Служанка ректора Академии военных драконов (СИ). Страница 30

Внутри дрожало волнение, что он окажется слишком большим или маленьким, не таким, как кий из моего мира…

Но отполированное прохладное древко приятной тяжестью легло в мою ладонь. Ощущение было привычным.

– Что это она делает?

– Очевидно, какой-то дикий кривовский ритуал для привлечения удачи. Надеется, что это ей поможет…

На самом деле, никаким ритуалом то, что я делала, не было. Я всего лишь потерла наконечник кия мелом. Пространство между большим и указательным пальцем левой руки натерла тоже. Мне совсем ненужно, чтобы в самый ответственный момент кий соскользнул.

Но в этом мире, похоже, насчет мела не знали, поэтому мои действия показались всем варварством и затягиванием времени в надежде оттянуть свой скорый проигрыш.

Я провела пальцами по бархатистому зеленому сукну, с полузабытым удовольствием ощущая его текстуру.

Когда разносила напитки и закуски, я уже из интереса изучила позицию шаров на бильярдном столе и уже мысленно определила, куда и как нужно бить.

И, изогнувшись, встала в игровую стойку, выставив мост – кисть, на которую оперла свой кий.

Офицеры окружили стол, глядя на меня почище голодных гиен.

Уинфорд, наоборот, стоял в отдалении, как будто происходящее его мало интересовало. Но льдистый взгляд… Он был острее, чем у всех них, вместе взятых.

– Ну что за поза… Зайка, вот так и стой целую вечность! – засвистел Эльчин. – Ты ведь явно не девственница, нет?

Да я знала по поводу своей позы – прогнувшись в спине, почти легла на сукно грудью, устанавливая кий в наиболее подходящее положение.

Вот только сейчас мне было совершенно наплевать на издевки и жадные взгляды.

Существовала только я. И зеленое сукно. И шар, который мне нужно было забить. Шар под номером двенадцать.

Двенадцать.

Столько, сколько было офицеров на вечеринке.

А кий – он стал частью меня, продолжением моей руки.

Выбрав момент между двумя стуками сердца, я нанесла по битку сильный и точный удар.

Стремительно пролетев по столу, он покатился вообще в другую от двенадцатого сторону и ударился о борт.

Зрители захохотали и засвистели, издевательски захлопали.

А громче всех химеролог.

– Разве можно было ждать иного?

– Дилетантка!

– Мастер-класс по бильярду с Обочины. Что ж, это было даже занятно...

Но смеялись они рано. Потому что биток отскочил от борта к другому борту, а затем снова к другому, после чего ударил шар под номером двенадцать и тот по филигранно точной траектории улетел в боковую лузу.

Смех и комичные аплодисменты смолкли.

А Эльчин заметно побледнел.

– Это случайность! – воскликнул он. – Все же видели, что она просто наугад ударила по борту!

– Это был не случайный удар, Роян, – Лейтон не сводил с меня глаз. – А тонкий расчет.

Все заговорили разом.

Совершенно не обращая внимания, я четко и технично загнала следующий шар в центр, потом обошла стол и сыграла еще два.

Уже никто не ничего не говорил и не смеялся.

Тишина воцарилась мертвая, нарушаемая только приятным костяным звуком стукающихся друг о друга шаров.

И в этой самой тишине я забила в лузу последний шар вместе с битком, который залетел туда последним.

Пряди волос выбились из пучка, я тяжело дышала, и руки стали влажными от пота, но это было уже нестрашно.

На этот раз мне никто не хлопал.

Поймав на себе пожирающий взгляд Лейтона, я отвернулась.

– Офицер Эльчин? – вопросительно подняла бровь. – Бильярдный долг дело чести, не так ли?

Что-то сдавленно прохрипев, изумрудный дракон нехотя дернул на груди китель.

Его руки дрожали.

С трудом расстегнул верхнюю пуговицу...

– Но пожалуй, вашу честь я оставлю вам. Возможно, тогда вы вспомните, что она у вас все-таки есть. Можете избавить меня от сомнительного удовольствия наблюдать вас голым. Зато теперь, полагаю, вы знатно развлеклись, как того и хотели, – холодно бросила я и повернулась к Уинфорду. – Триста империалов.

– Что?

– Столько было поставлено на кон. Я выиграла партию. А значит, эти деньги мои.

Ни слова не говоря, ректор вытащил из кармана несколько купюр с изображением дракона в роскошной золотой короне и, не считая, положил на бильярдный стол.

Эльчин стоял весь красный, как вареный рак, с трудом глядя по сторонам.

Весь напыщенный самоуверенный вид слетел с него, как шелуха.

Если бы взглядами можно протереть на человеке дыру, то от меня бы давно не осталось и пустого места – распалась на атомы.

Так на меня смотрели.

В гробовом, оглушительном молчании.

А я ничего, подобрала свой выигрыш, фартук с кокошником, как почтительная служанка, поклонилась Уинфорду:

– Я уберу здесь, когда вы закончите вашу прелестную вечеринку, майор. Приятного времяпрепровождения, господа.

Выхватив карандаш ректора из волос, бросила его на зеленое сукно и пошла к дверям.

И они все, эти высококровные драконы-офицеры молча расступились передо мной…

Мои дорогие, любимые читатели,

сегодня я хочу поделиться с вами очень волнительной для меня новостью!

Моя книга "Жена неверного ректора Полицейской академии",

которую многие знают и любят,

ВЫШЛА В БУМАГЕ в крупнейшем издательстве нашей страны - АСТ

Скажу честно, я о таком даже не мечтала, но эта книга - вот она, я еще даже не держала ее в руках, но как же я предвкушаю это ощущение... Она, правда, очень красивая и сделана с огромной душой, с илюстрациями, с маленьким приятным подарочком внутри, с неповторимым запахом страниц, со своей атмосферой и историей.

Подробнее об этой, моей истории, и о том, где можно найти книгу

- в моих соцсетях, которые можно найти во вкладке "Обо мне"

ГЛАВА 38

Едва выйдя в коридор, обессилено прижалась к стене.

Меня легонько потряхивало.

При воспоминании о том, как я прикасалась к ректору и как на него смотрела, внутри поднималась волна темных эмоций.

И то, как он смотрел на меня…

Я была под воздействием Рояна Эльчина и не отдавала отчет в том, что делаю!

Нельзя винить себя за то, что произошло.

В какой-то степени можно даже поблагодарить офицера.

Оказавшись в настолько критической ситуации, я смогла поставить ментальный щит, чтобы избежать позорного продолжения.

Как там Уинфорд говорил на занятии?

Нужно представить сферу из своего материала. Рубиновые драконы представляют рубины, изумрдные – изумруды или малахит…

А у меня было золото.

Я хорошо помню этот ослепляющий блеск перед своим мысленным взором – он поглотил ту поганую зелень, то болото, в которое меня затягивал приказ Эльчина и вернул мне ясность разума и свободу воли.

Золото?

Но золотой драконьей крови не существует.

Стеклянная, янтарная, сапфировая, изумрудная, королевская рубиновая и редкая черная, как у Лейтона. Самая сильная и могущественная.

Все учебные пособия, находящиеся в доступной мне секции Башни фолиантов, утверждали только одно.

У драконов шесть общепризнанных и подтвержденных дракомером групп крови. Каждой группе крови принадлежит свой драгоценный или полудрагоценный минерал, служащий своеобразным аккумулятором превращения. Они даже гребаную форму носят в цветах своей крови!

Для молодых и еще неопытных драконов важно найти свой камень, который будет помогать учиться обороту и контролю над ним. На первом курсе АВД все кадеты прошли специальный практикум по геммологи в Пещере камней, на котором каждый определил свой камень, который откликается именно ему.

Тессе ни один минерал не откликнулся, и в итоге она по совету преподавателя остановилась на цитрине. Вроде как желтая кровь – желтый камень.

Именно с ним Тесс старательно пыталась наладить связь на протяжении всего практикума, чтоб цитрин помог ей обратиться в дракона.