Сказание о второстепенном злодее 2 (СИ). Страница 13

Однако во всей этой иерархии существовала и другая, обособленная ступень, которая, тем не менее, возвышалась над всеми остальными. Формальным административным лидером Церкви была коллегия под предводительством Святого Отца, но её духовным олицетворением и священным символом считалась «Белая Дама».

— То бишь я, — с улыбкой рассказывала нам девушка. Её белоснежные волосы, всё ещё немного примятые после парика, весело трепетали на ветру, пока она вела нас под белокаменными сводами Великого собора. — Я занимаю весьма, весьма, весьма высокое положение, — щебетала она звонким и в то же время нежным голосом, — однако не имею прямой власти. С тем же успехом они могли бы вырезать мой образ из дерева и поставить в Белой башне — никто бы и разницы не заметил. Вы бы знали, как они редактируют все мои речи… Я их потом сама не узнаю! Разве это не богохульство? Искажение священного писания. Так и хочется натравить инквизицию на моих редакторов.

— В-ваше Святейшество, это… — попытался вставить священник в белой мантии, едва поспевавший за её стремительным шагом.

— Чистая правда. Поэтому у меня появилась невинная повадка временами покидать пределы башни и гулять среди простых людей. Иной раз мне кажется, что в образе попрошайки я приношу намного больше пользы всему человечеству. Более того, до сих пор меня никто — никто — и ни разу не заметил.

Она мимолётно повернулась к нам, озаряя всю группу — и особенно меня — пронзительной улыбкой.

Похожим образом, только без улыбки, на меня косилась Адель. Её глаза сверкали, словно пытаясь перебрать меня по косточкам.

Когда прошло потрясение от невероятного откровения — что прямо посреди улицы, в образе обыкновенной нищенки, мы встретили едва ли не самое важное лицо во всей Церкви, а может быть, и на всём континенте, — постепенно начали возникать вопросы.

Почему об этом догадался только я? Адель не могла найти ответа — к величайшему своему раздражению. Она была высокомерной девушкой, и тот факт, что я что-то заметил, а она — нет, был ей совершенно не по нраву.

Я сглотнул, поправляя воротник, вскинул голову и сказал довольным и напыщенным голосом:

— Настоящий верующий способен найти иголку в стоге сена, если она сверкает священным белым светом, Ваше Святейшество.

На лице Адель промелькнула гримаса.

— Иголкой меня ещё никто не называл, — задумчиво протянула Белая Дама, слегка склонив голову набок.

— Кхм… — я прокашлялся.

— Прощаю, прощаю! — отмахнулась она с лёгкой улыбкой. — Так что, устроим экскурсию, дорогие гости из Академии Лапласа? Если хотите, я покажу вам самые сокровенные и зловещие церковные секреты…

— В-ваше Святейшество! — воскликнул трепещущий священник, испуганно бегая глазами, словно в любой момент готовый сорваться на молитву.

— Знаю, Дитрих, знаю. Сперва мне нужно переодеться. Вперёд, в мою опочивальню!

…

Всего через минуту Белая Дама предстала перед нами в совершенно другом образе, и стало понятно, почему никто не узнал её раньше.

Создавалось ощущение, что за высокую, покрытую белой эмалью дверь прошла одна девушка — обычная нищенка, пусть и с приятными и красивыми чертами лица, — а вышла совершенно другая. Как если бы не огранённый алмаз вдруг превратился в ослепительный бриллиант.

Когда она предстала перед нами несколько минут спустя, на ней было длинное, но лёгкое платье, напоминавшее античную тогу. Её волнистые волосы разливались на белые, как у мраморного изваяния, открытые плечики. Она вся сияла, и даже Адель немного потупила взгляд, как если бы у неё перед глазами вспыхнуло яркое солнце, которое прежде она могла наблюдать только в небесной синеве — на многочисленных фотографиях и фресках, изображавших Белую Даму на вершине башни, с которой она читала свои речи.

Алекс и Саша и вовсе пристально уставились на пол (для этого, впрочем, Саше потребовалось насильно опустить затылок своего друга детства, который на мгновение тоже засмотрелся на девушку). Я последовал их примеру — не помогло. Я всё равно чувствовал, что время от времени она смотрит прямо на меня.

— Будем знакомы, — сказала девушка. — Меня зовут Сильвия. Просто Сильвия — Белой Даме нужно отринуть свою мирскую фамилию.

— Для нас это честь, Ваше Святейшество… — немного хриплым голосом сказала Адель.

В ответ раздался наигранный вздох. На губах Сильвии мелькнула горькая улыбка.

— Вот почему я не хотела сразу рассказывать о том, кто я такая… Моё положение всегда делает любые разговоры немного ригидными.

— Так вы намеренно нарядились таким образом? Чтобы встретить нас? — нахмурилась Адель.

— Хм? Нет, я занимаюсь этим регулярно. Наша встреча была не более чем приятной случайностью.

Слово «приятно» она проговорила с некоторым скрипом, и взгляд её при этом, опять же, был направлен на меня.

— Вы прибыли доставить Нам посылку, верно? Нет-нет, пока не нужно, — отмахнулась Сильвия, когда Адель ткнула меня локтем, явно требуя, чтобы я передал шкатулку, которую держал в сумке на поясе. — Займёмся этим завтра, во время официального визита, а сейчас… хм… — девушка наигранно приложила указательный палец к подбородку. — Как насчёт экскурсии? Я могу показать вам Великий собор. Он весьма интересен, если не видеть его круглые сутки напролёт, конечно.

Постепенно я пришёл в себя и расслабился. Первое время я опасался, что совершил ошибку, когда рассказал о том, кем на самом деле была встреченная нами нищенка. Мне не хотелось терять баллы, и ради этого я не только привлёк к себе нежелательное внимание, но и нарушил другое табу — вмешался в ход сюжетной линии.

В игре после своего спасения Сильвия (нищенка) становилась своеобразным гидом для героев и устраивала для них экскурсию по городу, во время которой демонстрировала различные достопримечательности и между делом упоминала старинные катакомбы, которые сыграют важную роль во второй половине этой арки и в дальнейшем, уже в третьей игре. Затем они прощались, и герои отправлялись выполнять дополнительные задания.

Их следующая встреча происходила уже вечером, в самый разгар сражения в катакомбах, и тогда девушка являлась уже в своём истинном обличье. А на следующий день она устраивала новую экскурсию — внутри собора.

Вот и получалось, что я всего лишь немного нарушил хронологию. Сами события не должны были измениться слишком сильно… в теории, на которую я возлагал все надежды, пока Сильвия рассказывала нам о своей обители.

Здание собора было гигантским, но в «час пик» в нём могло находиться больше десяти тысяч человек одновременно, так что местами было не протолкнуться. На пути нам встречались священники в самых разных облачениях и даже с разным цветом кожи: загорелые и почти чёрные миссионеры, вернувшиеся с Южного континента; бледные и угловатые уроженцы далёких северных фьордов; смуглые, черноволосые обитатели дальневосточного высокогорья.

Вся эта толпа была живым воплощением могущества и широты влияния Церкви Спящей Богини и вся она замирала, а затем расступалась при нашем появлении, смиренно опуская головы.

— Церковь старается использовать местных жителей в качестве миссионеров, — рассказывала Сильвия, не обращая внимания на то, как священники «рассыпаются» у неё на пути. — Им доверяют намного больше, чем «бледнолицым» пришельцам. Кстати…

Она резко остановилась, в её глазах мелькнул озорной блеск:

— Хотите посмотреть на зал Священной Инквизиции?

Не дожидаясь ответа, девушка сделала несколько стремительных поворотов, рассекая толпу, словно бойкий ледокол, чтобы направиться по веренице широких лестниц и обширных коридоров в другое, примыкающее к главному зданию крыло собора.

В нём коридоры были уже, людей — меньше. Все они носили широкие красные робы, под которыми мелькали копья, мечи или посохи.

— Всего у нас… хм… примерно полторы тысячи инквизиторов на данный момент. Небольшая армия, и все они — Воины или Заклинатели по меньшей мере Продвинутого ранга. Грозная сила, правда?