Рунный маг империи. Дилогия (СИ). Страница 28

Один только Винсент никак не отреагировал на внешние изменения. Хотя, говоря по правде, он сам выглядел очень усталым. Видать, тренировался до упаду после нашего похода в Подземелье.

— Энкрид Эйзенхорн, — чей-то незнакомый голос выбил меня из размышлений, заодно возвращая к настоящему. Оторвавшись от мыслей, я поднял взгляд и заметил незнакомого мне преподавателя. — И Виолетта Эгремонт, я так понимаю?

Преподаватель выглядел молодо, максимум лет на тридцать. Худощавое подтянутое тело, русые волосы, голубые глаза и очень угрюмое лицо. Это читалось по его сжатым губам и хмурым бровям.

— Верно, — коротко бросил я, посмотрев на свою спутницу, после чего с намёком протянул: — А вы?

— Профессор Сайлас Дорсет, с недавних пор ваш новый переведённый преподаватель. Обучаю теоретической магии и рассказываю о её основах, — на слове «переведённый» он сморщил лоб и потёр переносицу будто от головной боли. — Раз уж вы безмятежно гуляете по коридорам, думаю, у вас найдётся минутка, чтобы мы обсудили вашу успеваемость.

— Вот оно значит что, — вслух сказал я, почувствовав, что что-то здесь не так. — Виолетта, ты не против отложить нашу тренировку?

— Не возражаю, — посмотрев на меня, коротко кивнула девушка.

— Вот и славно. Пройдёмте со мной в кабинет, — сказал молодой мужчина, после чего мы проследовали прямо за ним.

Почему-то весь наш недолгий путь Сайлас Дорсет неразборчиво ворчал. Я пытался вслушаться в его речь, но не смог ни слова разобрать. Должно быть, такая у него привычка.

Через несколько минут мы пришли к нему в кабинет. Что забавно, до этого момента я не знал, что каким-то преподавателям их вообще выделяют. Впрочем, это меня никак не касается.

Сам кабинет отличался особым убранством. В глаза сразу бросался шкаф, где аккуратно, друг рядом с другом, стояли пронумерованные папочки. Вещи на столе тоже лежали симметрично, на одинаковом расстоянии друг от друга. Не удивлюсь, если новоиспечённый преподаватель окажется ярым перфекционистом.

Закрыв за нами дверь и сев за стол, молодой мужчина сначала провёл по нам взглядом, после чего выдвинул ящик и достал оттуда небольшую стопку листов. Так, страниц десять-пятнадцать от силы.

— Буду с вами откровенен, — мужчина, морща лоб, затарабанил пальцами по столу. — Возможно, ваш предыдущий учитель был мягок с вами и многое спускал с рук. Со мной такое не получится провернуть. Филонить на моих занятиях ни у кого не получится, если только он не собирается остаться на второй год. В моих интересах, чтобы вы получили высокий балл на итоговых экзаменах.

— Прошу прощения, если вам не понравилась моя работа, — сказала Виолетта. Профессор тут же перестал барабанить по столу и недоумённо приподнял брови. — Если укажете на ошибки в докладе, я его исправлю, и…

— Ваше Благородие, — перебив девушку, протянул ладонь Сайлас Дорсет. — К вашему докладу у меня претензий нет. Вы отлично раскрыли тему наследственности магии. У вас очень хорошие показатели в учёбе, что не может не радовать.

— Тогда зачем вы меня пригласили в кабинет? — чуть погодя спросила Виолетта.

— Люций Рейси подсказал, что Энкрид Эйзенхорн помогал вам в написании доклада, — с этими словами профессор повернул голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Только самого доклада от Его Сиятельства я не нашёл. Сложившаяся ситуация, знаете ли, вызывает вопросы.

Вот, значит, где свинья зарыта.

Я всё думал, с чего вдруг новоиспечённому преподавателю взбрело в голову звать нас обоих, причём лично, а не посылать своего ассистента.

— Быть такого не может! — воскликнула Виолетта, также посмотрев в мою сторону. — Зачем Энкриду портить себе оценку на ровном месте?

— Я вот тоже задаюсь этим вопросом, — продолжил сверлить меня взглядом профессор. — С одной стороны, мотива я не вижу. У Его Сиятельства довольно высокие оценки. С другой стороны, он мог не сдавать его из-за похода в Подземелье. Если причина в последнем, я готов дать отсрочку, ровно до окончания первого семестра. Вам есть что добавить?

— Хмх… — я положил большой и указательный пальцы на подбородок. — Могу заверить, что работу я сдавал, и в случае надобности отвечу на любой заданный вопрос в качестве доказательства. Возможно, работа где-то затерялась, но есть у меня подозрение, что всё это неспроста.

— Собственно говоря, поэтому я вас сюда позвал, — тяжело вздохнул он и вновь стал барабанить пальцами по столу. — Будем считать, что Виолетта Эгремонт поручилась за вас. Значит, остаётся два варианта. Либо я спускаю ситуацию на тормозах и ставлю вам автомат, либо мы копаем дальше. Есть желание узнать, чьих рук это дело?

— Пожалуй, что да, — чуть подумав, сказал я. — В Академии полно людей, кто бы обрадовался моему исключению. Даже не представляю, кто конкретно мог хотеть меня подставить.

— Не факт, что именно подставить, — дёрнул губой профессор, которому, похоже, эта ситуация не сильно-то и нравилась. — В моей учебной практике хватало прецедентов, когда ученики попросту воровали чужие работы. Я склонен предполагать, что это второй случай, когда просто не успели подменить одну работу другой.

— Откуда такая уверенность? — приподнял я брови. — Не сочтите за грубость, но мотив ученика я не понимаю. Кража работы — это риск исключения из Академии, а низкий балл максимум что означает — пересдачу. Зачем кому-то воровать работу ради оценки?

— Ваше Сиятельство, вы очень и очень сильно недооцениваете человеческую глупость, — внезапно ухмыльнулся профессор. — В целом, этому ученику всё легко могло сойти с рук. Сами посудите. Любой новоиспечённый преподаватель на моём месте не стал бы заострять внимание на отсутствии одной работы. Ему ведь нужно проверять несколько классов, а это сотни учеников. Объём работ очень и очень велик.

— Я мог подать жалобу, — возразил я на его слова.

— Само собой. Её бы рассмотрели работники Академии, после чего я бы проверил ваши знания, поставил автомат и сослался на случайную потерю вашего доклада, — сложив руки домиком, сказал мужчина. — Именно такой сценарий развернулся бы, попади на моё место другой учитель. Однако кое-кому не повезло. Я по натуре своей очень дотошный человек и люблю докапываться до правды. Но ещё сильнее я люблю свою работу и подобное поведение терпеть не собираюсь. Там, где один умник решил схитрить, найдутся ещё десяток таких же.

— Поэтому нужна публичная порка, — смекнул я, к чему ведёт профессор.

— Я смотрю, вы всё схватываете на лету, — как хитрый лис улыбнулся Сайлас Дорсет. — Это хорошо. Однако я ещё не слышал вашего ответа.

— Почему бы не сыграть в эту игру, — усмехнулся я и сложил руки на груди. — Мне самому интересно узнать, совпадение ли это или же чей-то злой умысел.

— В таком случае надеюсь, что этот разговор не уйдёт за пределы этого кабинета, — преподаватель внимательно посмотрел на всё это время молчавшую, но внимательно слушающую Виолетту.

— Само собой, — коротко кивнула она.

— Прекрасно. Значит, дело за малым. Осталось из сотен работ найти конкретно вашу. Затем узнать, кто именно её скопировал и вызвать вас двоих в кабинет, для разбирательства.

— Меня такой вариант не устраивает, — сказал я, намеренно заставив мужчину удивиться.

— Почему же, — бросил он на меня многозначительный взгляд и вновь стал барабанить пальцами по столу.

— Не мог же ученик просто так подменить работу, — высказал я своё мнение. — Ему кто-то помог. Скорее всего, кто-то из работников или даже преподавателей Академии. Такой вариант меня не устраивает. Этот человек пошёл против Эйзенхорнов, а следовательно, должен получить по заслугам.

— Слишком долго искать, и не факт, что найдём, — покачал головой профессор. — Тем более это меня не касается.

— Я разберусь, — спокойным голосом ответил я.

— И как же, если не секрет?

— Директор, — коротко, но многозначительно ответил я.

— Директор очень занятой человек. Даже у меня нет возможности просто так встретиться с ним без веской на то причины. Потеря работы одного ученика явно к этой категории не относится.