19–19. Страница 1

Валерий Пушной

19–19

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Пушной В. А., 2026

© Оформление. ООО «Издательско-Торговый Дом „Скифия“», 2026

1

Наконец-то все закончилось. Ужас, который последние минуты сковывал этих измученных людей, отступил, и настали мгновения полного обессиленного счастья. Они вырвались из ада. Удача! Все позади. Больше никогда в жизни они не хотели бы, чтобы им пришлось опять увидеть и почувствовать то, что довелось. А сейчас – упоение свободой, радость, смех, от которого давно отвыкли, и полное бездумье. Эта реальность была невероятной, потому что совсем недавно казалась несбыточной мечтой.

Тем не менее космокор прорвался сквозь кристаллоидные галактические заслоны, расставленные вокруг планет Безвременья. Никто не надеялся. Никто. Сознание до сих пор не воспринимало, как им это удалось, ведь галактические щессонные ловушки обойти невозможно. Перенаправить их работу тем более. Никто не мог выскользнуть за пределы планет Безвременья без разрешения галактической Системы, потому что Система работала безотказно и только на себя. Но все-таки получилось. И это не было случайным сбоем Системы. Ни в коем случае. Походило на то, что галактическая Система сама исторгла их космокор из пространства Безвременья. Не отключилась, нет, но на короткое время поменяла полюса, чтобы выпустить их. И это было необъяснимо.

Но ломать голову над такой необъяснимостью теперь бессмысленно, потому что ответ могла дать только Система, которая никогда никому не давала ответов. Казалось, что она жила собственной жизнью. Но это было не так. Система – создание галактического Разума, ее функции и роль определены изначально. Этот уголок Галактики вблизи планеты Барнарда оказался совсем не таким, каким всегда представлялся на Земле. Экспедиция отправлялась в этот уголок Галактики, чтобы выяснить, что кроется за тем галактическим белым пятном, из которого нет никаких импульсов, где время стоит на месте и который на Земле наименовали Пятном Безвременья. Оказалось, что Система скрывает за галактическим коллоидным фильтром планетарный треоплант Безвременья как мусоросборник Галактики, в который попадает все, что мешает целям ее развития.

Когда их экспедиция стартовала с Земли, они никак не предполагали, что довольно скоро их космокор будет подхвачен и унесен галактическим вихрем. Они окажутся в зоне паралинарного (пульсирующего разнонаправленного многополюсного) притяжения, которое введет их в состояние прострации. И, прежде чем оклемаются, щессонная ловушка втянет в сияющий провал Безвременья. Треоплант Безвременья состоит из трех планет, о существовании которых на Земле никогда не подозревали, потому что галактический коллоидный фильтр за белым пятном надежно скрывал планеты от всякого земного глаза.

Голограммы всех трех планет возникли в космокоре неожиданно и странно. Вихрями синей пыли и шаровыми сгустками излучений со звуковыми модуляциями. Никто из экспедиции не понимал, где они оказались. Лишь одно было ясно: цепкая щессонная ловушка стремительно тащила космокор в щессонный провал. Космокор стал неуправляемым. Оставалось только ждать, что произойдет дальше.

Но все это было в прошлом. Сейчас они вырвались в межпланетное пространство. Им повезло. Все остались живы. Хотя бывали моменты, когда казалось, все, амба, крышка, конец. В такие минуты тела стонали от боли и мозги плавились от полного отупения и безразличия.

Программа направила космокор по косой траектории к галактическому пути. Капитан Антон Стри, среднего роста, светловолосый, с мощным подбородком, впивался глазами в голограмму карты, на которой уже приближалась Солнечная система. Мала, а Земля того меньше. Но именно туда, к Солнцу, программа выложила их обратный маршрут. Разочарование и тоска били под дых. Во-первых, не выполнена цель полета, потому что программа отказалась следовать изначально намеченному на Земле маршруту из-за невозможности преодолеть сопротивление щессонной ловушки треопланта Безвременья. А во-вторых, щемило сердце оттого, что неизвестно, на сколько земных лет вперед унес их галактический вихрь, ибо вблизи треопланта Безвременья в щессонной ловушке потерян счет времени. Без сомнения, застать в живых тех, кого оставили на Земле, отправляясь в полет, уже не удастся. Надеяться на то, что время их пощадило, не приходилось. Космические часы, сутки, а тем более недели безжалостны к тем, кто отправляется в полеты по галактическим маршрутам, не щадит несущихся с запредельными скоростями в своих космокорах.

Лауреат Международной премии «Планетарник» Рив Канд назвал цивилизацию людей смрадным варевом неудачников. С ним можно соглашаться, можно не соглашаться, но дважды с начала двадцать первого века и в двадцать втором цивилизация стояла на грани самоуничтожения. В начале двадцать четвертого века другой крупный ученый, Лев Ковин, также обладатель премии «Планетарник», открыл Закон Пронизанных Галактик, в результате чего был получен частичный доступ к галактическим Знаниям. Люди с трудом и скрипом вползали под крыло Высшей галактической цивилизации. Ведь Земля охвачена не только человеческой мыслью, но пронизана галактическими процессами, вызванными всеобщим Разумом. В Единой галактической цивилизации каждой планете, населенной разумными существами, отведена своя роль.

С тех пор межпланетные космокоры Земли зачастили по галактическим маршрутам. Жадное любопытство и жадное постижение нового уводили космоплавов все дальше и дальше от Земли. Космокор «19–19» отправился в межпланетное пространство по маршруту, схожему с маршрутом «11–11», который улетел почти на три века раньше по земному времени и с которым однажды пропала связь, когда тот уже должен был возвращаться в Солнечную систему. На борту «19–19» находилось пятнадцать членов экспедиции. Все они доки в своем деле, хорошо подготовлены по программе, которую должны были выполнить, несмотря на то что та изначально считалась крайне сложной. Между тем ее сложность ни у кого из экипажа не вызывала опасений и сомнений в том, что все пройдет удачно. Никто даже не предполагал, что все обернется случившимся фиаско и космокор окажется бессильным преодолеть неожиданную, столь мощную преграду на пути. Если бы Система его не возвратила, очевидно, никого из экипажа уже не осталось бы в живых. Однако Система почему-то пощадила людей.

Но, возвращаясь ко времени подготовки полета, за несколько лет до его начала, на этапе обсуждений и разработки маршрута, по которому они потом отправились, возможность выполнения программы вызывала у ученых Земли немало споров. По разным причинам. Например, лауреат многих премий ученый Вил Шварц предостерегал об опасности этой затеи, ибо никто тогда не мог объяснить белые пятна на выбранном пути. Проникнуть в глубину галактических Знаний с целью найти ответы на возникшие вопросы не удавалось. Впрочем, все было закономерно. По Закону Пронизанных Галактик Льва Ковина Знания нельзя получить, нарушив очередность, установленную галактическим Разумом, и нельзя получить все сразу. Приходилось руководствоваться этим, однако нередко забегать вперед, подчас жертвуя жизнями космоплавов.

Итак, Система их вернула. Маршрут был сломан. Искусственный интеллект вел космокор обратно к Солнцу. А если учесть, что программа с перебоями реагировала на поправки космоплавов, не с первой попытки переключалась на ручной режим, неохотно отвечала на их запросы, было очевидно, что все они теперь в большой степени зависели от искусственного разума. А тот в щессонной ловушке получил повреждения, и от него отныне непонятно, чего ждать. И тогда капитан Антон Стри запросил программу:

– Ты сможешь довести космокор до Земли?

Искусственный интеллект не ответил сразу. Сначала в голограмме поплыли туманные полосы. И только после этого раздался голос: