Крушение сурка. Том 2 (СИ). Страница 47

— Так сделай это, — успокоилась София. — Или есть какие-то сложности?

— Эм… — он набрал полную грудь воздуха, решаясь признаться. — Да, кое-какие сложности имеются. Это размер моих активов.

— Слишком мало денег, да? — с сочувствием посмотрела на мужа София. — Наши акции подешевели?

— Нет, — качнул он головой из стороны в сторону. — Наоборот, они в последнее время слишком сильно подорожали. Проблема в том, что стоимость моих акций слишком большая… Около двух миллиардов долларов. И если я выведу половину — миллиард, то это повлияет на курс в худшую сторону.

— А-а-а⁈ — в глазах Софии отобразился шок — они моментально остекленели, пока мозг пытался переварить услышанное. — Э-э-э… Два миллиона?

— Два миллиарда… — вздохнул Александр.

— Ах, миллиарда… — протянула она охрипшим голосом. — А я думала, мне послышалась. Милый, так мы что, миллиардеры⁈

— Ну, вроде того, — натянул он на лицо виноватую улыбку. — Но это только с этого года, и не факт, что такой расклад продержится долго. Стоит цене на фруктовые акции рухнуть, как наш капитал тут же существенно уменьшится. Стоимость капитала — это не совсем те деньги, которые есть у человека реально. Это лишь гипотетическая сумма, которую можно выручить на рынке в определённый момент. Так что на бумаге мы миллиардеры, а фактически у меня на счётах всего двадцать шесть миллионов долларов.

— ВСЕГО⁈ — выпучила глаза София. — Никогда не слышала, чтобы о миллионах баксов говорили ВСЕГО!!! Алекс, раз мы настолько богаты, то почему так живём?

— Как? — вздёрнул он бровь. — Нигде не работаем, при этом ни в чём не нуждаемся, питаемся отличными продуктами, живём в вилле на берегу моря, имеем спорткар без крыши, водим ребёнка в лучший детский сад, занимаемся своими хобби и летаем по всему миру, когда это нужно…

— Но… — её голос задрожал, пока она пыталась подобрать аргументы. — Но ведь вилла у нас арендованная, твой Порше стоил недорого, а мы тратим тысяч по десять в месяц.

— Минусы будут? — ухмыльнулся Александр.

— Эм… — растерялась его супруга.

— Какая разница, — продолжил он, — что вилла арендованная? Ты ощутишь разницу от проживания в своем доме и во взятом в аренду? Лично для меня ничего не меняется. Так зачем платить больше и привязывать себе к одному месту? Может быть, завтра ты захочешь отдать сына в Кембридж, и мы переедем в Великобританию. И что теперь — продавать подешевевший дом? Мы его просто оставим и арендуем особняк в Англии. Это экономично и утилитарно.

София попыталась вырваться из объятий мужа, но он поцеловал её, чем заставил прекратить нелепые попытки покинуть его колени. Он продолжил говорить:

— А машина… Мне просто нравится Порше Спайдер — он классный, дарит массу эмоций от поездок, при этом красиво смотрится. Все эти навороченные Феррари, Ламборгини и прочий шлак я считаю всего лишь тачками для понтов. К тому же, когда я покупал Порше, моё состояние было всего семь миллионов долларов, и я не хотел отрывать от него солидную часть ради понтовой жоповозки.

— Эм… — София не знала, что сказать. Аргументы мужа, казалось, обладали железобетонной логикой.

— Скромная жизнь? — продолжал он. — Так мы привлекаем к себе меньше внимания. Худшее для богатых людей без реальной власти — внимание к ним со стороны. Такого внимания можно не пережить. Хочешь, чтобы нашего сына похитили ради выкупа? Или хочешь, чтобы на нас периодически устраивали покушения? Софи, у меня нет никакой власти. Когда-то я лишь удачно вложил полмиллиона долларов. Эти вложения со временем превратились в два миллиарда. И это произошло совсем недавно, после того, как за фруктовые акции начали щедро выплачивать дивиденды. Или же ты хотела бы постоянно жить за высоким забором в окружении толпы телохранителей? Охранники ходили бы за тобой днём и ночью, дежурили возле спальни. Ты этого хочешь?

— Нет, не хочу, — замотала она головой из стороны в сторону. — Но мне кажется, ты утрируешь.

— Да ну? — губы мужчины криво изогнулись в насмешливой ухмылке.

Ссадив жену с коленей, он принялся за поиск на компьютере. Вскоре он повернул монитор к супруге и стал одну за другой открывать новости о том, как папарацци донимают богатых людей, как был похищен кто-то из семьи богачей. Таких статей нашлось множество. Глядя на них, София бледнела, пока её кожа не посерела от ужаса.

— Я дам тебе сколько угодно денег, — тихо произнёс в оглушительной тишине Александр. — Ты можешь тратить их как угодно. Хочешь скупить все бутики в городе? Пожалуйста. Только в таком случае мы вынуждены будем переехать на более уединённую виллу и завести десятка три телохранителей, плюс сменить автомобили на бронированные.

— НУ, НАФИГ! — заявила напуганная София. — Лучше мы будем жить, как и прежде. Всё равно мы никогда не испытывали недостатка. Но…

— Но⁈ — вздёрнул правую бровь Шульц.

— Переведи мне половину от своих сбережений! — голос Софии стал твёрдым. — Я тебе не доверяю. Ты ещё тот транжира. Спустишь всё на свои лимитированные винтовки. У меня эти деньги сохранятся в надёжности. Они станут нашим гарантом безопасности на случай, если ты вдруг разоришься.

— Без проблем, — ухмыльнулся он, доставая чековую книжку и выписывая чек на четырнадцать миллионов долларов. — Держи.

София несколько десятков секунд, застыв статуей, пялилась на число в чеке.

— Это реально четырнадцать миллионов? — недоверчиво протянула она.

— Да, — кивнул Александр. — Я бы сказал тебе тратить их как угодно, но зная тебя, уверен, что ты не потратишь оттуда ни цента.

— Почему четырнадцать, а не тринадцать? — продолжила она. — Это же больше половины.

— Тринадцать — плохое число, поэтому пусть будет четырнадцать.

— Сыну не говори что мы миллиардеры! — твёрдо заявила София, аккуратно пряча чек в карман домашнего халата. — А то он маленький, запросто проболтается. Пусть он, как и раньше, будет уверен в том, что мы просто обеспеченная семья высшей планки среднего класса.

— Угу… — вновь кивнул мужчина. — Я тоже думаю, что открывать пацану правду сейчас не стоит. Скажем ему, когда он будет вменяемого возраста и начнёт вставать на ноги, а то ещё вырастет мажором в худшем варианте и подсядет на какую-нибудь дрянь.

Два миллиарда долларов. Эта сумма била набатом в голове Александра. Он думал, что сможет немного разбогатеть и спокойно жить на эти деньги. Ключевое слово тут «немного». Он никак не ожидал, что фруктовые акции способны вырасти настолько сильно. Когда-то он покупал их за считанные центы. Потом, когда они стали стоить семь долларов, он радовался, словно ребёнок подарку от Санта Клауса. Когда они стали стоит тридцать баксов за штуку, он был шокирован. Когда цена доползла до трёхсот долларов, шок для него перешёл на новую ступень. Теперь же, когда его состояние оценивалось в пару миллиардов, он попросту не мог в это поверить.

Он опасался того же, что и все владельцы ценных бумаг — упустить прибыль. Поэтому и поспешил продать половину акций, пока они стоили так дорого. Помня о том, сколько они стоили раньше, он был уверен в том, что это искусственно надутый финансовый пузырь.

Поскольку сумма была слишком большой, продавать всё сразу было нельзя. Это привело бы к резкому падению цены. Он начал распродавать акции маленькими партиями, но не успел сделать этого по той цене, поскольку этот пузырь действительно лопнул и их стоимость начала резко падать. Ему удалось их продать в среднем по пятьсот пятьдесят баксов. Поняв, что падение продолжается, он продал ещё солидную часть портфеля. В итоге он оставил себе миллион акций, а за оставшиеся выручил девятьсот восемьдесят миллионов долларов. Даже миллиарда не вышло. К концу января фруктовые акции стоили четыреста тридцать пять баксов.

Недолго он побыл с мыслью о том, что у него есть два миллиарда. Теперь и полутора миллиардов не наскреблось бы. Это обычная ситуация для богачей. Сегодня о тебе пишут в прессе, что ты самый богатый человек в мире, а через год ты опускаешься на десяток позиций, хотя в принципе ничего не поменялось. Все те миллионы и миллиарды состояния, о которых пишут в прессе — это виртуальные числа на мониторах брокеров, в которые оценивается стоимость активов. Это не живые деньги.