Отпуск не по плану или Берегись (форс)мажора. Страница 4

– Если захочешь пожёстче, – снова играет бровями, – поменяем.

– Пока так попробую. А теперь пойдём, покажешь, как ты тут живёшь.

Ася показывает дом. И рассказывает планы на него. Оказывается, она решила сюда перебраться окончательно.

– Тётка в городе совсем крышечкой тронулась, – рассказывает. – Всё боится, что я её в дом престарелых сдам.

– Ого.

– Ага. Приятного мало слышать каждый раз эти причитания. Так что вот. Работа у меня удалённая. Поставлю тарелку с интернетом – буду тут как в шоколаде, – смеётся. – И хочу перекрыть крышу. Нашла за весенние дожди, где протекает. Ну и крышу утеплить. А заодно, может, и комнату там сделать, – стоим с ней в коридорчике. – Кухню немного приведу в порядок. Обновить хочу, есть даже план, покажу тебе. Так… что ещё рассказать.

– А где туалет и душ? – самое главное!

– Все удобства пока на улице. Вот, пристройка нужна, утеплённая. Там всё и будет.

– Да ну, блин, – усмехаюсь.

– Извини, – пожимает плечами. – Это временные трудности. Но мы их с тобой пройдём с достоинством.

– Даже боюсь представить, с каким. А что ты подразумевала под СПА? – спрашиваю с замиранием сердца.

– Там, – кивает на дверь, выходящую к задней части участка, – банька. Старенькая, но есть. Будут тебе маски, венички.

– Уже неплохо, – представляю.

– А ещё у нас тут недалеко озеро есть. Там хорошо, пляжик есть. Народ любит туда ходить купаться. Тоже с тобой сходим. Одной мне лень выбираться, – уточняет.

– А теперь насчёт того, что-то пожарить.

– Сосиски есть. И мангальчик старенький, но вполне себе рабочий. Пойдём.

Возвращаемся на кухню. Ася достаёт шампуры, пачку сосисок и хлеба. Всё нарезаем, нанизываем и выходим во двор.

Пока Ася разжигает мангал, я сижу на лавочке под яблонями и наблюдаю за ней.

Мы с Аськой в школе были не разлей вода. Она – высокая, статная, я – ей по плечо. Она тёмная, я светлая. Нас дразнили: штепсель и тарапунька.

Усмехаюсь, вспоминая то время.

– Чего лыбишься?

– Школу вспомнила.

– А-а-а, – понимающе. – Было дело.

Было. И это осталось в нашей памяти как приятное, тёплое воспоминание.

– Готово, тащи сюда еду, будем жарить.

И мы жарим, снова болтая обо всём и ни о чём сразу. И меня понемногу отпускает от мыслей о сорвавшемся отпуске. Может, и правда, всё не так плохо?

Откусываю кусочек от жареной сосиски и подрумянившегося хлеба.

Закатываю глаза от удовольствия. М-м-м, боже, как это вкусно!

Глава 3. Шикарное начало

Вилена

Ку-ка-ре-ку!

Ку-ка-ре-ку-у!

Ку-ка-ре-ку-у-у!

Я повернулась на один бок, потом на другой. А петух всё продолжал надрываться.

Накрываю голову подушкой. Но сна уже ни в одном глазу.

– Ну, прекрасно! – выдыхаю.

За окнами уже не темно, но просыпаться ещё рано. Сколько же времени?

Тянусь к телефону.

– Твою же мать. Кто сломал петуха? – зло шепчу себе под нос.

Половина пятого.

Вставать не хочется. Продолжаю валяться в постели. Чистое бельё пахнет божественно. Без всяких ароматизаторов, которые я люблю. Пахнет чистотой. Вот. И всё.

Перина подо мной такая, что я утопаю в мягкости, но при этом спина не устала. Лежу будто на облаке. Так кайфово.

А за окнами поют птицы.

И ещё тут свежо. Не душно, не жарко, а именно свежо. Но и не холодно, однако из-под одеяла выбираться не хочется. Почему-то я представляю себя маленькой Аськой, которая приехала к бабушке в деревню. Для полноты образа не хватает запаха жареных блинов или сырников.

Моя бабуля была городской до мозга костей. Никакой деревни, никаких огородов, ничего подобного. Такая, леди. Она любила прогуляться по парку, почитать любимый романчик на лавочке в сквере. Сходить с соседкой в театр или на какую-нибудь выставку малоизвестного художника. И пыталась привить мне любовь к прекрасному.

Это она дала мне имя. Упёрлась, по словам мамы, — либо так, либо не будет нянчиться. Так и назвали. А ещё она ругалась с мамой, когда та называла меня по-простому – Леной. Пока в один прекрасный день они не разругались окончательно.

Вздыхаю.

Всё, лежать больше не могу. Встаю с кровати, спускаю ноги на пол.

– Ау, – поджимаю пальчики.

Прохладно.

На цыпочках иду к своим вещам. Натягиваю спортивный костюм, который выделила мне Ася. Прохожу в дом, захожу на кухню. Грею чайник. Завариваю себе чай. Хватаю конфетку и пару сушек из вазочки и выхожу на крыльцо.

– Мамма миа, – делаю вдох.

Аж голова от свежести кружится. Или это от переизбытка кислорода. Все мы в городе привыкли к лёгкой гипоксии. А тут просто вау!

Спускаюсь со ступеней и иду в сторону сада. Сажусь на стул под яблоней, вытягиваю ноги, укутываюсь в плед и балдею. Да, это, конечно, не пальмы и не Индийский океан, но в этом определённо что-то есть. Что-то такое, что трогает самые чувствительные струны в груди, где-то очень глубоко.

В восемь из своей комнаты выходит Ася.

– А ты чего не спишь? – удивляется, заметив меня на диванчике в кухне.

– Петухи, они идиоты, – вздыхаю.

– А, – пожимает плечами. – Привыкнешь, – улыбается.

Мы завтракаем.

– Ну что, прокатимся в город?

И мы собираемся за покупками. Пока я одеваюсь, Ася составляет список нужного.

– Нужно будет ещё заехать в строительный. Хочу закупить материал. Надо начинать. Не забыть бы расчёты, – говорит себе под нос.

До районного города около часа езды.

– Будешь заглядывать к тётке? – спрашиваю её.

– О нет, спасибо, не хочу портить себе настроение, – усмехается.

Едем на продуктовый рынок. Скупаем много всего: начиная от мяса и полуфабрикатов, заканчивая сухофруктами и фруктами. Загружаем всё в багажник моей ласточки.

– Да уж, – смотрю на заполненность багажника. – Для деревни, да и для семьи в целом, нужна большая машина.

– А такая нужна для души, – успокаивает меня Ася.

Тоже верно подмечено.

Затем едем на строительный рынок. Ася заказывает доставку профнастила. Она долго ругается с мужиком, который пытается ей что-то ещё втюхать. Но, кажется, Ася знает, о чём говорит. Мне же остаётся только наблюдать за всем этим.

– Вот же баран упёртый. Я не дачница, не надо меня пытаться нае… тьфу, обмануть. Я всё посчитала, всё изучила. И ко всему, консультировалась с Семёном Михайловичем, – возмущается, когда мы идём к машине.

– Кто такой Семён Михайлович?

– Это наш фермер. Дедку почти семьдесят. А он в тренде, что называется, – усмехается. – Вот я у него и консультировалась, как и что лучше. Вот, – садимся в машину. – Доставка будет в пять, не раньше. Ещё надо будет найти, кто поможет разгрузить, – рассуждает. – Ладно, придумаю.

– Тогда, раз у нас есть пара часов, может, заедем в кафешку? Пообедаем?

– А давай, поехали. Сейчас скажу куда. Тебе понравится. В этом кафе тусуется молодёжь, – зачем-то уточняет.

Паркуемся у кафе с названием «Веранда».

– Как символично, – хмыкаю.

– Там действительно веранда, с другой стороны. И в такую погоду там просто шик.

А парковка и правда почти забита. Надо же.

Заходим внутрь.

Ася спрашивает у бармена, есть ли на веранде свободные места, и нас провожают. Из основного зала попадаем в другое. Здесь большие окна, у которых стоят столики и диванчики. На окнах уютные шторы. Кое-где рамы открыты. И ещё — тут в основном посетители. Мы занимаем столик у открытого окна.

Делаем заказ. И всё это время я слышу шум от дальнего столика. Там тусуется молодёжь.

– Шумные какие.

– А, – отмахивается. – Мажоры. Местная элита, – выглядывает из-за меня. – Ну, говорю, и наши есть, деревенские.

– Ясно-понятно.

Нам приносят заказ.

– Девушка, – торможу официантку, которая уже готова уйти.

– Что? – смотрит на меня.