Падший ангел для генерала (СИ). Страница 20

— Пока ты не вспомнишь всё об ореоле и прочем, ты должна быть жива! Мне как воздух нужны эти сведения. А ты, дерзкая гусыня, бегаешь под ядрами!

— Ах вот оно что, орёл важнее всего, — кисло ответила я, уже вытерев лицо полотенцем и оборачиваясь к нему. — Но я не бегала, а осторожненько заряжала и подавала аркебузы вашим гвардейцам, герцог. Ничего опасного.

— Не ври! Дон Карлос мне рассказал, что ты шмыгала по крепостной стене между воинами как дерзкая мышь и не послушала его, когда он велел тебе уйти в укрытие.

— Ясно, — выдохнула я.

Вот кто всё доложил. Этот добряк и пузач дон Карло.

— Что тебе ясно, Ирене⁈ — прохрипел в исступлении герцог, сжав кулак. — Если ты ещё раз ослушаешься моего приказа, я посажу тебя под замок. Или лучше на цепь посадить, как собаку, чтобы не шлялась где попало!

Ну, начал опять грозить. Но отчего-то я знала, что на цепь он точно меня не посадит. Я уже немного узнала де Ортега, и он не отличался жестокостью.

Я прищурилась и недовольно окинула Альваро взглядом. Он был всё в той же кольчуге и доспехе, что и ночью, когда я наткнулась на него в коридоре. Только без шлема. Лицо в копоти, рукав короткого камзола порван и окровавлен, волосы яростно взлохмачены. Похоже, он даже не ложился сегодня. Видимо, после боя ему сообщили о моём проступке, и он сразу прибежал меня ругать.

Мне отчего-то стало жаль его.

— Вы ранены, ваше сиятельство? — спросила тихо я, подходя к нему и пытаясь прикоснуться к его окровавленному рукаву.

— Нет. Так, царапина от пролетевшей мимо стрелы. Ты не ответила на мой вопрос.

— Какой?

— Ты больше не будешь своевольничать, или мне запереть тебя?

— Как же тогда я буду драить полы и мыть окна в этом замке?

После моих слов герцог глухо выдохнул, и я увидела, что он даже немного остыл в своем недовольстве.

— Не будешь ты это делать, — заявил он вдруг, чем весьма удивил меня. — Твое дело — вспоминать и слушаться меня.

Он подошел ко мне ближе и уже тише сказал:

— Ты, похоже, намеренно меня провоцируешь, Ирене? Тебе нравится меня бесить так?

— И вовсе нет, — замотала я головой.

Альваро как-то криво усмехнулся и протянул руку, провел пальцами по моей щеке.

— Тут грязь, ты плохо умылась, Ирене.

В его голосе уже послышалась ласка, а он оказался совсем близко. Взор его тоже стал другим, горящим и поглощающим. И я поняла, что он намерен поцеловать меня. Его близость была слишком давящей и агрессивной, а еще как-то завораживающе-зовущей.

Когда его рука потянулась к моей талии, я так испугалась, что тут же выпалила:

— Я кое-что вспомнила. Насчет той ночи.

Альваро тут же замер, опустил руку и заинтересованно спросил:

— Что же?

Я быстро отступила от мужчины на шаг, так было спокойнее.

— Та старуха, раскрашенная и противная, она обучала нас почти три часа, как себя вести. И говорила, какие верно разжигать благовония и сделать так, чтобы вы быстрее отключились.

— Отключился? — не понял Альваро, слово из моего мира явно было ему не знакомо.

— Заснул крепко, — объяснила я. — А ещё я видела мельком, как она говорила с каким-то мужчиной.

— Так? Его лицо? Ты знаешь его? Кто он?

— Не знаю. Точнее, я не разглядела его. Он стоял спиной ко мне, и я видела только его ногу в сапоге и шляпу.

— Дальше? О чём этот мужчина и старуха говорили?

— Он говорил старухе, что надо сделать всё так, чтобы никто не догадался, кто им платит.

— Это и так было понятно, что своих хозяев они не назовут. Что ещё?

— Больше ничего не слышала. Пока это всё.

— Плохо. Ничего нового и никаких зацепок, кто эта старуха. Я тоже так и не вспомнил её, хотя лицо её где-то видел.

Он задумчиво потёр подбородок.

— Но я слышала, как он обращался к той старухе.

— Как?

— Очень странно. Что-то типа: «Госпожа Сусинна».

Глаза Альваро загорелись. Он схватил меня за плечи и выпалил:

— Может, «Асусена»?

— Да. Точно. Тот мужчина тихо сказал: «Госпожа Асусена»! Вы знаете, кто это? — спросила я заинтересованно, видя, что герцог точно все понял.

Глава 29

— Ты права, Ирене. В твоем видении была именно она! Ее лицо!

— Кто она?

— Третья лекарка императора, госпожа Асусена Крус, — Альваро нахмурился и уже недоуменно добавил: — Но к чему ей пакостить мне? Я видел ее всего пару раз в жизни и то мельком. А погоди, ты же сказала, что их кто-то нанял.

— Да, старуха так и сказала тому мужчине.

— Еще вспоминай, о мужчине и что они говорили! — настаивал герцог.

— Больше ничего не помню. Только этот момент вспомнила, когда вчера проснулась поутру.

— Вчера? Ты что, два дня молчала об этом? Я же сказал, говорить мне немедленно, едва что вспомнишь, Ирене!

— Простите, — удрученно ответила я. — Я опять не помогла ничего вам понять. Но я правда стараюсь, дон Ортега.

В этот момент на пороге комнатушки появился один из солдат.

— Ваше сиятельство, дон Карлос говорит, что баски не ушли, а встали на осаду под стенами крепости!

— Проклятье! — процедил Альваро в сторону гвардейца. И снова обратился ко мне. — А ты больше не выходи из дома, если снова начнется бой, ты поняла?

— Да.

Мужчины быстро покинули мою комнатушку, а я вздохнула и пошла вниз на кухню, очень хотелось есть.

Утро выдалось мрачное и серое, чуть накрапывал дождик.

Я, едва отдохнувшая за краткие часы сна, хмурая и зевающая спросонья, тащила по двору крепости большую корзину с углем. Встала я сегодня на рассвете, как и все предыдущие дни. Теперь у меня были обязанности: помогать на кухне, и кухарка Рамона эксплуатировала меня вовсю. Три раза в день я таскала из хозяйственного амбара в кухню замка уголь для печей. Мыла полы и горы деревянной посуды, а также чистила рыбу и овощи. В общем, выполняла всю грязную работу на кухне.

Зябко кутаясь в теплый платок, я шла мимо групп вооружавшихся воинов, которые проверяли подпругу у лошадей, застегивали свое обмундирование.

Вторую неделю наша крепость была в осаде. Баски, которые напали на крепость в первую ночь, едва прибыл сюда герцог, не ушли от стен, а развернули военный городок, шатры и встали на осаду. В тот день нас спасло то, что вечером в крепость прибыла большая часть военного гарнизона из Рогона. Именно эти гвардейцы теперь обороняли замок Горонсо.

Каждую ночь баски предпринимали новые и новые попытки взять крепость, но у них ничего не выходило. Раненых гвардейцев и офицеров прибавлялось с каждым днем, и почти все умеющие врачевать и перевязывать слуги служили теперь в полевом госпитале, который был развернут в старой теплой конюшне.

На удивление, эта ночь прошла спокойно. Впервые за две недели, что замок находился в осаде, ночью не было нападения. А вчера вечером через потайной ход в крепость вернулся лазутчик дона Карлоса. Он доложил, что гонцы, посланные днём в день приезда герцога в разные уголки Далусского графства, добрались целыми. И сейчас к нам на помощь шло сборное войско ополченцев из пятисот человек, именно это и заявил пробравшийся в замок лазутчик.

Оттого сегодня герцог Ортега с доном Карлосом решили дать бой баскам с двух сторон: из крепости и с задних позиций с полей, откуда наступали войска ополченцев.

— Ирене, постой! — окликнул меня знакомый голос.

Я обернулась.

Передо мной стоял Альваро с непокрытой головой и в военном обмундировании. Вид его был усталый и какой-то неопрятный. Грязная рубашка выглядывала из-под пыльного мундира, а сверху — лёгкая кольчуга. Тёмные волосы взъерошены, на лице недельная щетина, взгляд шальной и мрачный.

Все эти две недели я почти не видела Альваро и не говорила с ним. Он или был на стенах крепости вместе с гвардейцами с вечера до утра, а днём немного отдыхал в казарме и шёл проверять, как укрепляются и восстанавливаются ворота и стены замка. Ведь каждую ночь пушки басков и их стрелы наносили урон каменным стенам.