Любить вампира – сплошной хаос (ЛП). Страница 9

Первое время я стою там, как неуклюжий олень в свете фар, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, что мне следует делать. Ава, должно быть, почувствовав мою нервозность, качает головой и начинает покачивать бедрами, ободряюще кивая мне. Я следую ее примеру и пытаюсь раствориться в музыке, закрывая глаза и забывая обо всем, что связано с окружающим миром, кроме песни. Через несколько минут я чувствую себя намного лучше, возможно, это из-за текилы, разливающейся по моему организму, но я начинаю получать удовольствие.

— Давай! — кричит Ава, приблизив губы к моему уху, чтобы я могла услышать ее сквозь музыку. — Устроим им шоу!

Хихикая и положив руки друг другу на талии, мы с Авой раскачиваемся в такт музыке. Я знаю, что она пытается удержать меня в этом моменте, и стараюсь сосредоточиться на ритме песни. Как только я начинаю входить в ритм, музыка сменяется новым дабстеп-треком, и я прыгаю вместе с толпой, вскинув руки в воздух. Я замечаю, как Ава улыбается мне, когда я прижимаюсь к ней, она издает громкий возглас и хлопает в такт. Это действительно самое веселое, что случалось со мной за последнее время.

В толпе виднеются светлые волосы Спенсера, пока он пробирается к нам. Он также принес еще одну порцию шотов, которые я тут же опрокидываю и благодарю его. Я пытаюсь утащить Аву танцевать обратно в центр, но она отмахивается от меня.

— Давай! Найди себе красавчика. — Она игриво двигает бровями, хватает Спенсера за руку и ведет к столику.

— Не забывай, зачем мы здесь! — перекрикиваю я шум, и она, не оборачиваясь, поднимает большой палец в знак согласия.

Откинув волосы с лица, я ныряю обратно в толпу, но влиться в нее становится все труднее. Наверное, я похожа на обезумевшую марионетку, которая мечется, пытаясь одновременно танцевать в одиночестве и осматривать помещение. В тот момент, когда я собираюсь сказать «да пошло оно все» и уйти, крепкое предплечье обвивается вокруг моей талии и прижимает меня спиной к твердой груди.

Я удивленно вскрикиваю.

— Расслабься, — шепчет мне на ухо хриплый голос.

Время будто останавливается, потные тела, кружащие вокруг нас, замедляются, и, клянусь, все мое тело дрожит. От чувственности в его тоне по моим рукам бегут мурашки, а сила, с которой он прижимает меня к себе, позволяет мне ощутить, насколько рельефен его пресс. Обычно этот приказ не произвел бы на меня никакого эффекта, но что-то в его голосе мгновенно успокаивает меня.

Я не могу видеть таинственного мужчину, обнимающего меня, — только его черные ботинки и темные джинсы, — но отчаянно хочу увидеть больше. Меня окутывает его дымчатый аромат ванили и кипариса, и я глубоко вдыхаю, чтобы насладиться им.

Придя в себя, оцениваю ситуацию и напрягаюсь. Незнакомец держит меня в плену, а я обнюхиваю его, как ненормальная.

Пытаюсь отстраниться, но он прижимает меня крепче и тихо дышит мне на ухо. Успокаивающе поглаживая мой бок, он убаюкивает меня, внушая чувство умиротворения. Могу поклясться, что услышала тихое недовольное поскуливание, вырвавшееся из его горла, когда я попыталась вырваться.

— Потанцуй со мной, — соблазнительно шепчет он мне на ухо, и я таю в тепле его объятий. — Обещаю, я не кусаюсь.

Собственные слова вызывают у него довольный смешок.

Хотя это так не похоже на меня, есть в нем что-то такое, что успокаивает мои нервы. Ава сказала расслабиться, и я полна решимости доказать, что могу. Я должна играть свою роль, верно? Закидываю руку назад, обвивая его шею, и чувствую под пальцами мягкие волны волос. Он снова усиливает хватку, когда я прикасаюсь к нему, и с облегчением выдыхает, когда понимает, что я не пытаюсь уйти.

Закрыв глаза, я прислоняюсь спиной к его груди, прижимаясь своими бедрами к его. Есть что-то волнующее в том, что я не знаю, как он выглядит.

Покачиваясь в такт музыке, мой таинственный незнакомец продолжает обнимать меня за талию левой рукой, а другой отводит мои волосы в сторону. Он прижимается своей щекой к моей и издает ободряющий звук, когда я, почувствовав азарт, начинаю тереться спиной о его тело. Мое сердцебиение учащается от его прикосновений, а судя по твердости, которую я ощущаю своей задницей, я действую на него так же, как и он на меня.

— Такая хорошая девочка, — напевает он, и от его слов у меня вырывается тихий стон. Я хватаюсь за его руку, нуждаясь в чем-то, за что можно держаться, и впервые за долгое время позволяю себе чувствовать себя хорошо.

Глава шестая

Держать Селин в объятьях и видеть ее вблизи — лучше, чем я когда-либо мог себе представить.

Мне требуется вся сила воли, чтобы не оцарапать клыками ее шею и не поддаться своим вампирским порывам. Каждая клеточка моего тела кричит, чтобы я потребовал то, что принадлежит мне, прямо перед всеми идиотами в этом клубе.

Ее пальцы нежно обхватывают мою шею и перебирают мои волосы. Я закрываю глаза, надеясь, что это не сон, и сосредотачиваюсь на ее теле, прижатом к моему. Каждый раз, когда она трется о мой член, я все ближе к тому, чтобы послать все к черту и утащить ее отсюда.

Терпение.

Я прожил на этой планете достаточно столетий, чтобы постичь искусство терпения, но с Селин Бреннан его для меня не существует. Моим разумом управляют желание, интрига и одержимость.

И кое-что еще. Нечто исключительно первобытное и вампирское.

Убрав руку с ее талии, я подхватываю пряди ее волос, чтобы поднести ближе к своему лицу. Ее шампунь усиливает аромат ежевики, а темные локоны оказываются мягкими на ощупь, как я и предполагал. Наблюдая за Селин издалека, мне приходилось строить о ней обоснованные предположения. Теперь же я молча отмечаю галочкой каждый пункт в своем мысленном списке.

Опьяняющий аромат? Есть.

Потрясающие глаза лани? Есть.

Тело, идеально подходящее к моему? Есть.

Единственное, чего я хочу сейчас — узнать ее получше. В этих прекрасных глазах таится печаль и одиночество, которые мне нужно разгадать. Кто бы не причинил ей эту боль, однажды дорого заплатит. Одиночество, которое я часто нахожу в отражении своих собственных глаз, ну, его и скуку. Но с ней я уже знаю: скоро это изменится.

Я прикусываю зубами ее ухо, позволяя себе отведать немного запретного плода. Ее тихие стоны сводят меня с ума, пока мы продолжаем тереться друг о друга. Я практически трахаю ее, как собака, и я мог бы позволить ей посадить меня на поводок в любой момент.

Интересно, увлекается ли она бондажем? Мысль о том, чтобы связать ее или позволить ей сделать то же самое со мной, интригует.

Нравится ей это или нет, мне интересно, чем она увлекается. Я дам ей все, чего она захочет.

За исключением другого мужчины. Я скорее убью его, нежели позволю другому мужчине прикоснуться к ней.

— Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, — флиртую я, но имею в виду каждое слово. Стать тем, кто вернет искру в ее взгляд — вот что наполнит мою жизнь смыслом.

Селин начинает поворачиваться ко мне, но я хватаю ее за бедра и крепко прижимаю к своей груди. Эгоистичная часть меня не хочет, чтобы она увидела мое лицо и разрушила этот момент между нами. По крайней мере, пока. Время не на нашей стороне, потому что ее подруга с розовыми волосами выкрикивает ее имя из кабинки сложив ладони рупором. Вряд ли это сильно усиливает ее голос среди лирического хаоса клуба, но этого достаточно, чтобы привлечь внимание Селин.

Я борюсь с желанием не дать ей уйти, но знаю, что должен подождать. Как бы мне ни хотелось прижать ее к себе и никогда не отпускать, это ее только отпугнет. Мне нужно, чтобы Селин была так же зависима от меня, как и я от нее. В последний раз мягко коснувшись ее лица пальцами, я отпускаю и исчезаю с ее следующим вздохом.