Мама для найденышей. Страница 2

— И где ты была, моя бедная? — тяну к ней руку. Но кошка косится на меня зло и не подходит. Стряхивает с шерстки воду, садится в стороне.

— Мяу-мяу, мяу-мяу, дай!

Мальчики кидаются в атаку на четвереньках. Один быстрее другого подползают к шокированной кошке и застывают.

— Мяу! — один плюхается на попку перед Звездочкой, а второй пытается встать на нетвердых ногах. — Мяу, кись.

Звездочка на протянутую к ней детскую ладошку смотрит с пренебрежением. Утробно урчит, отпугивая малышей. Но им все равно, у них в глазах восторг.

— Мяу, кись, — повторяют они наперебой.

Подхожу к троице и присаживаюсь рядом, Звездочку беру на колени на всякий случай. Она добрая у меня, но пережила сейчас ужасный стресс, вот и психует.

Дети тут же прилипают ко мне, сразу распознав, кто у кошки главный. Подлезают своими ручками под мою, чтобы шерстку мягкую потрогать, улыбаются.

Боже, за такие улыбки душу можно продать!

Как бы я хотела хоть половину такого счастья для себя.

— А где же ваша мама? — задаю вопрос скорее их папе, который застыл за нашими спинами.

— Нет ее, — он холодно обрубает.

Нет?

Как нет?

Ледяной холод пробирается в мою душу, и я инстинктивно обнимаю мальчишек.

Как же так? Без мамы…

— По поводу вашей квартиры, — продолжает мужчина, будто сказал до этого о какой-то неважной детали его жизни, — она затоплена горячей водой. Стояк прорвало. У меня, но потекло к вам, — он откашливается. — Полы поднялись, обои отошли, проводке конец.

— Боже, — зажмуриваюсь. Я столько работала, деньги собирала, чтобы свою мечту исполнить, и теперь все идет крахом, придется потратить накопленное на ремонт. А я не хочу!

— Все расходы я беру на себя, — сосед присаживается передо мной и детьми на корточки. — Вас как зовут?

— Маша, — я стараюсь не плакать. Очень стараюсь, но одна слеза все равно скатывается по щеке. Я едва выбралась из эмоциональной ямы, только-только начала неплохо жить и даже улыбаться по утрам Звездочке. И вот, все снова сломалось.

Катастрофа какая-то. Придется сейчас надо искать жилье, переезжать. Как надолго это затянется?

— Марк, — сосед сверлит меня внимательным взглядом, — а это Макар и Марат. У Макара родинка на ушке.

— Они разные, я вижу.

— Близнецы, вообще-то, — Марк усмехается, и я впервые вижу улыбку на его жестком лице, — но немного разные, да. Редко кто это замечает.

— И вы с ними сами справляетесь? — выпускаю Звездочку из рук погулять, иначе мальчишки окончательно ее сейчас затискают. Они уже открыто теребят ее шерстку и дергают за хвост. Еще минута, и придет черед усов.

— Обычно мне помогает няня, — лицо Марка суровеет.

— И когда она придет?

— Она не придет. Сбежала, — прикрывает глаза ладонью.

— Сочувствую.

Мальчишки вдвоем принимаются крутить пуговички на моем халате. Сережки трогают, за волосы тянут. Я для них новая необычная игрушка. Не дала кошку, придется за нее отрабатывать.

— Спасибо, — тянет Марк.

— Ну я пойду, — неловко пытаюсь встать, но мальчишки не выпускают. Приклеились.

— Зачем?

— Нужно воду собрать, а то вдруг она протечет ниже.

— Протекла уже.

— Черт, — прикусываю губу. Тут же дети, Маша! Соберись, нельзя ругаться.

— Я переговорил с соседом снизу, не переживайте. И давай на ты, Маша…

— Хо-хорошо… Но все равно нужно пойти убрать воду, спасти вещи, которые получится.

— Не беспокойтесь, я вызвал специальную службу. Они осушат помещение и полностью подготовят квартиру к ремонту. Ваши вещи будут в целости и сохранности.

— Это много времени займет?

— Минимум неделю.

— О-о-о-о… и где же мне жить? — растерянно смотрю в его глаза.

— Тут, — Марк пожимает плечами.

— Но… но… я буду мешать.

— Это не обсуждается, Маша, — обрубает Марк не терпящим возражений тоном. — Идемте, покажу вам спальню, где сможете остановиться. Вы же с ночной смены, я правильно понял?

— Да.

Марк забирает Макара, а Марат остается у меня на руках. Так мы и идем до большой уютной спальни. Кровать в ней разобрана.

— Это ваша?

— Да, чистое белье в шкафу.

— А вы?

— Обо мне не беспокойся. И на ты, Маша. Я взрослый мужчина, найду где поспать. Иди ко мне, сынок, — он пытается забрать у меня Марата, но тот обнял меня за шею и спрятался от отца, закрыв глаза.

Дети такие забавные в этом возрасте. Если он не видит кого-то, значит, и тот его не видит — малышковая логика.

— Ма… ма… ма… — повторяет Марат тихо.

— Это он ваше имя сказать хочет, — в смятении шепчу.

Все понимаю, но так приятно услышать это ма-ма…. Вот так, даже случайно, от чужого ребенка.

А ведь я могла бы слышать «мама» каждый день, если бы не… Снова ставлю блок на воспоминания. Не надо, иначе разревусь.

— Наверное… — отвечает мужчина.

— Вы все на М: Марк, Макар, Марат. Это так мило.

— И ты Маша…

— А-а-а… да, — смущенно отвожу взгляд.

— Отдохни. Одежду можешь взять в моем шкафу.

— Спасибо, — с трудом отлепляю от себя Маратика и отдаю папе. Когда Марк с сыновьями выходит, перевожу дух.

Я переехала на этаж выше к мужчине и двум его годовалым детям. Что дальше?

Глава 03

Осматриваюсь в минималистичной спальне. Большая кровать с бельем из черного шелка, на полу пушистый ковер, черный с золотом. Тяжелые занавески, утопленный в стену шкаф. Мужское, очень интересное пространство.

На тумбочке рядом с кроватью стопка книг о детях. В некоторых торчат закладки.

Трогаю корешки печатных изданий, одно из них перелистываю. Если у меня получится забеременеть, я и сама скоро начну их читать. А пока не буду загадывать.

Усталость резко берет свое. Оседаю на кровать, сдувшись, как воздушный шарик.

Я на дежурстве всю ночь не спала. Привезли несколько тяжелых, от которых не отойти. К утру я была полностью вымотана. Во время потопа продержалась чисто на всплеске адреналина.

Еле отрываю себя от мягкой кровати, чтобы сходить в душ. По дороге заглядываю в кухню и подсматриваю, как Марк возится с сыновьями. Кормит своих М и М из баночек, а им не очень нравится, они плюются прямо в папу и размазывают пюрешки по его майке.

— Подсматривать нехорошо, — оборачивается он на меня хмуро. Дети, заметив меня, начинают тянуть ручки. Улыбки от уха до уха.

— Я не специально, — краснею до корней волос. — Могу приготовить рыбное суфле на пару или котлетки.

— Я бы тоже не отказался от котлет, — он морщится, разглядывая свою липкую футболку, потом просто стягивает ее через голову и бросает на стул. — Даю вам по банану и по одному печенью, не больше! — упирает грозно кулаки в бока.

Дети переглядываются и хлопают в ладоши.

Я же прикрываю ладонью глаза, чтобы не рассматривать Марка, и сбегаю в ванную. В одежде было очень похоже, что он мощный и спортивный. Наблюдательность меня не подвела.

— Ох, — обмахиваюсь ладонями в ванной комнате, — Маша, ну! Ты как будто мужчину без одежды в своей жизни не видела.

Видела.

Одного.

Бывшего мужа.

Но совсем не с такой фигурой!

Марк словно русский богатырь — мощный, мускулистый, не сухой. Именно массивный везде. И очень волосатая грудь.

Кхм.

Будь скромнее в мыслях, Маша! Забудь!

Тем более ты мужчинами больше не интересуешься. От них слишком много неприятностей. Их любовь проходит, они предают именно тогда, когда сильнее всего нуждаешься в их поддержке. Нож в спину всаживают, а потом еще не забывают прокрутить, чтобы побольнее было.

Борис после аварии живет себе припеваючи, семью новую строит с твоей подругой бывшей. Ему все равно, что детей у тебя больше не будет по его вине!

Даже ЭКО не стопроцентный вариант.

Вздыхаю, опять заставляя себя не думать о прошлом. Один раз я смогла выкарабкаться, второй не получится. Никаких больше мужчин!

Я бы с радостью усыновила малыша, но одинокой женщине без мужа ребенка не хотят отдавать. ЭКО — мой единственный шанс на семью, хоть и призрачный.