Тень Рико: Возможно, я чьё-то наказание. Часть 2. Страница 14

Она не ответила. За окном проехала машина полиции. Синий свет на секунду скользнул по потолку. Дина тихо спросила:

— Есть новости по убийце?

— Только хуже.

— Подражатель?

— Возможно. Или человек, который слишком хорошо знает чужое прошлое.

— Подозреваемые?

— Кроме нас с Марко — никого.

Дина невольно улыбнулась.

— Классно.

— Особенно мне.

Она изучала его лицо.

— Рико, — позвала она, и звук её голоса был серьёзнее, чем обычно, — я ведь вижу. Ты сам не свой последние месяцы. Нет, ты не срываешься, не пьёшь, делаешь всё, что нужно. Но ты будто затаил дыхание. Как спортсмен, который вышел на пенсию, но тело ещё помнит адреналин и требует нагрузки.

Он не ответил, только нервно крутил в пальцах зажигалку.

— Чего тебе не хватает? Только честно.

— Сам не знаю, — выдохнул он. — Вроде всё есть. Семья, дом, работа. Всё, о чём я мечтал в двадцать лет. А чувство такое, будто я это не заслужил. Или будто это не конец пути, а просто привал. Скучно, Дина. Мне просто невыносимо скучно. И от этого стыдно. Я стал бояться, что самое важное уже случилось, а впереди только повторение. Каждый день как предыдущий. Я перестал различать вторник и пятницу.

Дина прищурилась.

— И поэтому ты схватился за это расследование? За убийства? Ты же никогда не был журналистом-криминалистом.

— Это единственное, что заставляет мозг работать, а сердце — биться быстрее, — признался он. — Когда я смотрел на те знаки, читал сводки, в голове что-то щёлкало. Я снова чувствовал себя живым. Это ужасно, да? Радоваться тому, что кто-то убивает людей, потому что это разбивает твою скуку.

— Это не радость. Это голод. Ты профессионал, который заржавел без дела. Ты создан для того, чтобы распутывать узлы, а не полировать рутину.

Дина медленно поднялась.

— Пошли спать.

— Это приказ?

— Предупреждение.

Она остановилась возле лестницы.

— Завтра у нас будет серьёзный разговор.

Губы Рико дрогнули в усталой усмешке.

— Я так понимаю, ты решила из женской солидарности сделать то же, что и Аделина?

— Нет.

Она посмотрела прямо на него.

— Наоборот. Помочь тебе, а не утопить.

Вгляделась, прищурившись.

— И приведи себя в порядок. Выглядишь на все сто.

Дина не легла. Вернулась на кухню, достала из-под стопки журналов детский рисунок: дом, дерево, тёмная река и символ в углу. Положила лист рядом с ноутбуком, открыла защищённый архив с техническими планами старых зданий и начала накладывать узор поверх чертежей. Масштаб сошёлся, линии легли чётко. Три точки на карте подсветились жёлтым: заброшенный корпус, старый склад, неиспользуемое депо. Во всех трёх схемах вентиляционные решётки вели в одни и те же технические шахты. Она проверила данные на экране, сохранила файл и решила не передавать выводы никому. Закрыла ноутбук, обдумывая следующий шаг.

Утро началось неожиданно. Дина резко распахнула шторы.

— Подъём.

Рико сомкнул веки, поморщившись.

— Да каково... Я же просил, не делай так!

— Отлично. Значит, живой.

Она бросила на кровать его рубашку.

— Собирайся.

— Куда?

— Со мной.

— Это звучит как похищение.

Через двадцать минут Рико стоял в ванной и смотрел на своё отражение. Седины стало больше. Он машинально провёл рукой по волосам, потом достал машинку, краску и бритву. Когда спустился вниз, Дина медленно оглядела его с головы до ног.

— Ну вот.

— Что?

— Совсем другое дело. Ты что, подкрасился? Тебе идёт твой чёрный цвет, как у ворона.

— Да, вернул себя двадцатилетнего. И не начинай.

— Возьми документы.

— Что происходит?

— Ты правда думаешь, что я просто так устроила тебе утренний террор?

— С тобой никогда нельзя быть уверенным.

Дина взяла ключи от машины.

— Поехали.

Дорога заняла около сорока минут. Чем дальше они ехали от центра, тем мрачнее становились улицы. Лицо Рико потемнело.

— Ты решила продать меня на органы?

— Не исключено.

Машина остановилась возле старого четырёхэтажного здания. Только название: «Детективное агентство». Рико медленно повернулся к ней.

— Нет.

— Да.

— Дина!

— Даже не начинай.

Она вышла из машины.

— Ты журналист. Ты умеешь разговаривать с людьми. Умеешь замечать детали. И у тебя слишком больная совесть, чтобы пройти мимо.

— Это худшее собеседование в моей жизни.

— А ты ещё внутрь не зашёл.

Внутри детективного агентства пахло кофе, бумагой и техникой. Несколько человек сидели за компьютерами. На стене висела карта города с отмеченными точками. Рико сразу понял, какими именно. Убийства. Он остановился возле карты. Красные отметки тянулись через весь город. Слишком хаотично. И одновременно — слишком правильно.

— Красиво, да?

Невысокий мужчина лет пятидесяти подошёл ближе. Седые виски. Тяжёлый взгляд.

— Дина много о вас рассказывала.

— Надеюсь, только хорошее.

— Нет.

Мужчина протянул руку.

— Бернардо.

— Рико.

— Знаю.

Он указал на дверь кабинета.

— Поговорим?

Директор задавал вопросы быстро и жёстко: о работе, о прошлом, о пожарах, о связях в городе, о Марко, о том, почему Рико до сих пор лезет в чужие проблемы. Рико откинулся в кресле, разомкнув пальцы.

— У вас отвратительный характер, — констатировал глава агентства.

— Мне часто об этом говорят.

— И склонность к саморазрушению.

— Это уже семейное.

— Отлично. То, что надо. Берём.

Рико нахмурил брови.

— Что?

— Не радуйтесь раньше времени. Зарплата ужасная. Но большая. Работа ещё хуже.

Дина победно скрестила руки. Под её именем на служебной карточке значилось: «Старший криминальный аналитик и судебный психолог».

— Я же говорила.

— Ты вообще всё это заранее спланировала?

— Конечно.

Бернардо протянул ему папку.

— Поздравляю. С этого дня вы официально работаете с нами.

Рико открыл папку. На первой странице лежала фотография очередной жертвы. А в углу снимка, едва заметно, был выцарапан знакомый символ. Тот самый. Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Что это?

— А вы мне скажите.

Рико задержал взгляд на знаке.

— Кажется... Он преследует меня уже слишком давно.

Первые дни в агентстве больше напоминали испытательный срок, чем настоящую работу. Рико не дали ни оружия, ни допуска к оперативным выездам. Бернардо оказался человеком старой школы.

— Здесь все сначала учатся слушать. Люди любят играть в детективов, пока не увидят первый труп вблизи.

Ему выделили временное место возле архива: старый компьютер, горы папок, доступ к внутренней базе и бесконечные часы просмотра материалов по убийствам. За грязным стеклом архивного окна, на противоположной стороне улицы, Рико дважды за утро заметил одного и того же мужчину в тёмном плаще. Тот просто стоял у фонарного столба, курил, смотрел на входные двери. Рико отметил это, но не стал отвлекать коллег.

Дина появлялась рядом редко. Большую часть времени она проводила на допросах, беседовала с родственниками жертв или составляла психологический профиль преступника. Рико быстро понял: в агентстве её уважали. Даже оперативники вдвое старше притихали, стоило Дине заговорить. Она замечала детали, которые остальные пропускали: интонации, страх, ложь. Но и сам Рико начал замечать мелочи: отражения в витринах напротив появлялись слишком часто, лифт приходилось ждать дольше обычного, прохожие будто невзначай оборачивались на вывеску агентства — и задерживали взгляд чуть дольше, чем нужно. Напряжение стягивало плечи, сжимало виски: никаких явных угроз, но каждая мелочь складывалась в одну тревожную картину.

Ему официально присвоили статус младшего следователя-консультанта. Формально — аналитик по внешним связям и журналистским архивам. Фактически — человек, которого Бернардо пока не решил, стоит ли подпускать к реальной работе.