Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ). Страница 8

Бах!

…

— Бой закончен. Я победила.

— …

— Ваша оценка… 0 из 1.

…

…

…

— Ванну, срочно.

— У-уже бегу! — воскликнула Мая и тут же побежала в смежную комнату.

Я дотащил себя до окна и рухнул в кресло.

Был вечер. Облака за окном приобрели золотистый оттенок. С момента нашей битвы во дворе прошло уже больше девяти часов. Голова почти прошла, хотя первые несколько уроков она напоминала бутылку, в которую поймали молнию.

Впрочем, в этом смысле я ещё легко отделался. Алекс, например, весь день пролежал в лазарете. Завидую: мне пришлось сидеть на занятиях и слушать, как за спиной все шепчутся о нашем поединке.

Сначала другие студенты были растеряны и не знали, что и думать, однако со временем все пришли к выводу, что «будущий председатель Адель» показала себя «самым наилучшим образом». Она смогла заблокировать прямую атаку Воина Высшего ранга и даже попыталась провести контратаку, пусть и безуспешную. Зигфрид тоже проявил себя неплохо, так что и факультету Пурпурной Акации было чем гордиться (хотя формально все мы числились на факультете Белой Ромашки, но не суть). А вот остальные…

Скажем так, для Алекса эта битва послужит очередным источником мотивации тренироваться и становиться сильнее.

На меня же не обратили особого внимания: с точки зрения других студентов я показал себя именно так, как и следовало ожидать от заносчивой бездарности.

Кстати говоря, завтра нужно будет заявить, что я упал только потому, что под ногами попалась кочка, в глаза ударило солнце, а к ботинку прилип слизняк. Но это потом, а сейчас…

— Ванна готова! — раздался звонкий голос.

Я прошёл в ванную комнату, выставил за дверь Маю, предлагавшую меня раздеть (нормальная практика в этом мире, но обойдёмся), и опустился в тёплую воду.

Ха…

Хорошо быть богатым.

Мои ноющие мышцы немедленно расслабились и прямо заныли от облегчения.

Ванна располагалась в моих покоях, рядом со спальней. Слева от неё находилось высокое окно, которое уже через пару минут купания полностью запотевало, и мне приходилось протирать его рукой или губкой, если я хотел насладиться видом на отдалённый город, постепенно зажигающийся многочисленными огоньками.

Прикрыв глаза, я некоторое время просто лежал, наслаждаясь ванной. Затем взял губку и уже собирался посмотреть в окно, как вдруг всё моё тело, несмотря на горячую воду, пронзила ледяная дрожь: по ту сторону мутного стекла меня разглядывал тёмный силуэт…

…

…

…

Глава 9

Ночной визит

— Охрана! — крикнул я и немедленно выпрыгнул из ванны. Все мои мышцы сразу напряглись, как будто их стянули крепкие верёвки. В ту же секунду высокое окно распахнулось, и на подоконник ступила рослая фигура в длинном чёрном пальто. В одной руке она держала сверкающий меч. Её лицо скрывала красная маска, за которой струились длинные рыжие волосы.

Это была…

— П-профессор Елена? — выдавил я прерывистым голосом.

Фигура остановилась на краю ванны и наклонила голову:

— Как ты узнал? — раздался знакомый, но приглушённый маской голос.

Я неуверенно приоткрыл губы, и вдруг за спиной у меня раздался крик:

— Уже иду, господин!

Дверь распахнулась, на пороге показалась Мая. В руках у неё был обыкновенный веник, который она занесла над головой и влетела в помещение. На секунду наши взгляды встретились; я заметил, как огромные глаза девочки стали ещё шире, когда в них отразилась моя мокрая и совершенно голая фигура, а затем раздался ещё один вскрик: «А-а!» — и хлопок.

Мая поскользнулась на воде, которую я разлил, когда выпрыгнул из ванны, и с грохотом распласталась на белой кафельной плитке.

В комнате повисла тишина.

Я вздохнул, потирая переносицу, пока вокруг лица Маи медленно разрасталась кровавая лужица.

…

…

…

— Ай…

— Терпи, — сказал я суровым голосом, наклеивая на лицо Маи пластырь из небольшой аптечки, чтобы найти которую мне пришлось перерыть всю комнату. Обычно такими делами занимались Гимон и Рабле, однако недавно я запретил им дежурить у моей двери до поздней ночи (мне было неловко каждое утро видеть синеватые мешки под их суровыми глазами), так что теперь полагаться приходилось только на себя.

— Спафибо, — пролепетала девочка, когда я наконец закрепил на её правой скуле пластырь.

Я раздражённо фыркнул и тайком глянул на индикатор системы. Сперва я не собирался ей помогать, но после пятой неудачной попытки, когда Мая клеила пластырь куда угодно, только не на рану, моё терпение лопнуло. Я воскликнул, что не потерплю, чтобы моя служанка превратилась во всеобщее посмешище и тем самым опозорила меня, своего господина, и приклеил его сам.

Разумеется, причиной, по которой Мая вдруг стала настолько нерасторопной, было лёгкое сотрясение, которое она получила при падении и от которого у неё до сих пор подрагивали кончики пальцев.

Посмотрев на них краем глаза, я тайно цокнул языком.

— Пройдёт. Ей просто нужно поспать пару дней, — прозвучал у меня за спиной знакомый голос.

Я повернул голову к женщине в длинном пальто, стоявшей за спинкой моего кресла.

— Может, снимете маску, «профессор»? — спросил я леденящим голосом.

Женщина приподняла руку, обхватила пальцами красную маску и открыла своё светлое лицо.

— Зачем вы проникли в мои покои?

— Вообще-то я проникла в твою ванную, — ответила Елена.

Я закатил глаза.

— Мне хотелось кое-что проверить, — сказала она.

— Что?

— Действительно ли ты поддавался.

По моей спине пробежал холодок.

— Теперь я в этом уверена.

Я сглотнул.

— Зачем ты это сделал?

— Я… с чего это я должен вам об этом рассказывать?

— Ты не обязан, — неожиданно ответила Елена, присаживаясь на диванчик рядом с Маей, которая боязливо подвинулась в сторону. — Я не хочу вмешиваться в твои личные дела и проблемы, но я твой учитель и хотела бы знать, на что способен мой ученик, чтобы тренировать его должным образом.

— Я…

— К тому же, если ты и дальше будешь поддаваться, я не смогу делать на тебя ставки, — серьёзно нахмурилась женщина.

На секунду во мне вспыхнуло желание выставить её за дверь, но в последний момент я всё же сдержал свои актёрские порывы и задумался. На самом деле Елена говорила правду. Не про ставки… хотя и про них, наверное, тоже… не суть. Она говорила правду в том смысле, что действительно была куда более заботливым учителем, чем казалось на первый взгляд.

На первых этапах истории все — от главных героев до её помощника и даже игрока — считали её безалаберным и безответственным человеком. Воплощением всего того, чем не должен быть учитель. Но со временем это восприятие менялось.

Почему она казалась такой отстранённой и «странной»? Потому что всю свою жизнь, начиная с раннего детства, она провела на поле боя. У неё никогда не было друзей — только командиры и подчинённые, которых бесконечная война научила её воспринимать как расходный материал.

Печально известная «Бешеная Фурия» не только ради зарплаты согласилась стать преподавателем в Академии Лапласа. Она действительно хотела изменить свою жизнь, найти в ней что-то ещё, кроме вечного запаха крови и сухого расчёта. Это было непросто. Каждый день ей приходилось учиться, как вести себя в нормальном человеческом обществе. Она даже вела дневник, в котором отмечала свои ошибки и расписывала планы. Её отстранённость в первые несколько недель нашего обучения объяснялась тем, что она просто не знала, как подступиться к своим ученикам. При этом иной раз она не спала ночи напролёт, штудируя книги по педагогике, чтобы сделать всё «правильно».

Открывалась эта грань характера Елены не сразу. Главные герои ещё нескоро узнают о том, насколько… не буду говорить «хорошим», но старательным учителем она была на самом деле.

Более того, если не выполнять дополнительные миссии, связанные с Еленой, известно об этом становилось только после её смерти, когда она пожертвует своей жизнью, чтобы спасти учеников.