Эволюция целителя 8 (СИ). Страница 3

Но князь должен нанести удар первым. Этот ублюдок не должен никому рассказать о его схеме, иначе к противостоянию с Державиными подключится против него ещё несколько князей.

Найти Логинова и Матвея, и тихо убрать. И журналистку тоже. Она была там и может разболтать всё. К тому же у неё фото из архива. Они не должны уйти в общий доступ, иначе всё будет плохо.

Останин вдруг напрягся, прислушался. За кабинетом послышался какой-то шорох, затем громкий смех. Что там, чёрт возьми, происходит⁈

Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился покрасневший Илья Лазарь. Он хохотал как сивый мерин, посматривая на князя.

— Ты чего ржёшь, идиот? С ума сбрендил? — прошипел князь.

— Ох-хо-хо! Ваш-ше С-сиятельство! К-к вам бар-рон Логинов, собс-сной персоной!

— Ты что мелешь, дурачина? — Останин вскочил из кресла, и тут же встретился взглядом с Логиновым.

Барон зашёл по-хозяйски в кабинет, ухмыльнулся.

— Доброго вечера, Ваше Сиятельство, — широко улыбнулся Логинов. — Ну что, признаетесь по-хорошему или как?

Глава 2

— Вы… вы… — Останин побледнел, захватал ртом воздух, попятился к приоткрытому сейфу. — Как вы сюда проникли? Илья!

— А я что? — развел руками Лазарь, содрогающийся от смеха. — Он всех положил. Они спят. Говорит — веди к своему хозяину, или так же упадёшь. Ха, я что, на дурака похож⁈ Конечно я провёл.

— Идиот, — прошипел Останин. — Ты идиот, Илюша!

Князь был растерян и подавлен, а ещё испуган. Губы его сжались, глаза с поблескивали, и он продолжал пятиться к сейфу. Разумеется, понимает, что я всё узнал. И, скорее всего думает, я его пришёл ликвидировать.

Ещё не хватало руки марать о такое дерьмо. Нет уж, я этого делать точно не буду.

— Не дурите, Ваше Сиятельство, мне всего лишь нужны от вас показания, — я пробирался к столу, не спеша, вглядываясь в его бегающие глазки, в которых прослеживался страх. — И вы их мне выложите на камеру.

— С-сучёныш-ш, — лицо Останина внезапно скривилось. Он кинулся, роняя очки, к приоткрытой дверце сейфа, до которой оставалось полметра.

Внутри точно лежало оружие, в этом сомневаться не приходилось. Акт отчаянья, не более того.

Но добраться до сейфа Останин не успел. Мой заряд веселящего анестетика влетел в его тело. Князь содрогнулся, по инерции продолжил движение, затем обнял сейф и… покачиваясь, вернулся к столу.

— Что это? Почему я смеюсь? — захихикал он, падая в кресло. — Что вообще происходит?

Постепенно он прикрыл веки, расслабился и продолжал хихикать как заведённый.

— Рассказывай, — я навёл на него камеру смартфона, включил видео. — Как ты загипнотизировал Огаркова, гвардейца Святозаровых. И почему?

— А ты разве не узнал об этом? — хихикая, выдавил Останин. — Ты же у нас этот… всезнайка, вот и расскажи…

— Мне интересно услышать это из твоих уст. Говори, — я продолжал снимать.

Из приоткрытого окна доносился треск разрядов. Это Пуля с Матвеем задерживали стягивающихся к дому князя гвардейцев, которые спешили выручить своего хозяина. Одновременно у казарм, откуда ожидался наплыв армии князя, хозяйничала Шустриха, отвлекая на себя основные силы.

Я же усыпил более пятидесяти человек из охраны князя, пока прорывался к его дому. Потратился неплохо, но всё же сил у меня ещё оставалось достаточно.

Князь был дезориентирован в пространстве, продолжал хихикать и удивленно посматривал на меня. Он думал, что это какой-то сон либо розыгрыш. Я подбавил анестетика, и Останин прикрыл глаза, расслабляясь максимально.

— Ну раз ты такой любопытный, их-хи-хи… — забормотал он. — Да началось то не с этого. Святозаровы были серьезными конкурентами, и когда у них произошёл союз с Державиными, и я решил действовать.

За полчаса Останин выложил всю свою хитроумную схему в два этапа. Как его люди на светском вечере использовали силовой артефакт. Когда Святозарова решила успокоить эмоциональную Державину, взяв княжну за руку, ровно в этот момент один из слуг выстрелил силовым полем в беременную девушку. Это был первый этап.

А затем следовало подлить масла в огонь. Следом Останин поведал то, что я уже узнал — гвардеец Огарков, поджог, и война между княжескими родами.

Но это ещё было не всё. Затем Останина понесло. Он рассказал о том как распорядился загипнотить Матвея, и Лазарь отправил его в архив. Затем начал болтать о каких-то мутных схемах, тайных закупках, рейдерском захвате ткацкой фабрики и прочих тайных и откровенно незаконных делишках.

Всё это пошло в актив компромата против князя, который тихо хихикал, растягивая дебильную улыбку.

— Ну что, уходим, Алексей Михайлович? — заскочил в кабинет Матвей, половина лица которого представляла себе сплошной ожог от разряда. — Там мы половину гвардии положили.

— Мы уже закончили, Матвей, — хмыкнул я, кивнув в сторону сейфа. — Вон, забери оружие и все деньги, которые найдёшь. Это в качестве компенсации за моральный ущерб.

— Это так смешно, простите, — прыснул со смеху Останин. — В моё поместье пришли. Хозяйничаете, охрану обижаете. Деньги из сейфа хотите забрать. Это же сюжет для хорошего фильма. Их-хи-хи-и-и.

— А что с ним? — удивился Матвей.

— Не обращай внимания, забирай всё что найдёшь, — бросил я Матвею, который уже отворил дверцу сейфа.

— Тут какие-то документы! — воскликнул он.

— Их оставь, бери только деньги и оружие, — распорядился я.

— Деньги, ах-ха-ха! Какая милота! Они забирают мои деньги! — воскликнул князь.

— Уходим, Матвей, не глазей на него, — дёрнул я за рукав начальника охраны, который замер с тёмным пакетом в руках.

— Подождите! Куда уходите⁈ А чай? Как же вас не угостить чаем⁈ — засмеялся Останин, поднимаясь из-за стола.

— Сидеть, — осадил я его, усыпляя окончательно. — Всё, он во всём признался. И как тебя тоже зомбировал тоже рассказал.

Князь вернулся в кресло и захрапел, свесив голову набок.

— Я просто поражён, Алексей Михайлович, — с восхищением взглянул на меня Матвей. — Это ваш наркоз так на него подействовал?

— Да, он. Шевелись, Матвей, нам пора уходить, — взглянул я в окно, замечая, как со стороны хозпостроек едут три автомобиля. — Мы получили, что хотели.

Чуть позже, оставив бормочущего князя в кабинете, мы выскочили к побитому разрядами седану. На дороге валялись тела оглушённых гвардейцев в форме. Пуля в дырявом костюме оттаскивал на газон тех, кто мешал нам выехать. Больше двадцати гвардейцев он нащёлкал точно.

— Олег, заводи свой тарантас, — бросил я здоровяку, затем приказал Карычу пригласить Шустриху к фамильному дому.

Мы заскочили в седан. Пуля воткнул ключ в замок зажигания, попытался завести, и стартер уныло зажужжал.

— Ну же, давай, тварина! — прогремел Пуля, врезав по рулю. Седан завёлся, и мы сорвались с места.

Впереди раздался грохот, затем что-то мелькнуло в воздухе.

— Это ещё что за хрень была? — удивился Матвей, всматриваясь в сторону дымящихся покорёженных машин, из которых выползали на траву гвардейцы.

— Где-то я это видел, — прищурился Пуля, затем многозначительно взглянул на меня, но не сказал ни слова. — Аномалия какая-то.

— Точно, я тоже об этом подумал, — кивнул Матвей.

В дороге я избавил Матвея от ожога, используя «Регенеративные лучи», ии он поблагодарил меня. Затем пришёл черёд Пули.

Пришлось остановиться на полпути к поместью, чтобы его подлечить. Он стянул прожжённую в нескольких места куртку, и я убрал ожоги на плече и спине.

— Лёха, спасибо тебе. Вот это была битва! Да, Матвей? — хмыкнул Пуля, вновь стараясь завезти седан.

— Нам повезло, что с казарм не успели добраться до нас, — заметил начальник охраны. — Нас бы просто смели, я тебе говорю.

— Тормознутые, что с них взять, — оскалился здоровяк, наконец-то заводя автомобиль и трогаясь с места.

Точнее в этом плане молодцы Карыч со своей Шустрихой. Навели такого шороху, что князь сто раз подумает, прежде чем ответить. Хотя нет, он не ответит. Уже не рискнёт. Проспится, очнётся, вспомнит что произошло и поймёт, что его песенка спета.