Дом (ЛП). Страница 4

Розали неловко возилась с двумя верхними пуговицами, пока чужие руки не скользнули вверх по ее телу и не отвели ее ладони в сторону. Невидимые руки быстро расправились с ее платьем, расстегнув его до талии и стянув до локтей. Розали уткнулась лицом в шею, которую осязала, но не видела. Даже будучи призраком, герцог источал приятный мускусный аромат, и Розали не могла не вдыхать его, словно утопающая — воздух.

Внутри нее разгорался огонь — новое и пугающее по своей силе чувство. Руки развязали завязки сорочки и скользнули под тонкий хлопок, касаясь обнаженной кожи. Розали ахнула, когда ладонь обхватила ее грудь, а мозолистый большой палец шершаво провел по соску. Этот жест отозвался между ее бедер прострелом наслаждения.

Розали крепко зажмурилась от остроты ощущений. Она услышала тихий мужской смешок, прежде чем рука принялась кружить вокруг чувствительного бугорка, дразня его. Розали сжала бедра и простонала. Разве это должно быть настолько приятно? Ей казалось, что эта волна вот-вот унесет ее за собой.

Ладонь переместилась на другую грудь, а свободная рука духа погладила ее живот, спускаясь ниже. Розали выгнулась навстречу руке, нежно терзавшей ее сосок, кусая губы, чтобы сдержать стоны. Она резко вдохнула от первого легкого касания призрачных пальцев к ее самому сокровенному месту. Рука замерла в нерешительности, пока девушка не развела колени шире.

Пара горячих губ накрыла ее губы в тот самый миг, когда пальцы скользнули между ее влажных складок. Розали вскрикнула, когда дух начал ласкать ее неискушенное естество. Пальцы нашли местечко, от которого ее бедра задрожали, и ласкали его до тех пор, пока ей не осталось ничего другого, кроме как судорожно хватать ртом воздух сквозь прижатые к ее рту губы.

В погоне за наслаждением ее бедра начали бесстыдно и совершенно бесконтрольно подаваться навстречу движениям. Когда один толстый палец проник внутрь ее девственного тела, она кончила с исступленным криком. Розали обмякла в объятиях духа, чувствуя себя совершенно безвольной. Она слабо застонала, когда палец выскользнул из нее, чтобы напоследок приласкать ее складки, прежде чем окончательно отстраниться.

Розали умиротворенно позволила духу снять с нее остатки одежды и опустить в ванну. Теплая вода ничуть не нарушила того расслабления, что окутывало ее тело подобно кокону. Она лежала неподвижно, пока невидимое присутствие водило влажной тканью по ее коже. В конце концов эта успокаивающая забота погрузила ее в сон.

Глава пятая

Розали проснулась в постели, одетая в свою обычную ночную сорочку. Солнце только начало выглядывать из-за далекой кромки деревьев, но она чувствовала себя совершенно бодрой. И полной вопросов. Главный вопрос, крутившийся у нее в голове, был: почему она? Почему дух Эдварда Локморроу выбрал ее объектом своей привязанности?

Этот вопрос продолжал не давать ей покоя, пока она одевалась и спускалась на кухню. Когда она вошла в двери, кухарка обернулась и посмотрела на нее. На лице женщины мелькнуло удивление, прежде чем она поспешно скрыла его за приветливой улыбкой.

— Доброе утро, мисс. Я как раз готовила для вас поднос с завтраком.

Розали проследила за взглядом кухарки, устремленным на серебряный поднос на столе. Ей собирались принести завтрак в комнату?

— О, — пробормотала она. — Благодарю, но я, пожалуй, поем в столовой.

— Конечно, мисс. Мы просто подумали, что этим утром вам может понадобиться отдых, — сказала кухарка, заливаясь румянцем.

Розали в замешательстве посмотрела на женщину. Казалось, будто та знала о встрече Розали с духом. Но откуда ей было знать?

— Агата уже проснулась?

— Да, мисс. Она завтракает в утренней гостиной. Желаете присоединиться к ней?

Розали выдавила улыбку.

— Да, пожалуйста.

Она не стала задерживаться на кухне, стремясь поскорее уйти от смущенной женщины. Розали на мгновение остановилась, чтобы успокоиться, прежде чем войти в утреннюю гостиную. Агата сидела лицом к окну, а не на своем обычном месте во главе стола. Она спокойно оторвала взгляд от тарелки, когда вошла Розали.

— Ах, мисс Чемберс. Вы прекрасно выглядите этим утром.

Розали удивленно моргнула, когда хозяйка дома жестом предложила ей сесть в кресло справа от себя. Во главе стола. Розали нерешительно пересекла комнату и опустилась в кресло. Какое-то время Агата молча наблюдала за ней.

— Я в большом долгу перед вами, мисс Чемберс, — наконец произнесла она.

Розали нахмурилась.

— В долгу?

— Я знаю, мне следовало рассказать вам все в тот же миг, как вы приехали. Нет, еще раньше. Когда я написала вам, прося о ваших услугах. — Агата сделала глоток чая. — Но я боялась, что вы не приедете, если я расскажу вам о своем брате.

— О вашем брате? — эхом отозвалась Розали, чувствуя, что теряет нить разговора.

— О покойном герцоге Келлингсуорте.

Розали почувствовала, как к щекам приливает жар. Она опустила взгляд на стол.

— Понимаю.

— Эдвард был моим старшим братом, — продолжила Агата. — Когда он погиб на войне, он оставил все, абсолютно все поместье, своей племяннице, моей дочери Эбигейл.

Розали уставилась на нее.

— Прошу прощения, но я не понимаю, какое это имеет ко мне отношение.

Агата слабо улыбнулась.

— Вы помните свой визит в Лондон десять лет назад?

Розали нахмурилась. Десять лет назад? Должно быть, это было тогда, когда она ездила с матерью и сестрой заказывать платья для представления сестры ко двору. На ее собственное представление денег не хватило, но от нее ожидалось, что она будет сопровождать сестру в модные места города, чтобы поддерживать видимость достатка.

— Да, — пробормотала Розали.

— Мой брат был вами весьма очарован. Он наводил о вас справки, но дела вынудили его уехать прежде, чем он смог официально поговорить с вашим отцом. — Агата вздохнула. — А вскоре после этого началась война.

Розали посмотрела на нее широко раскрытыми глазами.

— Почему вы написали мне сейчас?

Агата многозначительно взглянула на нее.

— К этому моменту вы уже должны знать, что мой брат все еще среди нас. Я могу лишь предположить, что это потому, что он оставил незавершенным нечто жизненно важное.

— Прошу прощения, но я не понимаю.

Агата поставила чашку и обратила на Розали все свое внимание.

— Мой брат намеревался просить вашей руки. Вы стали бы герцогиней Келлингсуорт, и все это принадлежало бы вам. В сложившихся же обстоятельствах мой брат вписал вас в свое завещание единственным доступным ему способом.

— Каким же способом? — спросила Розали, чувствуя легкое головокружение.

— В качестве гувернантки моей дочери.

— Но как же другие гувернантки… — Розали запнулась и посмотрела на Агату. — Что с ними?

— Моя ошибка, — вздохнула Агата. — Розали Чемберс — не такое уж редкое имя. Я написала трем, прежде чем нашла нужную.

— О.

Агата слабо улыбнулась и пододвинула к ней через стол лист пергамента. Это было завещание. Завещание Эдварда Локморроу. Дрожащими руками Розали потянулась, чтобы взять его. Ее мысли путались, пока она читала витиеватый почерк.

Почти на середине первой страницы она нашла свое имя. Мисс Розали Чемберс. Она перечитала слова, предшествующие ему.

«Моей племяннице, мисс Эбигейл Ратленд, и ее гувернантке, мисс Розали Чемберс». Он оставил все свое поместье ей и ее юной подопечной.

Завещание выпало из ее онемевших пальцев и снова легло на стол. Оно делало всё это реальным. Красивый герцог хотел на ней жениться. На ней. Не на её прелестной сестре или любой из юных, более привлекательных девушек Лондона, а на ней. И он умер, так и не получив такого шанса.

В горле встал ком. Розали, дрожа, поднялась из-за стола и выбежала из комнаты. Она не останавливалась, пока не оказалась снова в своей спальне и не заперла за собой дверь. Тяжело дыша, Розали прислонилась спиной к двери и медленно сползла на пол.