Не брат я вам, хоть и Гримм. Часть II (СИ). Страница 20

— Да, уважаемые друзья, Федорович сказал все верно. И… честно, даже сегодня, хоть и ночью уже попросили прощения у многих, но стыдно даже им в глаза смотреть. Всем вам! Понимаете, реально стыдно! Хоть мы и были не то, чтобы неадекватные, а… не знаю, как сказать в какое нас ввели состояние! Как это сформулировать! У меня слов нет! Я два раза в жизни до беспамятства по молодости напивался на Новый год и юбилей в тридцать лет. Но никогда подобным образом себя не вел — танцевал, потом мирно спал. Поэтому, да, приносим свои извинения перед общественностью. И очень хорошо, что кроме вызывающих и порочащих самих себя действий, мелкого хулиганства, мы ничего не успели совершить непоправимого. Но вы бы знали, как нам стыдно. Уши горят!

Многие принялись утешать, потому что и сами успели наговорить всего и столько. Поучаствовать.

— Да, и хотелось персонально извиниться перед тобой, Гримм! Ведь абсолютно очевидно, что ты сделал очень много и получил все заслуженно! — молча утвердительно кивнул, мои слова были здесь не нужны, что и продемонстрировал Федорович, а я наблюдал. — Вот сейчас мы себя ведем, заметьте, нормально. А как вспомню… Я за всю жизнь меньше обсценной лексики произнес, а это, позвольте напомнить вам, за семьдесят пять лет, нежели чем за два первых неполных дня здесь!

— Товарищи, отдайте нам наше! Честно заработанное! — вот про это я и говорил, выданное бесплатно быстро становилось плодом трудов праведных. — У Капоне был общак! Это не его личные вещи! На те не претендуем, как и на Лёнины, — проговорил все с жаром Тормоз, даже покраснел.

— Да, он прав! Мы все скидывались!

— Молодые люди, задавайте все вопросы Кураторам, — как-то устало ответил Федорович, чуть улыбнувшись виновато, и даже руками развел, мол, рад бы, но не в его это власти. — Если они сочтут ваши претензии приемлемыми, все вам вернется. Но мы не думаем, что у вас есть хоть какое-то право на наследство. Увы… но это факт. Непреложный! Если было бы иначе, тогда наши смотрители перенесли бы имущество на ваши участки. Этого не произошло.

— Да Тормоз поменял Гримму микроскоп на домино, я нарды на набор напильников, сам Капоне — карты на лобзик! — высказался еще один. — Вот последние и можете забрать, хотя и они тоже общие! Его вклад за вступление!

Сеня же молча улыбался хоть и благодушно, но его гримаса напоминала оскал. Если присмотреться. А еще в ней сквозило превосходство.

— Заметьте, вы вчера поменяли Гримму гитару. Не так ли? — Федорович даже пальцем вальяжно указал на инструмент, на который все посмотрели, как по команде. — Она у вас! Несмотря на то, что именно Георгий был хранителем, как вы говорите, вашего «общака». Откуда мы можем знать, что вы не за какие-то услуги передали все права на то имущество бывшему лидеру? И верить вам на слово, когда вы в открытую превозносите криминальную жизнь, где украсть, как… как будьте здоровы сказать? Нет, на нас пусть и воздействовали, но не настолько, чтобы мы окончательно растеряли разум. Браслеты фиксируют все договора, были бы общими те вещи, то они бы вам достались. Еще раз повторюсь, мы ничего никому отдавать не намерены. Это наше законное наследство. Согласно правилам. Компенсация за наши нервы и труд. Вы просто отпустили своих товарищей на гибель, а затем даже не интересовались их судьбой до самого рассвета. А мы с Ивановичем и Мариной вытаскивали их из воды, пытались оказать первую помощь, наша коллега им даже искусственное дыхание делала, а затем доставили их тела почти до Призмы. Сейчас вы говорите — «общак», а завтра скажете, что и многое иное тоже ваше, а Георгий вместе Леонидом ничего своего не имели, а все их наследство — это долги, которые мы же и должны вместо них погасить. Нет, господа-товарищи, так дела не делаются. У нас есть законная власть, поэтому все вопросы к ней. И лучше прямо сейчас, чтобы снять данную проблему с повестки. Вступать же с вами в какие-то дискуссии у нас нет никакого желания, как и намерения.

— Но как так? — хлопал глазами Тормоз. — Это же не ваше! Гоша всего лишь хранил наши общие вещи. И вы это знаете! Мы в игры играли, специально их взяли, меняли, я придумал…

— В игры играть продолжите, если захотите, но уже не бесплатно. По цене сориентируюсь и вскоре объявлю, там любой может сыграть. Я же не собака на сене, — высказался с притворно-сладкой улыбкой Иваныч.

— Но как так? — в очередной раз повторил одну и ту же фразу ошеломленный «пацан». — Мало того, что пользуетесь нашим добром, фактически его присвоив, так еще и бизнес, который я придумал, себе пытаетесь забрать. Отжать? Это настоящий рейдерский захват! А как же ваша совесть? Где она?

— Совесть здесь ни при чем, есть законы. Мы им следуем, сынок, — пошел на добивание Пиндос.

Шах и мат.

Нормально.

И ОПГ в новой формации, где Сеня стал, похоже, предводителем, и идейные после завершения корректировки стали на порядок опаснее. Если раньше они напоминали гротескные карикатуры, которые вызывали только смех и презрение, а у таких же с промытыми мозгами лютую боль в пятой точке — не очень приятно увидеть себя со стороны, то сейчас совсем другой коленкор. И если наша группа заброски будет какое-то время помнить их художества, то для новых людей можно все представить злыми наветами недругов, происками Кураторов и так далее. Но, в целом, все становилось интересней. Единственное, на повестке важнейший вопрос — как найти сучьих Волков?

Сейчас под подозрением из-за способностей только Феликс, кот волшебный, и Саныч. Гадать можно хоть до завтра, а мне пришло на браслет еще одно приглашение посетить объект Призма, здесь еще и приписка-рекомендация «как можно скорее», поэтому поднялся и сделал общее объявление:

— Уважаемые, сегодня я столкнулся с новыми угрозами. Их заметил, когда собирался на утреннюю пробежку, затем мне поступило задание от Кураторов — обезвредить. Что и сделал. Сейчас я посещу их, получу дополнительные консультации и инструкции, согласно квесту, — для внушительности продемонстрировал браслет, — после чего будет еще одно объявление о реальных угрозах всем и каждому. Насколько они опасны? Скажу так, одна из них походит на нашего земного древнего шерстистого носорога.

— Такой же огромный? — прилетело от Вадика.

— Головой-то думайте! Вряд ли такой же! Как бы с ним Гримм справился⁈ Там многотонные титаны! — выступил Иваныч. — И он вам сказал, «походит».

— Вот! — неожиданно взвилась Фекла. — Он убил еще одного зверя! Какие доказательства вам всем еще нужны? Я повторю, я знаю, что Гримм причина сегодняшней ночной трагедии! Он запугал мальчиков! Живодер и убийца! Мне Георгий рассказывал, что он им угрожал страшными карами. Гораздо хуже смерти! А если кто-то позабыл, он сначала избил крайне жестоко Тормоза, Леонида и Василия, последнему едва не вырвал язык! Вася смог с огромным трудом сбежать! Налицо доведение до самоубийства группы лиц! Понимаете, просто так люди в море ночью не тонут! Не бывает такого!

Забыла добавить «пьяные».

— Эля, мы там сами перегнули палку, — сказал как-то смущенно Тормоз. — Если бы Гримм хотел убить нас, то никто и ничто не смогло бы ему помешать за границами Купола. И что-то спасателей я тоже вокруг не видел, хотя многие пялились и смотрели из-за Барьера. Так что, зря ты наговариваешь, — чудеса, да и только! — И, кстати, повторюсь, меня Тимофеем зовут!

— Да, какая разница, как тебя зовут! Хоть Петей! Мне это безразлично! — а вот подруга посмотрела на ораторшу довольно зло. — Вы разве не понимаете, что самый шик у таких маньяков сделать все не своими руками, а руками их жертв! Понимаете все, как в сериале! Тем более сценаристки и режиссерки не могут врать — белый, высокий, хорошо сложенный мужчина всегда несет зло! — лучше бы Кураторы избирательно возвращали разум. — Таким, как Гримм, настоящее садистское наслаждение доставляют именно мучения людей! Издевательства над слабыми — вот их фетиш! Он же безобидных животных убивает, как дышит, ради… просто ради удовольствия! Котика беспощадно дубиной забил! Милейшее существо! Ко-ти-ка! Дубиной! Нет у Гримма ничего святого!