Факультет бытовой некромантии (СИ). Страница 6

Ага, очень смешно – попробовать разбудить сладко сопящих некромантов в такую рань. Ирвин, по всей видимости, не ожидал нулевой реакции, потому неловко откашлялся. О, неплохо, детишки! Я вас еще не узнала как следует, но уже за то, что заставили каменную глыбу Ирвина Лестера Гроверхейса испытать чувство неловкости, я готова накинуть вам несколько очков симпатии.

– Кхм, уважаемые…

Я похлопала Ирвина по плечу и тихо сказала:

– Занятие еще не началось, в свободное от учебы время они могут делать то, что хотят.

– Даже не приветствовать учителя? – с сомнение спросил Ирвин.

– Даже послать его разыскивать могилку предка в пятом, а то и в седьмом поколении. Это некроманты, им нужен сон. Любой ценой, – отрезала я. – Даже взрослые некроманты трепетно относятся ко сну, не говоря уже об этих детях. И если это трепетное отношение попирать, боюсь, наладить отношения с учениками не выйдет.

– А вы хотите? – спросил ректор. – Вы же еще не решили, будете ли заключать со мной контракт?

– Страхуюсь на тот случай, если придется сказать вам «да», – легко ответила я, подошла к учительскому столу и начала выкладывать из пространственной сумки то, что мне необходимо для занятия.

– Я бы тоже хотел, чтобы вы сказали мне «да», – тихо сказал Ирвин. – Вы даже не представляете, насколько.

Сзади кто-то громко ахнул, я повернулась: почти все мои будущие ученики, в глазах которых сонливость стиралась со скоростью молнии, смотрели на нас со священным ужасом. Так, та-а-ак, а с какого момента они слушали нас с ректором диалог? Кажется, именно с того самого момента, когда весь наш диалог – вполне рабочий! – можно было понять совершенно не так. Я бросила полный надежды взгляд на Ирвина. В конце концов, он ректор, начальник, умница, должен же знать, как развеять это недопонимание?

Ирвин же…

Произнес заклинание и вытащил кипу бумаг, которые тут же передал мне:

– Тут краткие сведения о каждом ученике, информация об силах, которую удалось собрать, список тем, которые прошли, а тоненькая тетрадь в самом низу – мои заметки по вашему плану. Я навещу вас в начале урока.

И бессовестно, абсолютно бессовестно покинул класс, оставляя меня наедине с моими будущими учениками!

Глава 2. Часть 3

— А вы?..

— Вы с ректором?

— Ректор с вами?

— Мы спим, Айр, спим? Или ректор, тот самый ректор действительно нашему будущему учителю некромантии... м-ф-ф!

— Цыц, если сболтнешь серьезную тайну, можешь умереть, — шепотом сказал обычный на вид парень лет восемнадцать-девятнадцати, если правильно поняла, этот самый Айр.

— А разве такие вещи — страшная тайна? — фыркнула девчонка с рыжими волосами, словно была магом огня, а не некромантом, чей дар я сразу же приписала к экстраординарному — некромагией разило нешуточно.

— Все, что связано с ректором — страшная тайна, — заговорщицки сказал вихрастый мальчуган с классической для некроманта внешностью — темными волосами и почти что черными глазами. — Я ведь прав, учитель?

— Прав, конечно, — тут же улыбнулась я, мысленно благодаря этого ребенка за такую шикарную подсказку.

Вот из кого вырастет прекрасный мужчина — помогает даме в беде, пусть и сам этого не осознает. Не то что ректор.

— А вы будете вместо учителя Эоста? — спросил еще один мелкий мальчишка.

А этот уже с абсолютно нетипичной внешностью для некроманта — голубые глаза и светлые волосы. Прям ангелочек. Если смотреть на него и на предыдущего, то как будто две противоположности.

Четверо. Три мальчишки и одна девчонка. Один мальчишка постарше, девчонка лет шестнадцати и двое лет по двенадцать-тринадцать. Разношерстая компания.

И как справляются другие учителя, у которых в классе по несколько десятков человек? Впрочем, ни одна разновидность магов не требует столь тщательного и индивидуального подхода, как некромант.

— Мы будем вместе вас учить. Он обучит вас базовым вещам, а я займусь более сложными. Бытовыми. Вас ждет лучший в мире курс бытовой некромантии на моем факультете, — улыбнулась я, решив не уточнять, что курс бытовой некромантии, в принципе, будет единственным в своем роде, так что детишкам выбирать не из чего, даже если бы захотели.

Впрочем, хватило и этого — любовь к учебе и впрямь в крови.

— А факультет бытовой некромантии будет основным или специализированным? — уточнил Айр.

— А можете про него рассказать больше?

— А вы будете вести практические занятия? — деловито осведомилась рыжая.

— А вы не хотите спать? — вздохнула я. — До вводной лекции осталась пара часиков.

— А вы не вводную проведите, вы расскажите нам про факультет, — предложили ангелочек.

Подростки, только они обладают этой поразительной смесью нахальности и наивности.

— А что мне за это будет? — усмехнулась я, окидывая взглядом все еще лежащих под одеялом учеников.

Завистливым взглядом, разумеется. Я тоже так хотело!

— Как... что? Вы же учитель, вы должны нас учить, — растерялась рыжая.

— В положенное по расписанию время, — улыбнулась я.

— Мы будем очень послушными и не станем доставлять вам проблем, — первым откликнулся темноловосый чертенок.

Вот так, умница. Если ты сам правильный, то не жди, что другие будут такими же. Учись разговаривать на языке выгоды, иначе во взрослой жизни тебя ждет много проблем.

— Хорошо. Все с ним согласны? — спросила я, и, получив неуверенные кивки, продолжила: — Итак, уважаемые ученики. Я Лиферия Ван Найтресс, рада вас видеть.

Ученики, как только услышали мое имя, тут же округлили глаза. Не нужно быть телепатом, чтобы понять их вопрос — та ли я самая Лиферия Ван Найтресс. Ага, та самая. Других таких точно нет.

— Вы представитесь и расскажете мне о себе уже завтра, — сказала я. В конце концов, я должна внимательно изучить досье на каждого. — А пока я проведу самый первый вводный урок. — Начнем. Итак, как вы думаете, почему ваш ректор решил создать факультет бытовой некромантии? И почему я называю основной курс этого факультета сложнейшим для некромантов?

Глава 2. Часть 4

Рыжая тут же подняла руку. Я кивнула, разрешая ответить, параллельно задавила умилительную улыбку — ну кто из преподавателей не любит активных и старательных учеников-то, а? Я вот обожаю, что с огромным трудом скрываю. Ученикам не стоит об этом знать, иначе точно воспользуются моими преподавательскими чувствами себе во благо.

— Потому что статистика — самая суровая вещь, — глубокомысленно сказала девушка, кладя локти на стол и упираясь в подбородок ладонями. — Пять процентов ранений некромантов связаны с полевой практикой в академии, десять — с работой после выпуска, еще пять — это разнообразные несчастные случаи, вроде падения сосулек с крыш или случайных драк в тавернах. Все остальные проценты, а их, позвольте, восемьдесят, приходятся на бытовые дела: готовку, уборку, починку вещей. Итого на каждого некроманта, получившего травму на работе, приходится восемь некромантов, которые пострадали из-за бытовых дел.

— И это только официальная статистика, собранная благодаря алхимикам и аптекарям, фиксировавших каждое обращение некромантов! А сколько случаев, которые так и остались неизвестными миру, — подхватил ангелочек, довольно улыбаясь. — Один из магов-статистов говорил, что около десяти процентов умирают исключительно по глупости.

Ути-пути, кладбищенские раздолья, какой милый ребенок!

— Итак, верно сказано. Кто мне ответит, почему так происходит? Старшие не отвечают, — тут же добавила я, бросая выразительные взгляды в сторону Айра и рыжей.

Для них по возрасту должны были провести общеобразовательный трехдневный курс на эту тему. А мне нужно, чтобы мои ученики не заучивали, а сами доходили до определенных вещей.

— Потому что мы некроманты, — тихо сказал темненький.

— Хорошо, перефразирую. Почему мы такие неловкие в бытовых делах? — спросила я и подошла к магической доске, прикладывая к ней кристалл — пусть включается, скоро буду все наглядно показывать.