Игроки с Титана. Страница 2

Холодный ночной воздух Кармела, прибрежного калифорнийского городка, оживил ее. Фрейя сделала глубокий вдох: вокруг было свежо и полно новых ароматов. Она взглянула на звезды.

Подойдя к машине, Фрейя сказала:

– Открой дверь, я хочу сесть.

– Да, миссис Гарден.

Дверца машины распахнулась.

– Я больше не миссис Гарден, теперь я миссис Гайнс. – Она села за руль. – Постарайся держать прямо.

– Да, миссис Гайнс.

Как только она вставила ключ в замок зажигания, мотор завелся.

Пит Гарден уже ушел? Она оглядела мрачную улицу и не увидела его машины.

Ей стало грустно. Было бы здорово в столь позднюю ночь посидеть здесь под звездами и немного поболтать. Будь они до сих пор женаты, они бы так и сделали… «Черт бы побрал эту Игру, – подумала она, – и ее бесконечную рулетку. Чистая удача или полное невезение – похоже, это все, что у нас осталось. Наша судьба уже расписана, словно грани игрального кубика».

Она поднесла наручные часы к уху и услышала тоненький голосок: «Два пятнадцать утра, миссис Гарден».

– Миссис Гайнс, – сквозь зубы сказала Фрейя.

– Два пятнадцать утра, миссис Гайнс.

«Сколько людей на Земле, – подумала она, – осталось в живых? Один миллион? Два? Сколько команд сейчас играет? Наверняка не больше нескольких сотен тысяч. И каждый раз, когда происходит несчастный случай со смертельным исходом, население безвозвратно сокращается еще на одного человека».

Инстинктивно она сунула руку в бардачок и нащупала аккуратно сложенную пачку жевательной резинки. Она вытащила затвердевшую от времени жвачку с изображением кролика, развернула и откусила.

Под светом лампочек, вмонтированных в купол машины, Фрейя рассматривала упаковку. В те старые добрые времена, когда она еще не родилась, при соприкосновении с зубами изображение кролика должно было исчезнуть, что говорило бы о беременности.

Сегодня же технологии изменились: наступление беременности фиксировалось изменением цвета жвачки с белого на зеленый. Жвачка, которую зажала в зубах Фрейя, осталась белой. Она не беременна. Скомкав обертку, Фрейя бросила ее в мусоропровод машины, где та мгновенно сгорела. «Проклятье, – с горечью подумала она, – хотя чего я ждала?»

Аэромобиль оторвался от земли и направился к ее дому в Лос-Анджелесе.

«Слишком рано говорить, что у нас с Клемом все получится», – рассудила Фрейя.

Подобные мысли подбодрили ее. Еще неделя или две, и, возможно, случится то, о чем она мечтает.

Бедняга Пит, подумала она, даже тройки у него не было, из-за чего в Игру он так и не вернулся. Стоит ли заскочить к нему? Но Пит выглядел таким взвинченным и таким неуправляемым. Вечерняя Игра далась ему тяжело.

«Однако не существует закона или правила, которые запрещали бы нам встречаться вне Игры. И все же – какой в этом смысл? Нам не повезло, Питу и мне. Несмотря на наши чувства друг к другу».

Внезапно в ее машине включилось радио. Фрейя услышала позывные команды из Онтарио, вещающей на всех частотах.

– Это Пэр Ховел, – торжественно объявил мужчина. – Сегодня в десять вечера нам повезло! Член нашей команды, миссис Палмер, не имея и малейшей надежды, надкусила жвачку и…

Фрейя выключила радио.

Вернувшись домой, в свою пустую темную квартиру в Сан-Рафаэле, где он раньше жил, Пит сразу же направился к аптечке, чтобы посмотреть, какие таблетки там есть. Он знал: без них заснуть не получится.

Это была старая история. Снотворное? Чтобы был хоть какой-то эффект, ему нужно три капсулы снузекса дозировкой в двадцать пять миллиграммов. Он принимал их слишком много и слишком долго. Надо что-нибудь посильнее, подумал он. Фенобарбитал всегда под рукой, но он вызывает сонливость на следующий день. Скополамин? То, что нужно.

Или можно попробовать что-то покрепче. Эмфитал. Три таблетки, и я уже никогда не проснусь…

«Никто бы меня не трогал и не лез ко мне, стоя с таблетками в руках», – размышлял Пит.

Внутри аптечки загорелся дисплей: «Мистер Гарден, ваше состояние нестабильно, я вызываю доктора Мэйси из Солт-Лейк-Сити».

– Со мной все в порядке, – сказал Пит. Он быстро ссыпал капсулы с эмфиталом обратно во флакон. – Видишь? – Он сделал паузу. – Это просто минутная слабость.

Пит стоял в ванной и умоляющим тоном говорил с Рашмором в собственной аптечке. Жуткое зрелище.

– По рукам? – с надеждой спросил он.

Щелчок. Дисплей погас. Пит вздохнул с облегчением.

В дверь позвонили. Кто на этот раз? Интересно, рассуждал Пит, проходя по слегка пахнущей плесенью квартире, что он мог бы принять, чтобы не активировать сигнальный алгоритм Рашмора? Пит открыл дверь.

На пороге стояла его теперь уже бывшая жена Фрейя.

– Привет, – спокойно сказала она.

Проскользнув мимо него, Фрейя вошла в квартиру так легко, словно для нее было совершенно естественно искать встречи с ним, став женой Клема Гайнса.

– Что у тебя в руке? – спросила она.

– Семь таблеток снузекса, – признался он.

– Мне удалось достать кое-что получше. – Фрейя порылась в своей кожаной сумочке, похожей на сумку почтальона. – Новейшая разработка, произведены в Нью-Джерси фармацевтической компанией «Аутофаг».

Она протянула Питу большую синюю спансулу.

– Ниприуспелл, – сказала она и рассмеялась.

– Забавно, – безрадостно отозвался Пит, – хорошая шутка. Не пре-ус-пел. Ты для этого пришла?

Будучи его женой, его партнером по Блефу более трех месяцев, Фрейя, конечно, знала о его хронической бессоннице.

– У меня похмелье, – сказал Пит, – и сегодня вечером я проиграл Беркли Уолту Ремингтону. Ты знаешь об этом. Так что сейчас мне не до шуток.

– Тогда сделай мне кофе, – сказала Фрейя.

Она сняла подбитую мехом куртку и повесила ее на стул.

– Или позволь мне помочь тебе, – с сочувствием добавила она. – Ты и впрямь плохо выглядишь.

– Беркли. Зачем я вообще поставил документ о праве собственности? Я даже не помню. Это – мой конец. О чем я только думал? Сам виноват. – Он помолчал, а потом добавил: – Сегодня вечером по дороге сюда я выкупил все фишки в Онтарио.

– Я слышала, – кивнув, ответила Фрейя.

– Они объявили о беременности. Что думаешь по этому поводу?

– Я не знаю, – мрачно сказала Фрейя. – Я рада за них. Но… – Скрестив руки на груди, она прошлась по квартире.

– Меня это гнетет, – сказал Пит.

Он поставил чайник с водой на плиту.

– Спасибо, – пропищал Рашмор.

Фрейя продолжила:

– У нас с тобой могли бы быть отношения вне Блефа. Это возможно.

– Это было бы нечестно по отношению к Клему.

Пит считал Клема своим другом, что было сильнее его чувств к Фрейе, по крайней мере, пока.

А еще ему было любопытно узнать о своей будущей жене. Рано или поздно тройка окажется у него в руках.

Глава 2

На следующее утро Пита Гардена разбудил звук столь удивительный и, казалось бы, невозможный, что он вскочил с кровати и замер, прислушиваясь. За окном шумели дети. Мальчик и девочка.

«Видимо, с тех пор как я был здесь в последний раз, тут родились малыши», – подумал Пит. Дети, чьи родители не имели собственной земли и не относились к классу Б. У них не было собственности, позволившей бы им играть. Питер с трудом мог поверить в это. Он задумался о том, что ему стоит подарить родителям этих ребят небольшой городок. Сан-Ансельмо, или Росс, или даже оба. Они заслужили возможность сыграть.

Но, возможно, они не хотят.

– Ты первый начал, – сердито заявляла девочка.

– Нет, ты, – с ноткой обиды вторил ей голос мальчишки. – Отдай!

Пит закурил сигарету, оглянулся в поисках своей одежды и начал одеваться.

В углу комнаты, прислоненная к стене, стояла винтовка модели МВ-3.

Заметив ее, Питер остановился, вспоминая, зачем она здесь. Когда-то наперевес с МВ-3 он был готов к войне против Китая. Но шанса воспользоваться своим оружием ему не представилось: китайцы так и не появились, по крайней мере лично. Однако вместо них прибыли их представители – ядерные боеголовки «Хинкель», и ни одна винтовка МВ-3, выделенная в пользование гражданской армии Калифорнии, не смогла с ними бороться. Ответный удар Штатов и радиация, излучаемая со спутника Восп-Си, сделали свое дело: Америка проиграла. Но Китай ничего не выиграл. В ядерной войне победителей не бывает. Исходящая от китайских боеголовок радиация, распространившись по всему миру, позаботилась и об этом.