Мертвец (СИ). Страница 21

Порой мне приходит мысль, что мы с братьями связаны сильнее, чем просто кровью. Мы прошли через пытки, которые невозможно забыть. Играли в лживую ненависть, чтобы выжить. Все это оставило свой след и объединило нас. Но есть что-то еще. То, чего я не могу объяснить. Однако я знаю, что эти узы между нами нерушимы. Неважно, в каких мы отношениях друг с другом. Если одному из нас грозит опасность, мы всегда поможем, защитим, придем из любого уголка мира, вылезем из самого Ада. Потому что мы — семья. Мы рядом, даже если далеко находимся. И когда плохо одному — плохо всем.

— Почему ты сказал об этом сейчас? — хриплым голосом спрашивает Демьян.

— Я подозреваю, что Игнат тоже страдал алекситимией. Пытки над ним усугубили ситуацию и с возрастом привели к тому, к чему привели. Его ненавидят за это. Если я однажды стану таким же, как он, не хочу, чтобы и меня ненавидели, не зная всей правды. По крайней мере, так вы будете меньше беспокоиться.

Брат поднимается с кресла и подходит ко мне. Сев рядом, тяжело вздыхает и накрывает ладонью мое плечо.

— Что бы ты ни сделал и в каком бы дерьме ни оказался, у тебя есть семья, которая вытянет тебя из этого. А если не удастся, то мы лучше погрязнем во всем этом вместе с тобой. Но никто и ничто не заставит нас тебя ненавидеть, — твердо говорит Демьян. — Ты услышал меня?

— Да.

— И я еще не сдох, чтобы дать собственному брату превратиться в Игната. У него никого не было, чтобы помочь, а у тебя есть. Всегда помни об этом.

— Буду помнить, пока это возможно.

Провалы в памяти не позволяют ответить иначе. Мы с Демьяном прекрасно понимаем это. Я бы с удовольствием помнил всё, но не могу.

— Твои провалы в памяти связаны с алекситимией? — уточняет брат.

— Частично, — отвечаю я.

— Из-за чего именно они возникают?

— Я еще не готов говорить об этом. — Мне не хочется раскрывать всю правду в один момент. Сейчас не время для этого.

— Хорошо. — Демьян поднимается с дивана и возвращается к своему рабочему столу. — Я поговорю с остальными завтра, и если они согласны, то попрошу Самсона начать терапию с Авой. Но это всё, что я могу.

— Этого более чем достаточно. К тому же ты делаешь это не для неё, а для нас всех. Однажды нам всем придется повторить.

Завершив разговор с братом, я покидаю его кабинет и направляюсь в библиотеку. Дохожу до южного крыла и слышу позади себя приближающиеся шаги Юсейры.

— Валериан, подожди! — Девушка ускоряет шаг, и я уже подозреваю, что катастрофы не избежать. — Максим приготовил кофе и просил отнести тебе.

— Осторожно, — ровным тоном говорю я. — Смотри… — Невестка не дает мне договорить. Споткнувшись, разливает горячий напиток на меня, обжигая кожу на торсе. — Великолепно.

— Прости! — Юсейра тянет материал моей футболки вперед. Видимо, чтобы я не обжегся. — Я случайно.

— Уверен, так и есть. Чувство безопасности явно напрямую влияет на твою координацию движений.

— Чувство безопасности? — переспрашивает она.

— Да. Впрочем, забудь. Я зайду в хамам. Пусть кто-нибудь из бойцов принесет мне одежду.

Мне не хочется терять время и идти в свое крыло, чтобы принять душ и переодеться.

— Я передам им. Прости еще раз, — виновато бубнит невестка. — Сильно обжегся?

— Всё нормально. Не стоит переживать. Сама не обожглась?

— Нет.

— Тогда иди. Только смотри под ноги.

— Хорошо.

***

Вивиен

Я следую за бойцом в библиотеку, пытаясь стянуть вязанный шарф, раздражающий кожу. Это первый и последний раз, когда я его надеваю. Не думала, что он так сильно расцарапает мне шею. Надеюсь, я не буду выглядеть так, как будто дралась с котятами.

— Дурацкий шарф, — раздраженно фыркаю я, привлекая к себе внимание бойца. Мужчина бросает на меня странный взгляд. Наверное, думает, что я ненормальная. Пусть думает. Мне все равно. Я злая. У меня начались перепады настроения. А еще мне срочно нужно в уборную, пока мой мочевой пузырь не лопнул.

Боец провожает меня до последнего поворота, ведущего в библиотеку, и уходит. Я наконец-то стягиваю с себя шарф и бросаюсь к первой попавшейся двери, уверенная, что за ней уборная. Валериан как-то говорил мне, что она находится в начале коридора.

Я распахиваю дверь и вхожу в уборную, которая оказывается хамамом. Скольжу взглядом по переливающимся на свету стенам, огромному панорамному окну и черному джакузи с тропическим душем. Хочу как следует рассмотреть всю эту красоту, но мочевой пузырь протестует.

— Уборная. Уборная, — бубню я.

Распахиваю дверь, чтобы выйти, но резко останавливаюсь. Я слышу шум позади и, обернувшись, застываю. Мой взгляд впивается в мощную мужскую фигуру, показавшуюся из воды. В тело, покрытое узорами, напоминающими шрамы.

Я удивленно вскидываю брови, замечая рубцы, портящие замысловатые рисунки в форме молний, отпечатавшихся на рельефном теле. Узоры окружают полумесяц в области сердца, а множество точек вокруг напоминают звезды. Возникает ощущение, что кто-то нарисовал на Валериане ночное небо во время грозы. И это так же прекрасно, как и ужасно.

Мой взгляд медленно ползет вверх, пока не натыкается на серо-зеленые холодные глаза. Власов смотрит на меня, вопросительно вскинув бровь и вынуждая покраснеть. Его черные волосы прилипают ко лбу, а по лицу скатываются капли воды.

— Я не смотрю! Не смотрю! — Я пытаюсь сдвинуться с места, но тело не подчиняется.

— Но вы смотрите, Виви, — совершенно спокойно произносит мужчина, скрестив руки на груди.

— Не смотрю. — Резко развернувшись, я выбегаю из хамама и залетаю в комнату напротив, которая оказывается уборной. Запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной. — Ну что за день такой дурацкий?!

***

Мне еще никогда не было так неловко находиться в одном помещении с мужчиной. Тем более после того, как увидела его обнаженным. Пусть не полностью и случайно, но это совершенно неважно. Факт остается фактом. Я пялилась на него, и за это явно стоит извиниться. Однако я еще не готова взглянуть в глаза Власову и начать с ним этот неудобный разговор. Возможно, я решусь на это вечером или завтра. Если вообще решусь.

К сожалению, Вселенная решает, что мои планы подождут. Я завершаю проверку нижних полок и понимаю, что мне нужна стремянка. Прикатить её к стеллажу не составит труда, а вот во всем остальном понадобится помощь Валериана.

Мда…

Я незаметно бросаю на Власова взгляд через плечо и наблюдаю за тем, как он сосредоточенно работает за ноутбуком. Красивое лицо, как всегда, лишено эмоций и жизни. На шее висит шелковая черная повязка, которую он стянул с глаз и заменил очками. Они, кстати, идеально сидят на его переносице и придают мужчине строгости. А серая футболка слегка облегает, напоминая о том, какое рельефное у него тело.

Почувствовав, как горят мои щеки, я отвожу взгляд и гипнотизирую глазами стеллаж. Делаю глубокий вздох, думая над тем, как начать диалог. Может, просто попросить помочь и всё тут? А о том, что произошло утром, просто забыть. Такое тело, конечно, не забудешь. Но попытаться стоит.