Сломленная. Страница 1

БЛЕЙК ПИРС

СЛОМЛЕННАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Кора едва не сорвалась – рука, взметнувшись в сторону, чуть не выдернула плечо из сустава. Она прошипела от боли, отчаянно вцепившись пальцами в бетонный подоконник старого, заброшенного промышленного здания.

В наушнике, сквозь треск помех, прозвучало: «Всего пять минут, Кора. Ты его видишь?»

Она не ответила – берегла силы, тяжело дыша, пока страх холодными иголками полз по позвоночнику. Пять минут – она слишком долго возилась, непозволительно долго. Кора быстро глянула вниз, на асфальтовую парковку, заросшую сорняками: из трещин тянулась трава. Ни одной машины – кроме той, на которой они с напарником приехали, и двух больших чёрных внедорожников, стоявших у основания здания.

По версии корпорации, которой принадлежало здание, эти внедорожники были «плановой охраной».

Но охрана её не интересовала.

Её интересовал человек, который платил им зарплату.

Все знали, чем в свободное время занимается Дезмонд Райк. Все знали, что он делал с теми девушками, которых увозил с собой, – и все предпочитали закрывать глаза.

Вообще-то Кора и агент Брейди, её напарник, не имели права проникать внутрь, пока не будет ордера. Трое вооружённых отморозков у входа, вместе с камерами наблюдения, позаботились о том, чтобы это было ясно. Но Кора понимала: времени нет – солнечный блеск в окнах быстро тускнел.

До заката оставалось пять минут. Мистер Райк убивал своих жертв ровно в тот миг, когда солнце исчезало. Жертвоприношение – как они выяснили – в соответствии с его маленьким культом солнцепоклонников.

Мгновение она висела, держась одной рукой, левое колено подпрыгивало о раму окна ниже. Кора судорожно выдохнула, чувствуя, как покалывают нервы. Короткие всплески страха вспарывали спину и шептали в подсознании мелкие угрозы, но она заставила себя собраться. Лоб блестел от пота, руки горели болью, и она была на высоте двенадцатого этажа – поэтому второй раз вниз не посмотрела.

Кора всегда боялась высоты.

Но одно из преимуществ её подготовки – ещё в ВМС, до того как она пришла в ФБР, – заключалось в том, что встреча со своими страхами считалась обязательным минимумом. Отбор в БУДС и подготовке «морских котиков» не выдерживали по меньшей мере восемьдесят процентов.

И это среди отборнейших. Лучших из лучших.

Кора никогда не считала себя лучшей в чём бы то ни было. Она была просто упрямой.

Упрямой настолько, чтобы не разжать пальцы на подоконнике. Она подтянулась выше; сердце бешено колотилось, лицо поравнялось со следующим окном. Кора вцепилась в бетонный край обеими руками – руки всё ещё напрягались под рукавами куртки. Она выдохнула с дрожью и всмотрелась в тёмные коридоры за мутным стеклом.

По коридору двигались ещё двое с оружием. Кора поморщилась, пригнула голову и переждала, пока они пройдут. И тут наушник снова затрещал.

«Агент Шилдс!» – теперь другой голос, куда более злой. «Чёрт возьми, агент Шилдс. Ответьте – немедленно!»

Кора поморщилась. Заместитель директора явно был не в восторге. Она двинулась к окну, которое приметила снизу, – единственному на восточной стороне здания, оставшемуся чуть приоткрытым. Дойдя, она толкнула створку тыльной стороной ладони.

«Агент Шилдс! Мы будем на месте через десять минут. Оставайтесь на позиции. Вы меня слышите? Оставайтесь на позиции!» Голос в эфире будто становился громче с каждой секундой, пока она его игнорировала.

Впрочем, у неё был богатый опыт игнорирования заместителя директора Малкольма Огдена. Директору Огдену Кора никогда особенно не нравилась.

Это было взаимно.

Он не просто действовал по уставу. Он жил по нему, спал по нему, тащил его с собой в постель, ухаживал за ним – и всё в таком духе.

Кора же никогда не была большим любителем чтения.

Она щёлкнула выключателем радиоприёмника. В линии повисла тишина. Так гораздо лучше.

Теперь можно сосредоточиться. До того, как упадёт ещё одно тело, оставались считаные минуты. Этот псих уже расправился с четырьмя молодыми женщинами.

И она не собиралась стоять и соблюдать жалкий протокол, пока убивают ещё одну.

Её маленькое жилистое тело позволило ей медленно проскользнуть в открытое окно, вывалиться на пол и приземлиться в приседе. Она двигалась бесшумно, на носках, проходя по тихому коридору. Уши насторожены – она вслушивалась в звук шагов.

Рыжевато-каштановые волосы Коры были подстрижены коротко: слева выбрито наголо, справа – до плеч. Не самая девчачья причёска, но Кору никогда не упрекали ни в любви к розовому, ни в тонкой душевной организации. Некрасивой она не была – не один бывший сослуживец из её взвода пытался подкатить. И сама она порой отвечала взаимностью. Но уж точно её никогда не называли милой. Слишком резкие черты: высокие скулы, прямой нос, холодные серые глаза – как моря, которые она патрулировала два срока службы в свои двадцать с небольшим.

Она вытянула руку и упёрлась ладонью в деревянную дверь, а другой сжимала пистолет. Татуировки вдоль предплечья уходили под рукав, выделяясь на напряжённых, но сухих мышцах.

В двадцать Коре не приходилось работать над тем, чтобы быть подтянутой. Теперь, приближаясь к тридцати одному, она свято соблюдала утренний двухчасовой ритуал тренировок – не только потому, что так легче держать вес, но и потому, что благодаря всплеску эндорфинов удавалось хотя бы ненадолго удерживать на расстоянии другие, куда более тёмные демоны.

Петли тихо, протяжно скрипнули, когда она толкнула дверь. Она крепче сжала оружие, сглотнула. Глаза быстро обежали пустую, скудно обставленную комнату. Старое офисное кресло валялось опрокинутым. Ни столов. Несколько проводов торчало из пустых гнёзд в стене.

Быстро, поверхностно осмотревшись, она перешла в следующую комнату. Снова пусто.

В коридоре оставалось ещё пять дверей. Он будет на одном из верхних уровней. Так он делал всегда. Последних трёх жертв он увозил в пентхаус, на часовую башню и на вершину старого собора.

Мистер Райк сколотил состояние на Уолл-стрит. Но его не устроил банковский счёт, как у бога. Ему хотелось ещё и поклонения. Его маленькую секту купили или подкупили. Он был харизматичен и красив – они всегда такие.

Лучшие хищники – те, на кого приятно смотреть. Они могут отвлечь добычу внешним лоском, пока не станет слишком поздно.

Она нахмурилась, вспомнив последнее тело, найденное у подножия собора, среди надгробий прилепившегося кладбища. Он сталкивал их насмерть. Райк называл это на своих тайных встречах с адептами падением Ра.

Кора помрачнела ещё сильнее; её серые, морские глаза темнели бурей, пока она подходила к следующей группе дверей. И тут она услышала движение.

Она замерла и бесшумно прижалась к стене. Дверь вдруг распахнулась. В комнату протиснулась пара мужчин в чёрных костюмах и двинулась к следующей двери. Она стояла тихо, пока дверь, распахнувшись мимо неё, не укрыла её в тени и не образовала маленькую нишу.

До неё донеслись обрывки приглушённого бормотания.

– Как думаешь, он уже прикончил её? – сказал один из них; по голосу было слышно, что сама мысль ему неприятна.

Другой хмыкнул. – Да не знаю. Сверху пока тишина. Обычно они орут.

– О-орут? Чёрт… то есть, – он сглотнул и продолжил, – я… Ладно.

Второй, постарше, фыркнул. – Не думай об этом. Делай своё дело.

Первый что-то ответил, но его голос снова заглушило, когда оба охранника вошли в комнату напротив, продолжая свой ленивый обход.

Кора подождала, пока они пройдут. А потом выскользнула из-за наклонной ниши, которую образовала закрывающаяся дверь, и поспешила вперёд – к лестнице у дальней стены.

Наверху. Охранник сказал – наверху тихо.