Пекло. Полярный предел (СИ). Страница 18

Мамаша зашла внутрь, виляя хвостом и встала в дальнем углу. Щенки, один за другим, зашли внутрь и замерли рядом с матерью. В отличие от нее, испуганно-нерешительной, они рассматривали людей с любопытством.

— Я заберу тазик и проверю, как там обстановка. — Алена выскочила в дверь, не дожидаясь ответа.

— Не открывай наружную дверь. — Попросил вслед Иван.

Его громкий возглас напугал песца. Она дернулась, решив, что прикрикнули на нее.

— Не-не, дорогуша, это я не тебе. — Иван подошел и присел рядом с животным. — Вот, народ, лишний повод не повышать голос. Разговариваем тихо с добродушной интонацией.

— Какие мы блаженные. — Тихо добавил Роман.

На него сразу цыкнули.

Песец постепенно успокоился и лег в дальнем уголке, но взгляд с людей не спускал. Щенки разлеглись вокруг и не проявляли признаков беспокойства, положившись на защиту матери.

— Чего там Алена застряла? — Беспокойно поинтересовалась Валентина.

Дочь как будто ее услышала. Открыла дверь и увидев в слабом свете горящей свечи развалившихся под ногами щенков, осторожно переступила через них. Животные, после перенесенной жары чувствовали себя на холодном полу в полном комфорте и спали очень крепко.

Алена оставила рядом с ними тазик и прошла к брату с матерью.

— Потрогайте мою голову. — Она склонила ее в сторону мамы.

Та дотронулась.

— Ого, горячая. Там так жарко?

— Да. Наружная дверь такая раскаленная, что обжигает руку. Я хотела выглянуть, но побоялась. Там так трещит и стреляет, что страшно представить, какая жара может это сделать.

— Природе конец. Кто не замерз, тот изжарится. — Заявил Борис. — А я надеялся в ямах мороженую рыбу пособирать.

— Все мы на что-то надеялись, а получилось… — Руфина не договорила, как получилось, но все и так поняли.

У каждого жителя имелись на ближайшее будущее собственные планы. Кто думал съездить на большую землю перед зимой, кто насобирать даров северной земли, кому пора было ехать на вахту. Но природа их перечеркнула, нисколько не заботясь о людях, давая ясно понять, от кого в большей степени зависит исполнение планов. Кто настоящий хозяин планеты, а кто самозванец.

Глава 6

Глава 6

Щенки освоились раньше матери. Преодолев природную осторожность, они взялись проявлять интерес к людям как умели. Ласк они не понимали, злились и пытались укусить за руку. Детеныши песца играючи нападали на ноги людей, пытались рычать, подражая взрослым. Иногда они в запале могли передраться между собой. Мамаша не решалась подходить к людям и уже тем более не давалась погладить. Иван знал повадки диких животных и даже не пытался установить с ней более тесный контакт. Но вот Алена, испорченная цивилизацией, чуть не лишилась пальцев, хотя брат ее предупреждал.

— Почему она такая злая? — Испуганная сестра вернулась на свое место. — Мы ее кормим, пора бы уже понять, что ей ничего не грозит.

— Это ты думаешь, как человек, а она думает, как песец. Мир животных — это непрерывная война. Чуть расслабился, или съели, или пустили на шкурки. Кто не умеет жить в постоянном напряжении, тот долго не живет. Поэтому наша Изольда всегда наготове дать отпор.

Мамашу песца решили назвать Изольдой. Оно показалось людям, прячущимся под землей, достаточно благородным и изысканным для пушного зверя.

— Я думала, что животные живут в гармонии. — Призналась Алена. — Что только мы, люди не можем ее найти, потому что слишком разумные и вечно мечемся в поисках ответов, а животные живут так, как было изначально задумано, в полном согласии с миром.

— Ты права, они живут в гармонии, только она вот такая сложная, про ежедневное выживание. Мы люди, хоть и те еще гады, все же умеем жить в мире. Нам не надо каждый день бояться, что дядя Борис убьет Софью Марковну или дядя Роман нападет на Марселя и отобьет у него Руфину.

— Я? — Удивился Роман. — Если я на кого и нападу, то только попросить, чтобы мне измерили давление.

— Почему собаки и кошки, живущие в питомнике, мечтают вырваться оттуда и оказаться в обычной человеческой семье? Казалось бы, животным одного вида должно быть комфортнее друг с другом, но нет, им хочется жить с человеком, а не с себе подобными. Внутри своего вида они настроены конкурировать за всё и всегда, за корм, за внимание, за главенство. Это постоянно напряжение, не расслабиться, не поспать. Я часто думал об этом и мне пришло забавное сравнение, что животным хорошо с человеком, как человеку было бы хорошо с тем, кто находится над нами. — Иван показал вверх пальцем. — С богом или духами, смотря чьим представлениям больше верить.

— Но он нам не показывается, чтобы не палить контору. — Засмеялся Роман. — И не хочет, чтобы у него в доме жили какие-то человеки.

— А если мы для него такие же дикие, как этот песец, зачем он нас потащит к себе. Докажи готовность жить с ним, тогда видно будет. — Поддержала Валентина идею сына.

Он уже не раз рассказывал о ней матери. Раньше она относилась скептически, но сегодня ей показалось, что сын прав.

— А сейчас-то что происходит? Бог избавляется от дикой формы человека? — Скептическим тоном поинтересовался Роман.

— Не знаю. Нам же неисповедимы пути Господни. Как вы думаете, мыши понимают за что их травят люди? — Поинтересовался Иван.

— Ну, что-то понимают, конечно, по крайней мере чувствуют, что в человеческих закромах им не рады. — Предположил Марсель. — Но мне кажется, что разница между человеком и богом намного серьезнее, чем между мышью и человеком.

— Наверное. — Иван пожал плечами.

— Так, народ, вы, конечно, простите меня, что прерываю высокоумные беседы, но пора и о земном. Пойду коня выгуляю, заодно разведаю обстановку. — Борис поднялся на ноги, скрипнув суставами.

— Смотри, коня не подпали. — Поддел его Роман. — Сразу-то из-под попоны не доставай.

Народ с готовностью рассмеялся.

— Ученый уже. Однажды пожар тушил таким способом. В той местности, где я жил, меня так и прозвали, Брандспойт. Но мало кто выговаривал, поэтому кличка не прижилась.

Борис подошел к двери. Изольда оскалилась. Щенки, пригревшиеся у матери, зашевелились, заурчали, но проснуться не смогли.

— Да не трону я тебя, дура. — Борис прошел мимо, не обращая на нее внимание.

Изольда посмотрела ему вслед, потом легла мордой на собственные лапы и закрыла глаза.

— Догадалась ведь искать помощи у людей. Видно, что не доверяет, но понимает, что другого способа нет. — Заметила Алёна. — Это ведь проявление логики, а не инстинктов.

— Одна на тысячу, которая догадалась так поступить. Если мир окончательно не погибнет, то от ее щенков и пойдет умный вид песцов. — Предположил Иван.

— Только не пугай нас, пожалуйста, мрачными прогнозами. У меня и так душа не на месте. За мужа переживаю, за детей. — Призналась Лида. — Надо же, осталась одна в такую беду.

— Не одна, с нами. — Попыталась Валентина успокоить ее.

— Вы — это вы, а семья — это семья. — Лида не собиралась принимать факт одиночества за норму. Надеялась, что с мужем все в порядке и он найдет способ вернуться домой, когда все закончится.

Борис заскочил на склад, снова напугав дикое животное. Изольда зарычала, но увидев, что к ней нет никакого интереса, успокоилась.

— Ого-го, народ, вот это жара, хоть париться иди. Сотка точно есть. В двери дымом тянет, наверное, леса горят. А еще мне показалось, что там начинается гроза. Что-то гремело и ветер усилился.

— Это хорошо, если гроза. Пожар зальет и температуру понизит. — Предположил Марсель.

— Я тоже подумал об этом. — Борис сел на свое место. — Контраст температуры между тем и этим помещением разительный. Я сейчас даже не уверен, что вечная мерзлота на самом деле сможет удержаться столько, сколько я предполагал. Стены в тамбуре уже высохли и горячие. Надо за обвалившимся углом внимательно следить, а прорвется жижа внутрь, не выберемся.

— Пара дней у нас точно есть. — Предположил Марсель. — Меня сейчас больше беспокоит, как мы будем спать. На полу холодно, сидя, уже задница и спина болят.