Лига пепла. Страница 15

— Работа моего кузнеца.

Вивьен провела подушечками пальцев по гравировке — пылающий феникс, многоглавая тварь под ним. Те же линии, что прятали ее шрамы.

— Ваш кузнец — эльф?

Зендар подмигнул ей.

Дверь распахнулась, и в гостиную влетела Аннетта. В одной руке — бутылка, в другой — поднос с бокалом и миской, из которой на пол щедро летела мутноватая вода. Прижимая все это к себе, она пыхтела и явно очень торопилась.

— Миледи! Вы поранились? Давайте я…

Она застыла — увидела герцога. Глаза-пуговицы округлились, стараясь не выкатиться на пол.

— Все хорошо, Аннетта. — Вивьен шагнула к ней, загораживая обзор. — Можешь идти.

Служанка поставила бутылку, попятилась к выходу, но взгляд от герцога не отрывала. У самой двери она перевела глаза на госпожу — и быстро, заговорщицки подмигнула. Дверь закрылась неприлично громко.

— Что случилось? — голос герцога прозвучал тихо, но Вивьен вздрогнула.

— О чем вы?

— Ваша шея… — Он коснулся своей, повторяя рисунок синяков.

— Я… ударилась.

Она отвернулась, зарылась пальцами в волосы, натягивая их на шею.

— Вам когда-нибудь говорили, что вы отвратительно лжете? — Он спросил это без злости. — Вы не пришли в таверну. А теперь я вижу вас — заплаканную, в синяках. Что произошло?

Вивьен молча покосилась на себя в остатки зеркала на армуаре. Даже издалека выглядела она ужасно. Распухшие веки, бледная, как мел, кожа, спутанные локоны, из-под которых торчат уши.

«Боги, лучше бы я его вырубила этим кувшином».

— Мне не удалось раздобыть письма. Это все, что вам нужно знать.

— И между делом вам шею тайником защемило?

— Вы такой шутник, герцог. Ну, невероятный! — Она обиженно надула губы.

Подойдя к столу, она налила вина и протянула ему бокал. Сама смочила тряпицу в миске с травяным настоем и повернулась к нему.

— Я сам.

— Сидите смирно.

Она осторожно прижала ткань к его брови, промакивая кровь.

Аннетта снова влетела в комнату — поставила второй бокал, сгребла рваное платье и чулки и исчезла за дверью быстрее, чем Вивьен успела закатить глаза. Герцог уже все видел.

— Вы так и не ответили, — сказал он. — Что случилось?

Вивьен отложила тряпицу, отставила миску, налила себе вина и сделала глоток.

— Сами как думаете? — Еще глоток. — Граф… повел себя как любой мужчина — дай ему женщину и власть.

Она замолчала, сжав бокал так, что хрусталь взмолился, чтобы не треснуть.

Герцог подождал, потом осторожно спросил, словно пробуя лед на прочность:

— Граф вас…

— Не успел. — Вивьен сказала это быстро, почти выплюнула. — Видимо, вы помолились за меня Сериссе… потому что я…

Горло сдавило, глаза защипало. Резко отвернувшись, она сглотнула и крепко вцепилась в складки халата. Рука Зендара дернулась к ней на мгновение, но он передумал и опустил ее.

— И знаете, чего я совсем не понимаю? — Вивьен отставила бокал. — Моя магия не сработала! Дважды! Сначала я попыталась очаровать его, чтобы он расслабился, а потом… остановился. И ничего!

Герцог поперхнулся вином и закашлялся.

— Вы использовали магию?! С ума сошли?

— Ой, только не стройте из себя святого. — Вивьен закатила глаза. — Нашлись поборники законов. Я всю жизнь так делаю — и ни разу не попалась. Только раньше всегда работало. А тут — провал!

— А вы не думали, что его дом мог быть защищен? — Зендар вытер губы рукавом. — Там могли быть руны. Может, они где-то спрятаны?

— Нет там рун! Я бы их почувствовала! На площади, где они есть, нити магии как из камня, я не могу до них дотянуться. А тут — я могла. Но они… не вплетались.

— Вы правы — даже у меня их нет. Откуда бы он взял кровь дракона? Да еще и черного… — Зендар задумался. — Что вы почувствовали?

— Словно… — Вивьен замерла. — Постойте. — Она уставилась на него. — В доме д’Эстель рун не было. И я очаровала Киттенса. А вас — нет.

Зендар рассмеялся.

— Не принимайте близко к сердцу. — Он все еще улыбался. — Вы очаровательны. Просто, может, не в моем вкусе?

— Не смешно! — Вивьен швырнула в него подушкой. Он перехватил ее на лету, продолжая смеяться.

— Не удержался, простите. И как же вы собирались меня очаровать?

Она смотрела на него и размышляла. Его должно было что-то защищать. Так не бывает. Эльфов боялись не просто так. Кто развивал дар, мог управлять людьми — через эмоции. Влюблять, внушать доверие, притуплять бдительность.

Вплетать магию в спокойное, расслабленное сознание было легко. А вот если человек охвачен страхом или яростью — уже сложнее. Впрочем, и это у Вивьен получалось довольно неплохо. Но Зендар на балу был совершенно спокоен, да и Эсбольда обуяла разве что похоть.

— Сначала вы, — потребовала она. — Дело в вашем кольце, да? У Эсбольда было похожее!

Зендар небрежно взглянул на перстень, снял его и протянул ей. Изумруд был темным, как его глаза. Ковка выглядела древней — он видел свет не одно столетие.

— Семейная реликвия. Их выковали для герцогов-хранителей земель. Никакой магии, уверяю вас.

Вивьен вгляделась в завитки внутри.

— Что здесь?

— «Через огонь — к свету». Наш девиз — на языке пустынь.

Она вернула перстень обратно — Зендар надел.

— Тогда что? Что вас защитило?

Зендар посмотрел на нее так, словно она только что спросила, с какого конца держать вилку.

— Я правда не знаю, что вам сказать. Когда я поймал вас, я почувствовал… смущение, неловкость. Но я просто… решил чувствовать иначе. Кто я такой, чтобы таять перед женщиной?

Вивьен моргнула. Звучало правдоподобно. Она очаровывала пьяниц в Нижнем городе, выменивала побрякушки у купцов в Среднем, водила за нос знатных дурачков. Наверное, они просто не умели защищаться. Но кто он такой, чтобы просто решить иначе?

— Вы думаете, Эсбольд… тоже просто решил не поддаться?

— Может быть, — пожал плечами Зендар. — Он опасен — вполне возможно.

— Опасен… — Вивьен задумалась. — Вы знали, насколько он опасен, когда отправляли меня? Знали, что он делает с женщинами? Что он… монстр?

Зендар посмотрел ей в глаза — она ждала, что он начнет оправдываться, извиняться, объяснять.

— Знал, — сказал он просто.

Знал. Ну, конечно! Он даже что-то говорил про это — она сама не послушала. Знал — и все равно отправил. За деньги. Ну и что? Мог бы не отделываться парой фраз. Рассказал бы толком — глядишь, она бы призадумалась. Она чувствовала злость на себя, но выплеснула ее на Зендара.

— Не могу поверить! Просто не могу поверить! — Крик больше походил на взволнованный писк. — И вы молчали?!

Она выхватила бокал, который он только поднес к губам.

— Сидите тут, вино потягиваете! Если бы вы мне сказали… А так… А он…

Она дернула герцога с дивана и принялась толкать к двери, осыпая такими словами, что вино в бокалах становилось краснее.

— Миледи… Вивьен… — пытался высвободиться Зендар. — Откуда мне было знать, что он предпримет?

— Я просила вас! Просила мне все рассказать!

— Я даже предупредил вас! Сказал, что вы…

— Убирайтесь! Видеть вас больше не желаю.

Она вытолкнула его во двор. А спустя пару минут из окна вылетел его плащ, все еще разящий вином.

***

Дряблая плоть Эсбольда откликнулась на низменный порыв. Губы, влажные от вина, расползлись в ухмылке, расцветающей словно роза на бесцветном лице, обнажая ряд кривых зубов с черными, гниющими дырами. Потная ладонь разорвала чулок, оголяя бледную кожу. Его тело вдавило ее в кровать, и в нее вошло что-то склизкое, чужеродное — как дохлая рыба.

Она зажмурилась, а когда открыла глаза — увидела не его.

Огонь плясал на досках, лизал стены, трещал, выл, пожирая все вокруг. Искры. Крик. Запах гари. Пламя перекинулось на портьеры. Она извивалась, пытаясь вырваться, но руки Эсбольда, как капкан, удерживали ее.

С беззвучным криком Вивьен проснулась. Стук в ребрах не давал дышать. В ноздрях — призрак того самого запаха. Она скрестила руки вокруг тощих коленок и приговаривала, растирая рисунок феникса на руке: