Аллей-уп. Том 2 (СИ). Страница 9

— Нормально, — крякнул Толя Мышкин и первым пошёл за нашими подругами на цветной танцевальный пол.

— Круто! — пискнул Гена Капустин и двинулся следом.

— А я танцевать не пойду. Я тут всех переколечу, — пробурчал Володя Ткаченко. — А музыка классная. Мне нравится. Я пойду ещё пива куплю. Дайте денег. Я потом отдам.

— Ладно, пошли что ли, — проворчал я и, сунув три доллара в гигантскую ладонь Ткани, вместе с Таракановым и Белостенным двинулся на танцпол.

* * *

А примерно через час я еле-еле вытащил всех парней из этого бара. На настенных часах уже была половина двенадцатого и наш бдительный сотрудник КГБ, наверное в эти минуты не на шутку перепугался, ломая голову над тем — куда убежали и пропали сразу шесть игроков сборной СССР? Моим же юным друзьям уходить явно не хотелось. Ведь они выпили пива, немного опьянели, наврали американским подругам про свой возраст и уже вовсю с ними целовались. Как сказал Шариков из «Собачьего сердца»: «Дарья, дело молодое!». Только Володя Ткаченко всё это время пил пиво и, сидя в уголке, наслаждался диско-музыкой, а так же вокалом афроамериканских певцов и певиц.

— Может ещё полчасика? — пролепетал Генка Капустин.

— Давай-давай, двигай ходулями, — прорычал я, отвесив ему лёгкий подзатыльник. — Тканя, возьми этих двоих за шиворот, — кивнул я на Тараканова и Белостенного. — И где наш Князь Мышкин? Куда запропастилась наша венценосная особа?

— Вон он — целуется за дальним столиком, — прогудел Ткаченко.

— Парни, вы куда? — заволновались девчонки, которые мало понимали из того, что я говорил на русском языке.

— У нас, барышни, спортивный режим, — кротко ответил я.

— Тогда вы нас просто обязаны проводить до ворот кампуса, — захихикала пьяненькая девушка Хейзел.

— А может и за ворота тоже! — прыснули от смеха Оливия и Эмма.

— Если обязаны, то проводим, — ответил я. — Мы, советские спортсмены, никогда не бросали своих девушек на полдороги. Только я прошу, давайте поспешим. А то у нас могут быть неприятности.

— Слушай, Майк, может ещё полчасика? — взмолился Белый.

— Хватит, дома нацелуешься, — рыкнул я.

И потащил при помощи Володи Ткаченко всю компанию на свежий воздух.

«Машину что ли поймать? — подумал я, выбираясь на улицу. — Хотя тут идти-то от силы пять-шесть минут. Но эти, обалдуи, будут ползти полчаса. Если не больше. Да и девушки тоже с пива опьянели так, словно они сегодня хлестали деревенский самогон».

Я покрутился вокруг своей оси и увидел на парковке просторный четырёхместный «Cadillac Deville» с открытым верхом. В принципе на нём можно было всех девчонок за один присест перевезти к воротам кампуса, а заодно и проветрить. Однако из Кадиллака вылезла компания парней, среди которых возвышался один из наших сегодняшних соперников — центровой «Хузерс» Кент Бенсон. И эти парни были основательно пьяны.

— Смотрите, пацаны! — заверещал самый мелкий из этой компании паренёк, указав на нас рукой. — Советы гуляют с нашими девчонками!

— Советы совсем потеряли страх! — грозно рявкнул 211-сантиметровый Кент Бенсон, который ещё во время игры хотел затеять драку с Сашей Беловым.

«Ёкарный абай, — выругался я про себя. — Только этого мне не хватало. Погуляли, называется, с девочками. Поплясали на дискотеке».

Тем временем эта группа американских товарищей чуть ли не вприпрыжку бросилась нам навстречу. Кроме того, чтобы посмотреть незапланированное уличное представление, из клуба стали выскакивать и другие парни и девчонки. Поэтому путь к отступлению быстро оказался отрезан.

— Кент, не цепляйся к русским, — заступилась за нас Нэнси, что вызвало взрыв смеха у компании центрового Бенсона.

— Чё он от нас хочет? — прошипел Мышкин.

— Ясное дело, что хочет, — сплюнул я на асфальт. — Водки, драки и рок-н-ролла. Принесла его нелёгкая.

— Ой да ладно, я и не таких «шкафов» ронял, — храбро высказался Толя Мышкин и по-боксёрски поднял кулаки к подбородку.

— Подожди, — обратился я к Мышкину. — Кент, давай по-мужски один на один, — предложил я центровому «Индианских хулиганов». Всё же я был практически трезв и у меня имелся немалый опыт уличных потасовок. — Если твоя возьмёт, то я заплачу десятку. — Я показал десять долларов США. — А если я сделаю тебя, то ты разрешишь нам на твоей машине отвезти девочек к воротам кампуса.

— Давай, Кент! — заголосили из толпы. — Врежь этому русскому как следует, чтобы он попросился к своей русской мамочке!

— Я согласен отлупить тебя за десятку, — криво усмехнулся Бенсон.

— Парни, не надо! — закричали девчонки, но было уже поздно.

Кент скинул куртку и, оставшись в одной футболке, немедленно пошёл в атаку. Я тоже успел снять джинсовую курточку, прежде чем пролилась чья-то кровь. Вот только мне было бесконечно жаль сою рубашку, в которой я приехал из спокойного 2018-го в этот насыщенный событиями 1975-ый год.

Естественно колотить этого подвыпившего здоровяка до полной отключки я не собирался. Мне, как и всей сборной СССР, международный скандал был ни к чему. Но и дать себя и своих друзей в обиду я просто не имел права. Поэтому первые секунды поединка я старался больше двигаться и выжидать хорошего момента для единственной решающей атаки. Тупо махать кулаками мне было лень. Народ же вокруг голосил: «Гоу, Кент! Гоу!». И Кент самозабвенно махал своими колотушками, главным образом молотя воздух. Лишь один раз он влепил по моему крепкому блоку.

И тут я заметил три больших мусорных бака — два плотно закрытых крышкой и один вообще без крышки. И мою голову моментально посетила отличная идея. Я сделал два прыжка назад, отступая к бакам, а мой противник вдруг обрадовался, что сейчас мне деваться некуда и он наконец-то оторвётся на славу.

— Гоу, Кент! Гоу! — орали вокруг.

— Осторожно, Майк, сзади баки! — рявкнул Толя Мышкин.

«Сам знаю», — мысленно буркнул я и когда в следующую секунду огромный кулак Кента по длинной размашистой траектории устремился в мою голову, резко присел. Здоровяк по инерции завалился на меня всем своим телом, и тут на удивление всех собравшихся я резко распрямился и перекинул Кента прямо в открытый мусорный бак. «Бу-бум!» — затряслась металлическая конструкция, из которой воняло какой-то гнилью. Болельщики Кента моментально притихли, а нейтральные зрители громко загоготали.

— Вот так будет с каждым пособником мирового империализма! — громко сообщил я всем зевакам. — Советский союз за мир во всём мире!

В этот момент Кент перевернулся с головы на ноги и показался над поверхностью мусорного бака. В его волосах можно было заметить картофельные очистки и ещё какие-то грязные тряпки. Из-за чего я был просто вынужден нанести единственный решающий удар прямо в челюсть. И центровой «Индианских хулиганов», отправившись в нокаут, перестал сопротивляться.

— Давайте ключи от Кадиллака! — потребовал я у компании Кента Бенсона. — Уговор дороже денег.

— Учти, русский, если ты угонишь нашу машину, то мы обратимся в полицию, — пискнул один из парней, протянув мне связку ключей.

— Я же сказал, что мы её вернём через пять минут, — прорычал я и сказал, чтобы девушки занимали места в автомобиле согласно купленным билетам.

За руль уселся Толя Мышкин, у которого имелись права. А девчонки стали интересоваться, когда мы снова приедем в их маленький, уютный и спокойный городок.

— Не знаю, — откровенно признался я. — Завтра мы улетаем в Лос-Анджелес. Потом с тихоокеанского побережья летим в город Колумбия, из Колумбии в Дейтон, а из Дейтона на берег Атлантического океана в Провиденс. А куда дальше, пока неизвестно. Организаторы пока не решили.

— Дейтон от нас недалеко! — обрадовались девчонки. — Всего 250 километров.

— Тогда 10-го ноября приезжайте в Дейтон, в университет штата Огайо, — улыбнулся я и попросил Толю Мышкина, чтобы тот не задерживался.

Далее Толя вдавил педаль газа, а мы побрели к своей гостинице. Парни на свежем воздухе практически полностью протрезвели. И Серёжа Тараканов сделал неожиданный вывод, что организаторы турне что-то темнят и что-то недоговаривают.