Отбор для ректора? Попаданка против!. Страница 10

– Надеюсь, до этого не дойдет, из меня не выйдет спасительница мира. Если только от смеха все враги передохнут, надорвав животы.

– Искренняя самокритика – залог успешной учебы, – на этот раз серьезно поведал мужчина.

Вот теперь я была довольна. Кивнула, поблагодарила и, попрощавшись, отправилась прочь. Я еще не все увидела. Отойдя подальше, где нас не могли увидеть и услышать, спросила у своих сопровождающих:

– А где мне взять расписание? В комнате я его не увидела. Да и учебный корпус не мешало бы изучить, чтобы не путаться, а то опаздывать на первое занятие не очень хочется.

– Тебе его сегодня пришлют, наверняка сейчас идет согласование исходя из параметров обследования твоей силы, – ответила Рамиэля.

– А завтра мы тебя проводим, на этот счет можешь не беспокоиться, – подхватил Камаэль.

– Ребят, а почему вы мне помогаете? Я слышала, что вы любите пакостить. Но если что, я же ничего вам не сделала, хотя и благодарна за помощь, – этот вопрос надо было уточнить обязательно. Пусть я и доверчивая душа, но успела в жизни столкнуться с подлостью. Здесь мне хотелось уверенности в завтрашнем дне, а не ходить и оглядываться, кому я нечаянно могла насолить.

– Мы пакостим только тем, кто этого заслуживает, – начал элфат. – А от тебя исходит сияние, в лучах которого нам тепло и уютно. Так что тебе мы ничего плохого делать не станем. Ты нам всем понравилась, не такая, как все эти снобы и зазнайки. Ты добрая. И нам будет очень жаль, если этот мир заставит тебя ожесточиться.

Я смотрела на чудесных созданий и улыбалась. Их слова меня порадовали, но и заставили задуматься. С чего вдруг мне ожесточаться? Не такой у меня характер. И кто бы что ни совершил, я вряд ли смогу измениться.

Глава 1

Мы гуляли до самого ужина. Я тщательно запоминала, где что расположено. Даже дошли до того самого магического питомника, но внутрь заходить не стали, как мне пояснили элфаты, туда нельзя без специального пропуска. Но я и не торопилась, кто знает, какие животные там обитают, мне еще пожить хотелось. А соваться внутрь без страховки – чистое самоубийство.

В столовой, куда отправилась после обзорной экскурсии, около моего стола уже находилась троица зазнаек. Они снова пытались проникнуть туда, куда на обеде я их не пропустила. Камаэль расхохотался и выдал:

– Глупые и наивные, решили, раз сейчас пришли раньше, то это что-то изменит. Нет, ничего у них не выйдет.

Комментировать не стала. Спокойно обошла всех троих и устроилась на привычном месте под злыми взглядами студентов, сделала заказ с помощью своих помощников.

– Ты так и будешь нас игнорировать? – поинтересовался один из парней. – Или все же предложишь присесть?

– Нет, не предложу. И да, буду и дальше игнорировать, потому что вы мне не нравитесь, и портить себе аппетит я не намерена, – поведала, даже не обернувшись. – К тому же, кто знает, что у вас на уме. Ходить голодной от несварения в мои планы точно не входит.

– Ты вообще знаешь, с кем разговариваешь? – взвизгнула девица. Я вздохнула.

– Ну почему всегда одно и то же? Сейчас ты начнешь мне рассказывать о древности и величии своего рода, о его заслугах и о чем-то там еще, но мне это не интересно. Пусть это и твой род, но сама ты ничего не значишь без поддержки родных. Уважать призрачное величие я не привыкла. А сейчас, будьте так любезно, свалите в туман и не мешайте мне есть, – бросила равнодушно и потеряла к троице интерес.

Тут их кто-то позвал и они от меня отстали. Не уверена, что надолго, но поесть можно было в тишине. А элфаты веселились. На мою скептически вскинутую бровь пояснили:

– Обычно их все зазывают к себе с огромной радостью, потому как это отпрыски высших родов, пятые по значимости после Императора. Уверен, с ними так еще никто не разговаривал, причем искренне, а не на показ, – мои помощники уже вовсю улыбались, не скрывая своей радости, и я не могла сдержать улыбку, настолько искренним был их смех.

Когда я уже покидала столовую, разомлев после слишком сытной еды, рядом со мной оказалась девчонка, судя по недорогой ткани на форме, а это можно было сразу отличить по мелким потертостям, и прошептала:

– Зря ты связалась с Навердашами, они известны своей мстительностью и подлыми поступками.

– Ну зато будет хоть какое-то развлечение, – пожала плечами, стараясь казаться равнодушной. Мне совершенно не хотелось ни с кем воевать, но и пресмыкаться ни перед кем я не собираюсь. Да, мне было страшно, хотя я и старалась этого не показывать.

– Зря ты так, они могут доставить массу проблем, да таких, что придется отчислиться из Академии. А ты явно не местная, не знаешь многих правил, – продолжала поучать незнакомка.

Я к ней присмотрелась, пытаясь сообразить, что именно меня смутило в ее внешнем виде или в тоне, но пока сообразительность отказалась работать. Определенно знала одно: с ней явно не все так гладко, как кажется на первый взгляд. В любое другое время я бы, наверное, поблагодарила ее за участие, но внутренняя интуиция просто вопила: она преследует какие-то свои цели. И предупреждает неспроста. Судя по слишком задумчивым лицах моих помощников, у нас с ними было схожее мнение, но в отличие от меня они видели и чувствовали намного больше.

– И какие же правила я должна знать? – поинтересовалась, а от меня словно этого и ждали, студентка воодушевилась и охотно стала рассказывать, пока мы вместе шли по коридору на улицу.

– Сразу видно, что ты не только не из высших, но и обычный человек, а это значит, по определению ничего из себя не представляешь. Поэтому тебе необходим покровитель, который не даст тебя в обиду, иначе станешь трофеем того, кто первый заявит на тебя права. И то, что ты поссорилась с троицей высших, очков тебе не прибавит, а только сделает хуже, – сказала и пытливо так уставилась, что я не стала ее разочаровывать:

– И? Ты ведь меня к чему-то пытаешься подвести? Говори, – никакой заинтересованности я не проявила, что раздосадовало мою информаторшу. Но мое пожелание она исполнила:

– Тебе необходимо прилюдно извиниться и предложить свой стол в знак примирения и извинения, а самой придется довольствоваться скамейкой у стены.

– Где сидят самые изгои, и где ютится сама девица, потому что не хватило ума занять свободный стол, – брезгливо выдал мальчишка-элфат. Теперь я смотрела на незнакомку более внимательно. И тут внутри меня что-то зашевелилось, пришло самое нелепое знание, какое я только могла предположить:

– Тебе ведь что-то пообещали за мою обработку. Наверняка помощь в чем-то или деньги, – я не спрашивала, а утверждала. Судя по враз вспыхнувшим щекам, я попала в цель. И стало так гадко и противно, что я не сдержала презрения к таким вот девицам, готовым за копейку пойти на любые подлости. – Понятно. Твоя информация мне не пригодится. Свой стол я никому не отдам. Если тебе нравится быть изгоем, твое право. Ютись и дальше на скамье, а мне неплохо и за столом.

– Ты сама понимаешь, на что подписываешься? Тебя же уничтожат, – та все еще пыталась настоять на своем.

– Посмотрим. У меня все. Я своих решений не меняю, а тебе советую поискать гордость, вдруг где завалялась. Незаменимое качество, если желаешь чего-то добиться, – бросила пристально вглядываясь в глаза девчонки. Она опустила голову. Все понятно. Вряд ли мои слова до нее дошли, она продолжит жить так, как ей удобно, ведь в этом случае не надо отстаивать свое мнение, прыгать выше головы и стремиться к лучшей жизнь. Хотя наверняка у нее понятия отличаются от моих.

И я ушла. Больше желания просвещаться не возникло. Студентка не побежала следом, но ее взгляд я отчетливо ощущала, доброго в нем ничего не было.

– Ты ведь еще пожалеешь, что меня не послушала, – донеслось вслед. – Навердаши не прощают подобного отношения.

Даже поворачиваться не стала, чтобы ответить. Ни к чему это. Той, кто готова пресмыкаться за мнимые блага, меня не понять. Моя же гордость мне намного дороже, даже если от нее потом ничего и не останется, но менять свое мнение желания не возникло.