S-T-I-K-S. Призрак и Рыжая смерть. Книга 2. Страница 4

Тянувшийся наверх аппетитный шлейф манил за собой изголодавшегося рубера. По ходу движения костяными гребнями чиркал бетонные плиты потолочного перекрытия, оставляя глубокие борозды, как трактор во время весенней вспашки.

– Чех, какого хрена ты попёрся наверх?

Призрак замолчал и отжал тангенту на портативной рации, ожидая ответа крестника. От волнения он назвал друга Чехом, хотя сам же строго-настрого запретил использование в эфире имён.

– Второй, почему молчишь? Ответь первому. Приём! – поспешил он исправиться, надеясь, что в этот раз никто из врагов не сканирует частоты.

– Первый, я второй! – донёсся из рации прерывистый, явно запыхавшийся голос Чеха. – Не могу долго говорить. Эта сука меня нагоняет!

– Если успеем, попробуем с Дымкой отвлечь рубера на себя. Ты сейчас на каком этаже?

– Между пятым и шестым. Попытаюсь оторваться и спрятаться возле ограждения. Затем постараюсь спровоцировать тварь на прыжок. Пусть эта сука малёхо полетает.

Умолкнув и продолжив прижимать тангенту, крестник задышал учащённее. Ему всё труднее бежать «под гору». Призрак и сам догадался, что Чех старается подняться как можно выше. В чём был определённый резон, если уж на свою дурную голову решил потягаться наперегонки с матёрой тварью. Рухнув с большой высоты, рубер получит хоть и временные, но значительные переломы конечностей и, возможно, позвоночника. На то, что, упав, тварь пробьёт череп и головной мозг какой-либо арматурой, не стоит даже и надеяться. Уж слишком фантастическое везение могло бы получиться. А вот на более долгое восстановление повреждённого организма и двигательного аппарата вполне реально рассчитывать.

Останется лишь воспользоваться временным обездвиживанием твари и проткнуть споровый мешок или мозг. Тоже непростое, хлопотное, но вполне выполнимое дело. Но всё равно Чех совершил большую глупость, забежав на стройку. Рано ему с рубером тягаться. Нет необходимых умений и даров. А из оружия лишь автомат, пусть и с бронебойно-зажигательными пулями в магазине. В его ситуации ими матёрую тварь лишь щекотать, если только не попасть в более-менее уязвимые места. Но после такой гонки с преследованием Призрак засомневался в твёрдости руки и зоркости глаза Чеха. И дыхание сбито, и сердце готово от избытка адреналина выпрыгнуть из груди.

«Нет, не попадёт. Как пить дать промажет!»

Призрак зло выругался: он никак не успеет помочь другу. Тому придётся как-то самому выкручиваться. Они вдвоём и с Дымкой охотились на рубера, который голодный метался между домами и мог помешать встрече с Властителем Дождя. Бывший эмчеэсник обещал объявиться в городском кластере и доставить новую весточку от Пилигрима. Ожидали его появления примерно во второй половине дня. Призраку всё никак не удавалось лично пересечься с постоянно кочующим знахарем. С последней их встречи прошло более года. А с Властителем Дождя встречались довольно часто. У того имелась постоянная ментальная связь с Пилигримом, и знахарь, пользуясь случаем, через него передавал срочную информацию Призраку.

Расстреляв из автомата обнаруженных Дымкой лотерейщиков, Призрак занялся потрошением споровых мешков. Когда спохватился и понял, что не ощущает рядом присутствия Чеха, было уже поздно. Крестник в эту минуту находился в метрах ста у недостроенного здания паркинга. Призрак всё же успел заметить, что его товарищ забежал внутрь, а через небольшой промежуток времени перед паркингом мелькнула громадная фигура.

«Эта скотина особо не торопится за жертвой, видно, понимает – человеку некуда от неё скрыться. Чех, ты ослеп?! У тебя на хвосте рубер! Он даже не повёлся на мои выстрелы!»

Призрак от переживаний за друга до крови прикусил нижнюю губу. Он и подумать не мог, что безрассудный Чех специально решил туда заманить матёрую тварь. Тому в голову пришла дурная мысль поиграть с нею в кошки-мышки. Плюнув на вскрытый, но не выпотрошенный мешок третьего лотерейщика, парень бросился к паркингу. Следом за ним рванула пума. Она быстро обошла Призрака и, совершая длинные прыжки, вскоре оказалась рядом с серым бетонным недостроем.

Тем временем Чех добрался до шестого этажа. В груди горел огонь, задыхаясь и жадно глотая воздух, мужчина осмотрелся. Если не считать колонн, державших на себе потолочные плиты, огромная квадратная площадка оказалась практически пустой. Укрыться негде. Её периметр, в отличие от нижних этажей, без всякого ограждения.

«Приплыли!» – мелькнула в голове запоздалая мысль, вызывая панику.

– Что же делать?! Что делать?! Пока крёстный с Дымкой сюда доберутся, рубер успеет меня сожрать. И после у него ещё будет время поковыряться в зубах… Что же делать?! – тяжело дыша, на бегу сам себя спрашивал Чех.

Раздумывать некогда: нарастающий звук тяжёлых быстрых шагов становился всё отчётливее. Скрежет костяных гребней по потолочному перекрытию неприятно резал слух. Посыпалась штукатурка и бетонная крошка. На шестом этаже наконец появилась тварь, развитая почти до совершенства. Не имея возможности выпрямиться в полный рост, рубер, громко урча и фыркая, замер. Согнувшаяся в три погибели голодная тварь не сводила пристального взгляда с Чеха, глядя на него сверху вниз. Опущенные передние мускулистые лапы своими загнутыми когтями касались пола. С жёлтых клыков в раскрытой пасти свисали тягучие нити слюны. Несмотря на расстояние в десять метров, смрадное дыхание рубера заставило Чеха поморщиться.

Отчаявшись, по собственной оплошности загнавший себя в ловушку мужчина ещё разок осмотрелся. Краем глаза заметил четыре троса, свисавших с крыши и находившихся в натянутом положении.

«Строительная люлька!»

На уровне какого этажа она находится, не так важно. Главное – трос. Не раздумывая ни секунды, Чех резко крутнулся на одной пятке и стремительно, изо всех сил рванул в ту сторону, взяв чуть правее. Автоматный ремень едва не слетел с правого плеча. Не добежав полметра до края площадки, мужчина слегка развернулся и, оттолкнувшись обеими ногами от бетонного пола, прыгнул. Только он успел на лету ухватиться за крайний стальной трос, как чудовищная сила резко отшвырнула его в сторону. Кто бы сомневался: тварь оказалась чересчур проворной. Успела его нагнать и тоже прыгнуть. Но трюк человека с изменением направления прыжка обманул рубера. Тварь промахнулась. Однако и незначительного касательного удара лапой хватило, чтобы сорвать Чеха с троса. Руки мужчины непроизвольно разжались, и после короткого полёта в сторону, подчиняясь земному притяжению, он полетел вниз.

– Мама-а-а!..

Пребывая в сознании и в панике размахивая руками, Чех с ужасом ожидал удара о землю. Крепко зажмурившись, оглушённый собственным отчаянным криком, он не мог видеть, как мимо пронеслась огромная туша твари. Внезапно Чех почувствовал, как его напряжённое тело вздрогнуло, прекратилось хаотичное движение рук. Разведённые по сторонам, словно крылья самолёта, они замерли. Исчезло ощущение падения, тело очень медленно и плавно опустилось в лужу вонючей густой субстанции. Отплёвываясь, не веря в то, что остался жив, ошарашенный Чех встал на ноги, ставшие ватными.

«Неужто я так от страха обосрался и обоссался?»

Чеха не по-детски шатало, уровень выделенного в кровь адреналина буквально зашкаливал. Мужчина с отвращением посмотрел на свой изгаженный камуфляж, покрытый кроваво-коричневой слизью. Его прямо передёрнуло, с трудом подавил желание блевануть. Автоматически сработал инстинкт самосохранения – мужчина успел отпрыгнуть в сторону. Иначе неминуемо оказался бы в брюхе рубера. Оказывается, та зловонная субстанция натекла из продырявленного тела твари. Рухнув с большой высоты, рубер слабо защищённым брюхом напоролся на лес из арматуры, не до конца залитый раствором бетона. На этом месте мог оказаться Чех, если бы во время прыжка тварь не отбросила его в сторону. Подыхать рубер не собирался, для регенерации повреждённых органов требовалось большое количество энергии, а для её выработки – пища. Только быстрая реакция в очередной раз спасла Чеха. Ещё чуть-чуть – и мощные челюсти перекусили бы мужчину, как соломинку.