Преданная. Любовь и долг (СИ). Страница 6

Потом Анвар снял с себя пиджак и бросил на пол. Телефон выпал из кармана, упал на ковёр, а он даже не заметил. Или ему было всё равно.

Мы переместились в спальню.

Там мы сошли с ума оба. Долгий перерыв сделал нас голодными. Я не стеснялась и кричала так, что, наверное, слышали соседи. Стонала, шептала, что он только мой, что без него я умру.

Он был диким и нежным одновременно.

Когда всё закончилось, я лежала на его груди, гладила его потную кожу, слушала, как бьётся его сердце. Его запах стал для меня настолько родным, что хотелось плакать.

— Ты останешься? — спросила я еле слышно, боясь услышать ответ.

Анвар погладил меня по голове, зарылся пальцами в волосы.

— Нет. Мы завтра с женой и дочкой улетаем.

Закрыв глаза, я прикусила губу, чтобы не закричать. Не сейчас, не при нём.

— Сколько тебя не будет?

— Неделю. Может, дольше.

Я перевернулась на живот, не стесняясь своей наготы. Пусть видит. Пусть смотрит. Пусть запоминает, кого оставляет.

— Я понимаю, — прошептала я, стараясь звучать мягко и мудро. — Сделай так, как будет правильно для тебя. Я не хочу быть ещё одной проблемой. У тебя их и так достаточно.

Я провела пальцами по его щеке. Анвар перехватил мою руку и поцеловал кончики пальцев.

— С тобой мне легко, — прохрипел он. — С тобой мне очень хорошо.

Я легла на него, положила голову на грудь, посмотрела в глаза.

— Запомни тогда этот момент. И вспоминай, когда соскучишься по мне, любимый.

По взгляду я видела, что он хотел сказать, что тоже любит, но не решался. Или не хотел, чтобы я строила напрасных иллюзий.

Вместо этого Анвар поцеловал меня глубоко и жадно. Сжал мои волосы в кулак, и я уже настроилась на третий заход, чувствуя, как его дыхание сбивается, как его руки спускаются по моей спине ниже…

Но внезапно в квартире раздался звонок в дверь.

Мы оторвались друг от друга.

— Кто это? — спросил он хмуро.

— Я не знаю, — ответила я. — Кроме тебя, ко мне никто не приходит. Только доставка.

Звонок повторился, на этот раз настойчиво. Анвар напрягся.

— Не открывай.

— Я просто посмотрю.

— Я сказал, не открывай.

Звонок в третий раз. Длинный, требовательный.

— Это, наверное, соседка. Вчера жаловалась, что я её заливаю.

— Это элитный ЖК, как ты можешь кого-то заливать?

— Не знаю, но вчера она была недовольна.

Я сползла с него, накинула халат и побежала в прихожую. И чёрт меня дёрнул открыть, не посмотрев в глазок.

Глава 6

Глава 6

Жанель

— Мамочка, а как думаешь, мне это платье или вот это? — Аиша прибегает в нашу спальню с двумя нарядами и по очереди протягивает их. Она увлечена завтрашней поездкой, тем более если можно прогулять школу.

— Возьми второе, мне больше всех нравится, — отвечаю ей с улыбкой и кладу в чемодан туфли.

— Классно! Спасибо, мам, — звонко смеясь, она убегает к себе и снова врубает музыку.

На семейном совете мы решили, что поедем на Мальдивы и переждём бурю там. Я согласилась, но по-прежнему жду подвоха, по-прежнему жду, что Анвар себя как-то проявит и поедет к своей содержанке, чтобы застать их врасплох.

Несколько дней подряд он играл роль идеального мужа, будто ничего не произошло. Ложась со мной в одну постель, обнимал сзади, целовал в шею, искал близости, пытаясь доказать, что всё ложь, а он говорит правду. Но я не могла и не хотела спать с ним, обрывала его, говорила, что устала и не сейчас. Он обижался, что я всё ещё не доверяю ему, и отворачивался. А как я могу доверять? Как я могу в здравом уме впустить в себя то, что побывало в шлюхах, которых имели другие мужчины?

Когда я вхожу в гардеробную, чтобы собрать и его вещи тоже, слышу, как звонит оставленный в спальне телефон. Бегу обратно и успеваю принять вызов.

— Да, Анвар? — если он играет, то и я тоже постараюсь.

— Жанель, как идут сборы? — говорит как ни в чём не бывало.

— Прекрасно, всё почти готово, — надавливаю пальцами на ребро смартфона. — Ты когда будешь?

— Точно не знаю, перед вылетом очень много всего вылезло.

— Да, конечно, я всё понимаю…

Фраза с двойным дном, потому что я понимаю по его звонку, словам и интонации, что он уже не выдерживает и сегодня сорвётся к ней.

— Работай, не думай о нас, — улыбнувшись, шепчу ему.

— Я всегда о вас думаю, — представляю, как он сейчас хмурит брови.

— Конечно… — мягко проговариваю, — я знаю.

Поговорив с ним, я чувствую, как внутри всё зашевелилось. Как будто змея, которая спала в груди все эти дни, открыла глаза и теперь медленно, лениво расправляет кольца. Я нутром чую, что он едет к ней, потому что не выдержал.

Я заканчиваю сборы, закрываю чемодан, поправляю волосы перед зеркалом. Смотрю на своё отражение — и в глазах нет ни слёз, ни страха. Только холодная, расчётливая злость.

— Аиша, солнышко, — захожу в её комнату. Она сидит на кровати, переписывается с подругой. Музыка гремит так, что стены дрожат. Чемодан по-прежнему открыт в центре комнаты.

Дочка убавляет звук и поднимает на меня счастливые, беззаботные глаза.

— Мне нужно уехать ненадолго. В салоне возникли дела.

— Какие? — она хмурится. — Мы же улетаем завтра.

— Именно поэтому — чтобы маму потом не тревожили по пустякам. Оставляю тебя на тётю Айнуру. Она внизу, на кухне.

— Да ок, мам, — она снова отвлекается на телефон, а я спускаюсь вниз и предупреждаю обо всём нашу домработницу.

Кажется, я уезжаю одним человеком, а вернусь совсем другим.

Еду по заснеженным улицам по навигатору. Несмотря на то что в машине хорошо работает печка, меня страшно знобит от страха и необратимости, ведь то, что, возможно, случится, разрушит до основания всё нами построенное.

Подъезжаю к элитному комплексу, где квартиры стоят как маленький остров в океане. Я его знаю, потому что здесь живёт клиентка, которая недавно оформила у нас очень дорогой заказ на свадьбу дочери. Мы разговорились, и она сказала, что купила апартаменты для неё в этом ЖК. Всё дорого-богато, как и любят наши богачи. Охрана, ворота, шлагбаум, камеры.

И тут я вижу одну из машин своего мужа — Cadillac Escalade. Автомобиль подъезжает к шлагбауму, охранник кивает ему и открывает, после чего он медленно заезжает на территорию.

Снова мутит и тянет затылок. Открыв окно, вдыхаю морозный воздух, пытаюсь унять спазм в горле. Голова кружится. Я закрываю глаза, считаю до десяти.

Жду десять минут, возможно, чуть дольше. Я не смотрю на часы, я смотрю на ворота, а затем нажимаю на газ и подъезжаю.

Охранник выходит из будки и смотрит на меня настороженно, потому что никогда не видел.

— Вы к кому? — спрашивает он.

Я смотрю на него и улыбаюсь уверенно, спокойно, даже снисходительно.

— Я к подруге, — говорю ровно, — к Лейле Мусиной.

Он мнётся, смотрит на мою машину — чёрную «Тойоту» последней модели, а затем поднимает глаза на меня.

А я не похожа на женщину, которую можно развернуть.

— Подождите секунду, — он отходит, говорит что-то по рации.

Я не нервничаю и просто жду. Кажется, клиентка говорила, что у них идёт ремонт.

Через минуту он возвращается.

— Проезжайте, — кивает, возвращается на пост и поднимает шлагбаум.

Заехав на территорию, паркуюсь в первом же кармашке и глушу двигатель.

Декабрьский мороз обжигает лицо, как только я выхожу из машины. Воздух такой холодный, что щиплет ноздри. Я иду по дорожке. Каблуки чётко и ритмично цокают по плитке.

Всё проходит в тумане, пока я добираюсь на лифте до четвёртого этажа из пяти. В висках бьёт кровь, в ушах звенит. Самое сложное сейчас — сохранять самообладание.

Попадаю на площадку, где только две квартиры, и подхожу к нужной. Звоню в дверь, но за стеной тишина. Звоню ещё раз, но никто не открывает.

Я начинаю нервничать, сжимаю и разжимаю пальцы. И, наконец, слышу, как внутри щёлкает замок, и дверь открывается.