Красный священник (ЛП). Страница 2

Впрочем, в отличие от прочих авантюристов, у Клейна в рукаве были припрятаны два козыря. Во-первых, он сам в былые времена носил гордое звание Ночного Ястреба. Юноша знал казенную кухню изнутри как свои пять пальцев: где можно проскользнуть незамеченным, а где двери наглухо заперты. Именно поэтому он без малейших колебаний отверг самый топорный план — нацепить маску одного из инквизиторов и попытаться под шумок просочиться за Врата Чаниса.

Изъян этой затеи крылся в том, что рядовым Ночным Ястребам ход за Врата Чаниса был строжайше заказан. Даже капитаны вкупе с дьяконами не имели права соваться туда без веской причины и санкции свыше. К тому же, по ту сторону дежурили Внутренние Стражи. Сунься туда чужак, да еще и потяни руки к запретному — кровопролитной бойни было бы не миновать. А марать руки в крови служителей Богини Клейну совершенно не хотелось.

Скрупулезно препарировав все переменные, он навел прицел именно на Внутренних Стражей.

Эти ветхие старцы были отставными Ястребами, добровольно избравшими затворничество ради надзора за запечатанными артефактами. Они существовали абсолютно обособленно от оперативных отрядов. Их маршруты пролегали исключительно по тайным подземным коридорам храма, так что они не мозолили глаза сыщикам, а те, в свою очередь, не совали нос в их мрачную обитель.

Долгие годы, проведенные за Вратами Чаниса, наложили на этих Стражей свой жуткий отпечаток. Они источали могильный холод, их лица превратились в бесстрастные, застывшие маски, а кожа обрела мертвенную бледность. Они походили на жутких призраков из бездны, зависших на самой тонкой грани между жизнью и смертью. Клейн ни на йоту не сомневался: столкнись он с таким бедолагой, опознать его не составит ни малейшего труда.

Черновой набросок его плана был таков: обзавестись шикарным особняком в Северном районе, поближе к собору Святого Самуила. Нанять целый штат прислуги — дворецкого, лакеев, горничных, садовников, кухарку да кучера, дабы пыль в глаза пускать. А затем, с завидной регулярностью обивая пороги храма, истово отбивать поклоны на мессах и не скупиться на щедрые пожертвования, чтобы шаг за шагом втереться в доверие к тамошним пасторам да епископам.

Попутно он намеревался высматривать тех самых затворников. Вычленив парочку подходящих кандидатур и дотошно изучив их повадки, он бы дождался идеального момента. А там — дело техники: скрутить одного из Стражей, нацепить его личину или же вовсе вселиться в тело бедняги. И уже под этим прикрытием беспрепятственно просочиться за Врата Чаниса, чтобы под шумок изучить или выкрасть тетрадь семьи Антигон.

Разумеется, это был лишь грубый, прошитый белыми нитками каркас. Подлинный шедевр ему предстояло вылепить позже, опираясь на те самые бесценные крупицы разведданных, что он соберет по ходу дела.

А вторым, поистине сокрушительным козырем Клейна был сам Клуб Таро. В его распоряжении имелись верные соратники, о чьем существовании не догадывалась ни Церковь Богини Вечной Ночи, ни Ночные Ястребы. Ко всему прочему, сыщик всерьез подумывал закинуть удочку и завербовать в свои ряды кого-нибудь из столичных инквизиторов или тех же Стражей. Опираясь на инсайдера, он смог бы провернуть это дело чужими руками — в точности так же, как некогда прожженный Заратул использовал великого императора Рассела, чтобы наложить лапы на тот самый фолиант.

«Как ни крути, а без частых визитов в собор не обойтись. Лишь там я смогу нащупать свою мишень…» — беззвучно, с твердой решимостью кивнул Клейн своему отражению.

Будем откровенны, душу его в этот миг раздирали весьма противоречивые чувства. Ведь вздумай какой-нибудь Ночной Ястреб или Страж добровольно продать Церковь с потрохами ради милости господина Шута, первым порывом Клейна было бы обрушить на голову этой омерзительной, беспринципной твари божественную кару!

Тяжело выдохнув и с горькой иронией усмехнувшись собственным мыслям, Клейн облачился в строгий двубортный сюртук, водрузил на голову цилиндр и, покинув уют номера, спустился на залитую дождем улицу.

Укрывшись под куполом зонта, он заложил крюк в соседний переулок. Воспользовавшись тем, что газовые рожки светили здесь из рук вон плохо, а густая пелена мороси скрывала очертания, сыщик молниеносно вернул себе былую физиономию Шерлока Мориарти.

С неудовольствием скользнув взглядом по изрядно измятым штанинам, Клейн вскинул руку, тормозя проезжающий мимо экипаж, и велел вознице гнать к особняку Айзенгера Стентона, расположенному здесь же, в Хиллстоне.

Спустя добрых полчаса сквозь пелену дождя перед ним вырос знакомый, слегка обветшалый и потускневший фасад.

Отстегнув кучеру два суля за проезд, Клейн, купаясь в тусклых, меланхоличных отблесках фонарей, уверенно и размеренно обогнул лужи, остановившись перед парадной дверью великого детектива.

Свернув зонт, юноша решительно потянул за шнурок звонка. Едва он успел перевести дух, как створка распахнулась, явив его взору весьма широкоплечего, крепко сбитого молодого человека.

Незнакомец щеголял русой шевелюрой пшеничного оттенка и пронзительными серо-голубыми глазами. Его высокие скулы кристально ясно выдавали в нем выходца из краев вроде Ленбурга или Маси.

«Новоиспеченный подручный мистера Стентона? Из тех, что бьют поклоны Богу Знаний и Мудрости?» — Клейн изящно приподнял шляпу и с вежливой улыбкой произнес:

— Добрый вечер. Мистер Айзенгер Стентон у себя?

— Истинно так. Он как раз вернулся после изнурительных трудов и только-только изволил отужинать, — с безупречной учтивостью отозвался русоволосый юноша. — Прошу простить, а как мне вас представить?

Клейн издал легкий, непринужденный смешок:

— Передайте великому детективу, что один его старый приятель наконец-то вернулся из затянувшегося отпуска.

Паренек на долю секунды опешил, после чего на чистых инстинктах выпалил:

— Мистер Шерлок Мориарти?

Глава 734

Старые знакомые

«Надо же, он обо мне наслышан? Стало быть, мистер Айзенгер Стентон частенько поминает старого приятеля, или же Церкви Бога Знаний и Мудрости прекрасно ведомо, что я увяз в деле о Великом баклундском смоге?» — сохраняя на губах легкую полуулыбку, Клейн невозмутимо кивнул:

— Истинно так. Я Шерлок Мориарти.

Юноша с серо-голубыми глазами тут же почтительно посторонился и, расплывшись в теплой улыбке, приглашающим жестом указал внутрь:

— Мистер Стентон места себе не находил от тревоги, опасаясь, не стряслась ли с вами какая беда. Теперь у него гора с плеч свалится.

Передав юноше зонт и на ходу снимая пальто со шляпой, сыщик переступил порог прихожей. В этот самый миг Айзенгер Стентон, уловив оживление, уже успел отложить газету с трубкой. Поднявшись с кресла-качалки, детектив сделал пару шагов навстречу гостю.

— О, Шерлок! Наконец-то вернулся! Воистину, сколько воды утекло, друг мой! — худощавое лицо Стентона, чьи виски уже посеребрила седина, озарилось радостью. Распахнув объятия, он устремился вперед, порываясь заключить приятеля в крепкие объятия.

Будучи совершенно неискушенным в подобных сугубо мужских проявлениях чувств, Клейн неловко, скомканно ответил на приветствие и со смешком произнес:

— Мистер Стентон, подобные порывы в корне расходятся с манерами истовых приверженцев Бога Знаний.

Как-никак, пасторы и епископы Церкви Бога Знаний и Мудрости испокон веков источали глубинное, врожденное высокомерие, крайне редко опускаясь до панибратских объятий.

Откровенно говоря, если вынести за скобки суровый Фейсак и фривольный Интис, в прочих державах подобный этикет вообще не пользовался спросом, считаясь уместным разве что в кругу самых закадычных приятелей.

Стентон, отступив на пару шагов, издал легкий смешок:

— Ничуть, Шерлок. По отношению к воистину мудрым соратникам мы отродясь не скупились на теплоту и почтение.

— В моих глазах вы железобетонно входите в пятерку величайших сыщиков Баклунда.

«А вот такие дифирамбы мне по вкусу!» — беззвучно рассмеявшись, Клейн с долей иронии парировал: