Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ). Страница 5

Начались волнения. Перед имперским посольством стали собираться протестующие, забрасывая здание гнилыми помидорами, а несколько грузовых судов с имперскими товарами неизвестные подожгли прямо на таможне.

Таким образом, одно-единственное интервью в академической газете спровоцировало полноценный дипломатический кризис. Причём даже сами дворяне разделились во мнениях. Одни откровенно поддерживали Савина, например Джульетта де ла Ней; другие предпочли хранить робкое молчание, словно на всеобщее обозрение выставили их грязное бельё.

Никогда прежде положение Факультета Пурпурной Акации не было настолько шатким, и в первую очередь это почувствовали сами слуги. С этого дня дворяне — вольно или невольно — стали относиться к ним немного мягче, уже не хватаясь за плётку каждый раз, когда те совершали оплошность. Теперь это была щекотливая тема, и мало кому хотелось спровоцировать очередной скандал.

В свою очередь, студенты Факультета Синей Розы откровенно наслаждались происходящим. зачитывались новостями о том, как жители Лапланда устроили очередную забастовку на имперском предприятии, говорили, что Империя теперь определённо «всё», и между делом гадали, что планирует сделать мисс де ла Крус.

В том, что Адель де ла Крус планирует что-то сделать, никто не сомневался.Девушка славилась как неистовый борец с любой несправедливостью. Когда интервью только вышло, люди были уверены, что она немедленно отправится на территорию Факультета Пурпурной Акации, чтобы лично избить Савина до полусмерти; её собственные приспешники уже готовились хватать её за руки и ноги, пока она не успокоится… однако, к всеобщему удивлению, Адель отреагировала иначе.

Прочитав второе интервью, она не вспыхнула, и глаза её не загорелись праведной яростью — вместо этого в них появилась торжествующая усмешка.

Похожим образом на газету отреагировали Саша и Алекс, которому она прочитала статью, пока он тренировался. Юноша опустил меч и, поправляя одной рукой мокрые волосы, облепившие, как водоросли, его лицо, спросил неуверенным голосом:

— Но ведь она не пострадала, верно?

Саша рассеянно кивнула.

— Может, он об этом не знает? И Мая соврала? — предположил Алекс, почесав затылок.

— Наверное, — проговорила Саша, в голосе которой, однако, звучала лёгкая неуверенность.

Саша одной из первых вернулась с ночного фестиваля, устроенного жителями города, который они спасли от разрушения металлическим великаном. Поднимаясь на второй этаж, она прошла мимо комнаты Антона. Дверь была приоткрыта, и Саша ненароком заглянула внутрь. Она увидела Савина, сидевшего на кровати, а рядом с ним — Таню, ученицу Гаспара, которая в итоге сыграла решающую роль в том, чтобы остановить древнего титана.

Между ними лежала раскрытая книга. Очевидно, девочка всё ещё выступала в роли его репетитора — но почему? Неужели он до сих пор пытался выведать у неё секреты покойного учителя?

Таинственная смерть Гаспара и пробуждение титана породили множество слухов. Некоторые даже утверждали, что Антон Савин намеренно избавился от него, а затем пригрозил его ученице, чтобы она раскрыла ему секрет руин.

Саша не могла сказать, насколько правдива была эта теория. В то же время ей было известно, что насколько бы Антон Савин не был заносчивым и высокомерным человеком, при этом у него имелась некая цель, ради достижения которой он прилежно учился и тренировался и даже был готов поступиться своей гордостью и «потребовать» помощи у простолюдинки. Таня, как показали недавние события, обладала исключительным дарованием. Судя по всему, Савин распознал его одним из первых и воспользовался этим.

Если бы на месте Саши была Адель, она, вероятно, ворвалась бы в его комнату и потребовала, чтобы Савин перестал донимать уставшую девочку. Однако Саше не хотелось лишних проблем, и, чтобы избежать скандала, она тихо прикрыла дверь.

Однако сам вопрос оставался открытым как никогда. Всё чаще перед сном Саша ловила себя на мысли, что за человеком на самом деле был Антон Савин?

Теперь она снова вспомнила происшествие с Маей. По словам Адель, Савин не справился со своим кристаллом и поэтому не нанёс ей серьёзных увечий. В то же время Саша прекрасно помнила, как Савин дюжину раз обездвижил с его помощью гигантского ящера на экзамене и почти ему не навредил. Он явно умел им пользоваться. Получается, случай с Маей был случайностью? Одной на миллион? А что, если Савин намеренно не захотел калечить девочку? И если так… то почему?

Он явно не мог быть хорошим человеком (это бессмысленно), явно был высокомерным, явно испытывал презрение к простолюдинам, — всё это было неоспоримо, — и в то же время Саше всё сложнее становилось считать его обыкновенным нахальным дворянином. Как будто в нём было нечто помимо этого, нечто большее — но что?

Саша была шестнадцатилетней девушкой. У неё было живое воображение, и временами оно рисовало вокруг Савина едва ли не трагический ореол. А что, если у него была причина, по которой он стремился обрести силу, несмотря ни на что? Но какая? Зачем это аристократу, у которого и так было всё, о чём только можно пожелать? Какая тайна скрывалась в его прошлом? Почему временами ей казалось, что он через силу делает то, что делает?

Обо всём этом Саша могла только гадать, но именно поэтому день за днём образ Савина в её сознании становился всё более загадочным…

Глава 6

Когда злодей сильнее героя

Отлично, отлично, однако самое время немного сбавить обороты.

На моём лице держалась неловкая улыбка, пока я сидел в своём любимом кресле, читал газету и между делом поглядывал на показатель баллов:

«Текущие баллы: 20,2»

Интересно, так себя чувствует писатель, чья книга попала в тренды и стала приносить доход?..

Всего за пару дней, пока конфликт набирал обороты — а я следил за его развитием исключительно по газетам, так как выходить в коридор было, мягко говоря, небезопасно, — я умудрился набрать 10 баллов!

Что, на самом деле, было не то чтобы очень хорошо…

Нет, сумма, конечно, была неплохая, и всё же я предполагал, что настолько монументальный скандал, такое чёрное пятно на моей репутации, которое прямо сейчас потрясает устои всей Академии, принесёт мне десятки баллов, а не десяток баллов.

Наверное, причина была в том, что мнение «неключевых персонажей» считается не особенно значительным. Собственно, система ни разу не сообщила мне о том, что мнение персонажа первого плана обо мне ухудшилось.

Алекс, Саша и Адель уже знали о том, что я покалечил Маю. Они могли рассказать об этом Альфирии, и статья в газете на эту тему не могла сделать их мнение обо мне ещё хуже.

Кстати, это было немного странно. Баллы за Маю я получил сразу после того, как покалечил девушку, хотя герои узнали об этом только спустя некоторое время. Может, система работает за пределами пространственно-временного континуума, заранее рассчитывая и учитывая последствия моих действий?

В любом случае, в следующий раз нужно будет придумать новое злодеяние. Но сперва — тренировка.

Обычно я старался приберегать баллы на крайний случай. Это была разумная и рабочая тактика. Но раз уж их скопилось так много, логично было использовать хотя бы часть из них прямо сейчас.

Однажды в полдень, после обеда в своей ложе — общую столовую я давно не посещал, теперь это было попросту опасно, — я вышел из комнаты и направился по коридору. На пути у меня встречались аристократы и обычные студенты моего (бывшего) факультета. Все они старательно избегали смотреть в мою сторону. Некоторые пытались улыбаться, но улыбки их казались натянутыми, как резиновые маски.

Неприятно, конечно. Но такова судьба злодея.

Стараясь держать спину прямо, а взгляд — надменно-величавым, я дошёл до своего личного тренировочного зала, закрылся на замок, снял жилет, рубашку, повесил на стул и замер перед зеркалом, разглядывая свою мускулатуру.

Затем я просмотрел свой профиль: