленький стакан. Половина её часовой ставки в магазине винила.
Я отворачиваюсь и делаю шаг в сторону, когда она подходит к стойке с сиропами и крышками. Она по-прежнему не обращает на меня никакого внимания, возясь с крышкой и картонным держателем для стакана. Я не могу допустить, чтобы то, что случилось с ней в «Джойстике», повторилось. Это было слишком близко. Ей чертовски повезло, что я оказался рядом в тот момент. Теперь я присматриваю за ней.