Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ). Страница 35

Следовало показать, что причина, по которой я скрывал свою настоящую силу, никак не связана с Адель и политическими вопросами. Что это мои личные дела, и в этом смысле «семья» служила удобным оправданием. В старинных дворянских семьях довольно часто имеют место запутанные межродственные отношения. Теоретически это могло помочь мне избежать открытого конфликта с Седриком. Это был мой последний шанс на мирное решение вопроса.

— Вот как? Искренне соболезную, — понимающе кивнул Седрик.

— Благодарю. А теперь ответь мне: зачем ты попытался меня подставить?

— Всё, что я делаю, я делаю для того, чтобы защитить мою госпожу.

— И ради этого ты решил от меня избавиться? Я представляю для неё настолько серьёзную опасность с твоей точки зрения?

— Именно так. В конце концов, господин Савин, — заметил Седрик, — вы ведь уже пытались её отравить, не так ли?

Я прищурился. И усмехнулся.

— Пытался. Но это был не смертельный яд. Я намеревался подсыпать ей слабительное перед дебатами.

— Даже так! — охнул Седрик. — Интересно. Позволите узнать, зачем вы пытались это сделать?

— Потому что я действительно хочу победить и стать председателем студенческого совета, — просто ответил я.

— Понимаю… А почему я обнаружил внутри флакона обыкновенную воду? Пожалуй, это единственный вопрос, на который я до сих пор не знаю ответа.

Чёрт. Совсем забыл. Нужно придумать объяснение, но какое? Вода, вода… Знаю.

— Воду? — я изобразил удивление, а потом презрительно усмехнулся. — Я получил это вещество от де ла Ней.

— Леди Джульетты де ла Ней?

— Именно. Она выписала его у своего врача. Наверное, тот понял, что симптомы, которые она расписывала в письмах, звучат не очень правдоподобно, и отправил ей обыкновенное плацебо.

Хорошее оправдание. Я молодец.

Седрик понимающе кивнул.

— В любом случае, — чётко проговорил я, — убивать твою начальницу в мои планы не входило.

— Вижу.

— Может, по такому случаю перестанешь докучать мне?

Последняя попытка. И провал. Седрик медленно покачал головой:

— Не имею права. Видите ли, «отрава» вовсе не была главной причиной, по которой я принял решение вас ликвидировать, господин Савин.

— А что было главной причиной? — я нахмурился.

— Желание.

— А?

Седрик вздохнул:

— По своей глупости и наивности моя госпожа обещала исполнить ваше желание. В иных обстоятельствах я бы не стал придавать этому особого значения, однако, зная её характер, я опасаюсь, что она может действительно попытаться выполнить своё обещание. Поэтому я решил как можно скорее сделать его недействительным.

— Только поэтому?

В моей голове мелькнула такая знакомая фраза: «Эффект бабочки».

— Только поэтому, — кивнул Седрик. — Вы должны понимать, господин Савин, что раньше я считал вас намного менее значительной фигурой.

— Но теперь ты изменил своё мнение?

— Теперь — да.

— И больше не будешь пытаться меня «ликвидировать»?

— Напротив. Теперь я просто обязан вас убить, — Седрик развёл руки. — Теперь я понимаю, что вы представляете для моей госпожи настоящую опасность.

Внутри меня всё сжалось.

— Изначально я планировал убить вас посреди ночи, но, поскольку вы пригласили меня сюда, с моей стороны будет весьма опрометчиво упустить такую возможность, — продолжал Седрик. — Вашу смерть можно будет обставить как несчастный случай во время тренировки. Вы попробуете использовать кристалл 2-го ранга, не справитесь, умрёте. Вас разорвёт на части, ваши останки усеют всё помещение. Мне, конечно, очень жаль прислугу, которая вас обнаружит, однако в Академии Лапласа работают профессионалы, и это единственный способ, с помощью которого я могу скрыть ваши настоящие раны.

— Какие раны?

— Например, перерезанное горло, — сказал Седрик, и в следующую секунду появился в метре от меня. Его глаза блеснули леденящим изумрудным светом, как у змеи, в руке мелькнул длинный кинжал. Я почувствовал его лезвие на своей шее, стиснул зубы и отпрянул. Но Седрик был быстрее: он преследовал меня, словно гадюка, которая уже вцепилась в свою жертву. В следующее мгновение я ощутил, как кинжал вонзается в мою грудную клетку и углубляется в неё до самой рукояти.

Не теряя ни секунды, я активировал Зуз, инкрустированный в эфес моей шпаги, и пустил через клинок мощный заряд электричества. Обыкновенно для этого был необходим пистоль, однако после того, как я добрался до максимального значения Манипуляции электрической маной (начинающий), я научился намного более гибко использовать силу своего кристалла.

Только золотистые молнии отразились в глазах Седрика, как он исчез. Испарился, будто его и не было вовсе. И лишь кинжал, болезненно пульсировавший у меня в груди, словно раскалённый кусок металла, напоминал о том, что всё это происходит на самом деле.

Я перевёл дыхание, почувствовал сильнейший приступ боли, но проигнорировал его. Вырвал кинжал из грудной клетки, отбросил в сторону и в то же мгновение развернулся, замахиваясь шпагой. Буквально за секунду до этого рукоятку летящего клинка перехватила рука Седрика, появившегося словно из ниоткуда.

На лице Седрика промелькнуло удивление. Он прервал спланированную атаку, отпрянул. Лезвие шпаги лишь слегка полоснуло его по правой руке, оставив царапину, из которой на пол брызнули капли крови.

— Вам известна сила моего кристалла, господин Савин? Откуда? — спросил Седрик безмятежным тоном, совершенно не соответствовавшим происходящему.

— Мне известны многие… кхе… кристаллы, — ответил я.

Кристалл Седрика назывался «Бриз» и позволял владельцу на некоторое время становиться нематериальным. Если бы Седрику не нужно было выведывать у меня информацию, он мог заранее использовать его, чтобы подобраться ко мне со спины и убить.

Были у этого кристалла и слабые места. Во-первых, он не позволял проходить через стены; во-вторых, пока его владелец находился в призрачной форме, он не мог атаковать — для этого ему сперва нужно было снова стать корпоральным. В остальном это было идеальное оружие для идеального убийцы.

Начиная со 2-го ранга кристаллы переставали быть просто полезными инструментами и превращались в козырные карты, которые определяли стиль боя своего владельца.

— Понимаю. Значит, на занятиях вы тоже просто притворялись идиотом? Чтобы обмануть свою семью, как вы сказали?

— Разумеется, — бросил я высокомерно.

На самом деле нет. Я действительно ничего не знал из местной истории и науки до того, как попал в этот мир. Меня спасали только те знания, которые я почерпнул из игры.

Я прищурился, внимательно разглядывая Седрика. Между нами было около десяти метров. С его реакцией и таким кристаллом он легко увернётся, если я использую Зуз. Увернётся, приблизится, перережет мне горло.

Время пришло?

Я покосился на свой наруч.

Нет, ещё рано.

У меня был всего один шанс его использовать. Нужно подобрать идеальный момент, даже если для этого…

Жух!

В моё лицо ударил леденящий ветер. Седрик исчез. Я лихорадочно закрутил головой, стараясь подловить мгновение, когда он вернётся в материальный мир. Это было почти бессмысленно, поскольку его реакция была намного острее моей собственной.

Во время первой атаки он полагался на фактор неожиданности, был осторожен и хотел проверить, на что я способен на самом деле. Теперь же он использовал всю свою силу. Он мог возникнуть передо мной, за спиной, слева, справа — где угодно, и перерезать мне горло быстрее, чем я успею среагировать. Тем более, что его кинжал был быстрее моей шпаги.

Так и случилось.

В один момент весь мир перевернулся, и я почувствовал, как поперёк моего горла расползается огромная красная улыбка. Я потерял равновесие, схватился за шею, сжал мышцы, зашатался. Весь мир у меня перед глазами начинал расплываться, как стремительный водопад, горячие потоки которого просачивались через мои пальцы вместе с остатками сознания.

Я пошатнулся и рухнул на землю. Передо мной выросла мрачная фигура.