Падший ангел для генерала (СИ). Страница 13

Я же, стараясь не стонать от боли, которая яростно врывалась в мое тело, пыталась подстроиться под его неумолимый ритм.

Все продолжалось недолго, но мое сознание то и дело попадало в какое-то забытье, как будто проваливалось в дурманящий сон. Но я всеми силами старалась удерживать себя в сознательном состоянии.

Его хриплый стон раздался над моим виском и мужчина замер. Тут же перевернулся на спину, увлекая меня за собой.

— Красавица… — выдохнул он тихо и расслабился, прикрыл глаза.

Притихнув на его груди, я ждала, когда он уснет.

Именно для этого я все это время развлекала его, хотя дурманящий аромат благовоний должен был подействовать через пятнадцать минут. Но, видимо, организм мужчины был слишком крепким и сильным, поэтому воздействие на него так замедлилось.

Едва ползущие минуты отбивали гулкими ударами у меня в висках, и я чувствовала, что вот-вот настанет нужный момент. Последний пункт в моей инструкции. Исполню, и я свободна. Но он был самым сложным.

Наконец я ощутила, как под щекой ровно забилось сердце мужчины. Он спокойно задышал.

Я осторожно приподнялась над ним, глядя в его безмятежное, неподвижное лицо. Неглубокий красный шрам на его виске, похожий на букву «V», совсем не портил его красивого мужественного лица.

Заерзав сильнее в его объятьях, я осторожно убрала его тяжелую руку со своей талии. Он даже не пошевелился. На миг я замерла, у меня перед глазами снова поплыли белые круги. Я мотнула головой, пытаясь прийти в себя, и снова начала разумно мыслить.

Мой взгляд упал на шею мужчины, мощную, загорелую. На ней красовался плоский серебряный обруч, тонкой чеканной отделки, с несколькими самоцветами по краям.

Именно эта вещь мне и была нужна.

Я судорожно сглотнула.

Знала, как снять этот обруч, но понимала, как это опасно. Если этот угрожающего вида бугай вдруг очнется сейчас и поймает меня, то тогда мне точно не выбраться отсюда живой. О том нас предупреждала накрашенная толстуха. Но при удачном завершении дела, она гарантировала мою безопасность.

Судорожно сглотнув, я протянула руку к шее мужчины.

Глава 18

Сон оборвался. Я быстро открыла глаза и едва не вскрикнула. Почему-то я находилась в объятиях Альваро. Он сидел рядом и напряженно всматривался в мое лицо

— Тебе плохо? — выдохнул он надо мной. — Ты стонала.

Да? Блин, еще бы я не стонала! Тут же перед моим взором опять пронеслись чувственные картины ночи с ним, и я снова все вспомнила во всех красках,

Мои щеки запылали от стыда и выпалила:

— Нормально все! Просто меня накрыли воспоминания.

Я попыталась высвободиться из его объятий, но Ортега не позволил этого, а сильнее сжал мои предплечья сильными ладонями, оставшись рядом и властно заявил:

— Ты что-то вспомнила? Говори что?

— Пустите, мне больно.

— Не отпущу, пока не расскажешь.

Что я должна была ему рассказать? Обо всем, чем мы занималась в постели? Или что? Я начала сбивчиво объяснять:

— Я только помню, как сняла ореол с вашей шеи.

— Так, дальше.

— Там была тётка, она и приказала мне это сделать. Научила как, а до того велела одурманить вас специальными благовониями.

— Тётка? Опиши её. Всё, что помнишь.

Он склонился надо мной и прямо впился взглядом в мои глаза, явно пытаясь понять больше того, что я рассказывала.

Неожиданно в моих ушах зашумело и какая-то сила парализовала меня. Мир вокруг замер. Я же так и продолжала смотреть на Альваро, чувствуя, как «тону» в его больших глазах чайного цвета.

На несколько мгновений, я потеряла всякие ориентиры и чувство реальности. С ног до головы меня пронзал некий огненный сполох. Я ощущала, как из меня выходит некая энергия и передаётся мужчине. Прямо через глаза. Это длилось всего пару секунд. И вдруг всё кончилось.

Альваро как-то поражённо смотрел на меня. Вдруг он мотнул головой и отпустил меня. Быстро пересел напротив.

— Я видел всё сам, — произнес он глухо.

— Видел?

— Да. Ты передала мне все образы через энергию, — тихо объяснил он.

— Это как?

— Энергией импульсов через глаза. Такое иногда бывает, когда люди находятся на одной волне. Я всё прекрасно видел… то, что ты вспомнила…

Я наконец поняла, о чём он говорит. Похоже, все мои воспоминания, что осенили меня ранее во сне, открылись и ему.

Такое бывает в их мире? А может это магия? Она же у них есть, только в небольших количествах, так он мне говорил сегодня поутру за завтраком.

— А вы совсем не запомнили, что было той ночью?

— Нет. Почему-то эти воспоминания исчезли из моей памяти, как будто их стерли. Хотя я тоже участвовал во всём этом, — он на миг задумался. — Я видел эту старуху где-то раньше… но где? — он снова поднял на меня глаза и властно спросил: — Как звали ту старуху? Ты помнишь?

— Она представлялась «мадам».

— Да… я видел это в твоих воспоминаниях, но может, что-то ещё о ней помнишь?

— Нет, — неуверенно пролепетала я.

— Плохо, — произнёс он и снова внимательно посмотрел на меня. — И ты обманула меня в ту ночь. Да, Ирене?

— Обманула? Ну да. Вы же знаете, что я была не простит… не для развлечения, а пришла, чтобы снять с вас обруч.

— Я не про это, — глухо вымолвил он, и его взор заблестел, чуть потемнев. — Ты была девственна. Так? И ничего не сказала мне об этом, когда я выбирал тебя.

— И что бы это изменило?

— Не знаю. Возможно, я был бы осторожнее.

— Угу. Осторожнее, ласковее… ещё что придумаете? И вообще, проехали. Не хочу об этом говорить.

Он вдруг задорно хмыкнул и спросил:

— Стыдно вспоминать?

— Нет.

— Обещаю, в следующий раз я буду нежнее, Ирене.

Услышав его фразу вкупе с его плотоядной улыбкой, которая расцветала на его красивом загорелом лице, я напряглась.

Какой ещё следующий раз? Никакого раза! Вот ещё придумал.

— Вы же купили меня для мытья полов и горшков, а не для постели. Забыли?

— Одно другому не мешает.

— Нет уж! У нас деловой договор. Я ваша рабыня и служанка, и никак не наложница для постели.

— Договор можно дополнить. Сколько ты хочешь за расширение своих обязанностей?

Он что, намекал на обязанности в постели? Еще чего!

— Никаких расширений. Найдите себе кого другого для ваших развлечений. Я останусь только служанкой.

— Опять дерзишь, Ирене? — прищурился он, теребя пальцами рукоять своего кинжала на боку. — Ты ведь рабыня и обязана выполнять любой каприз хозяина. И в постели в том числе, если он прикажет.

Ничего себе, как он заговорил! Где же его хваленое благородство, которым он пытался бравировать все эти дни? Совсем что ли совесть потерял?

Я пару раз выдохнула, пытаясь держать себя в руках. Но видела, что он настроен решительно, ибо его темный, раздевающий взор буравил меня насквозь. Поди, уже обдумывал, как применить меня в своей постели на ближайшем постоялом дворе. И ведь никто не помешает ему это сделать! Я ведь бесправная рабыня.

Только сейчас я осознала весь ужас своего положения. Но тут же в голову пришла спасительная идея, как приструнить его.

— Такой красивый, видный мужчина, и не может найти себе даму по взаимности? Приходится принуждать рабынь. Печально, однако.

Мои слова произвели на герцога нужное впечатление.

— В жизни никого не принуждал, — возмутился он.

— Вот! Я даже не сомневалась в вас, ваше сиятельство. Зачем я вам? Я вас не хочу. А по приезде в замок вы наверняка найдете себе прекрасную любовницу.

Он долго, пронзительно смотрел на меня, а потом заявил:

— Возможно. Но думаю, что ты сама вскоре придешь ко мне.

Да щас! Я аж возмущенно надула щеки. Да в жизни такому не бывать. Если я один раз ошиблась, тогда это не значит, что буду и дальше наступать на те же грабли.

— Не надейтесь, — улыбалась я сладко. — Этого никогда не будет.

— Будет, уверен. Потому что знаю — тебе понравилось, Ирене. Я прекрасно видел это в твоих очах теперь… Точнее, в воспоминаниях.