Лейтенант империи. Часть четвертая (СИ). Страница 4

— У меня тоже, — сообщил я, и тут в голове зажужжала пчела, да не просто зажужжала, а укусила меня в висок. Кольнуло так больно, что я выругался, дёрнул головой и замер. Замер потому, что увидел невидимку.

Средний доспех, больше нашего раза в полтора и мощнее раз в пять, он не стал идти вместе со своими людьми. А медленно, осторожно, вылез из коридора-обрубка, и, прячась за обрывками обшивки, пополз к нашему астероиду по остаткам спицы. Прямо туда, где за гермодверью дежурили Арфа и Щукин с Терпением.

Я, было, прицелился в него, и приготовился стрелять, как краем глаза увидел в остатках коридора второго невидимку.

Сердце замедлило бег, а в горле пересохло, и образовался ком.

— Во втором переходе двое, — сообщил я, справляясь с эмоциями и проглатывая ком в горле, но вышло тихо, словно шепотом. — Приготовься, будем атаковать, прикроешь меня от остальных

— Принял, Тур, — почему-то также шёпотом ответил Гвоздь и добавил: — у меня тоже невидимка вылез.

Глава 2

Трое невидимок — чёрт! Торпеду в, да нафиг торпеду, фотонную бомбу или что там. Трое! Это….

— Спокойствие, только спокойствие, всё правильно сделали, никого брать сюда не надо было, сами справимся.

— Да я не возражаю, — тихо ответил Гвоздь, и я понял, что говорю мысли вслух. — Только, как будем работать? Нас тут всего двое, а их почти целое отделение.

— Мы не одни, у нас четыре робота, — поправил я Анджея, удобнее перехватывая винтовку, — и ещё, вспомни, что нам говорили про защиту индексом, локальные щиты и сферу?

— Много чего….

— Тур, у нас снова попытка атаки, они прут вперёд, выставили стальные щиты и идут, — прервал Гвоздя Татарин.

— Отбивайтесь, они отвлекают от атаки сверху, — я мгновенно переключился на новую проблему, глянул краем глаза на видео, понял, что враг завязнет на заминированном участке, и парни отобьются. — Если мины их не остановят, переходите на наше оружие, щиты пробьете, и они откатятся.

— Принял, — ответил Татарин под звуки начавшихся выстрелов, а я вернулся к нашей с Гвоздём ситуации.

— Все защитные техники взаимодействуют с окружающим миром и подвержены законам физики, аура цепляется даже за атмосферу и гасит энергию ударов, распыляя её в ту самую атмосферу.

— А у нас тут вакуум, — голос Анджея, кажется, слегка повеселел от моих слов. Говорю же, умный у меня зам, быстро схватывает, на лету. — Это твой план? Отбросить их в открытый космос с поверхности астероида?

— Именно, — я тоже не сдержался от улыбки, — потому нам не обязательно поразить врага пулей, пусть защищается, ставит щиты, мы его просто собьём с астероида, как бильярдный шар, или мячик для пинг-понга.

— Тогда и роботы помогут, — Анджей воспарил духом, понимая, что древнее оружие роботов-пауков тоже может сыграть роль бильярдного кия или теннисной ракетки.

— Так точно, — поддержал я его восторг, и дал команду, — приготовься, начинай выбивать с невидимки, а потом сразу на остальных. Не больше двух выстрелов на противника, один в страховочный трос, второй в корпус, потом новый заход.

— Есть, — отозвался Анджей и замолчал, я же стал выжидать, когда один из моих невидимок подставится под выстрел.

Их всё также было двое. Один выглядывал из огрызка коридора, раздвигая рукой заросли обвисших кабелей и проводов, а второй осторожно, рваными рывками лез по остаткам правой стены спицы.

Я приник к прицелу винтовки. Вывел приближение на максимум и пытался увидеть страховочный трос, которым он пристегнулся. Ведь, если я попаду в невидимку, и он соскользнёт со стены, то просто повиснет на нём и быстро заберётся обратно, а мне этого точно было не нужно.

Взрыв в спице произошёл чудовищный по силе, но на остатках переборки всё ещё работали светодиодные светильники. Не все уцелели, но их света хватало, чтобы попытаться найти тонкую, спасительную ниточку. Только ниточки не было.

Я не мог поверить своим глазам — неужели брит решил работать без страховки? Возможно мне не хватает приближения, чтобы рассмотреть страховочный тросик? Или внимания и сосредоточенности? Ведь, одновременно с прицелом, я ещё и слежу по видео за тем, как дела у ребят в левой спице, а также управляю каждым роботом, и через их оптические системы смотрю за бритами на соседних астероидах.

Так, отключиться от камер бойцов, сами справятся, не маленькие. Прекратить контролировать каждого робота по отдельности, оставить контроль только за двумя главными пауками, и на их системы управления замкнуть остальных. Сознание ужалось до трёх потоков и сразу стало как-то легче. Движения невидимки на переборке не выглядели больше дёрганными. Они стали плавными, неторопливыми, а я понял, что не привык ещё к этой технике внутренней силы. Шесть параллельных потоков сознания — это сложно для меня. Три пока что максимум для комфортной работы.

Пока я ковырялся у себя в голове, невидимка на стене пересёк её большую часть и приготовился прыгать вперёд. Страховочный тросик я так и не увидел, потому решил стрелять. Очевидно же, противник по любому вставил вокруг себя защиту. Мне надо лишь попасть в него во время прыжка, и его просто отбросит назад по инерции. Пуля 15 мм передаст столько энергии при столкновении, что его впечатает в переборку. Но мне нужно не это. Мне надо, чтобы он улетел в открытый космос, и пусть там себе кувыркается, пока есть воздух. Реактивного ранца на нём нет, значит, сюда он не вернётся, какой бы индекс у него не был.

Невидимка подтянул ноги, сгруппировался. Сердце у меня в груди пропустило удар, во рту резко пересохло. Даже в пальцах на спусковом крючке неприятно закололо, а время, неожиданно, растянулось на целую вечность.

Враг прыгнул.

— Огонь, — выплюнул я команду, и винтовка харкнула смертельным снарядом.

Тут же отстрелялся и Гвоздь. Роботы пауки вскочили из своих ям и со всех стволов начали палить в сторону бритов на астероидах. А я резко перевёл винтовку на огрызок коридора. Моментально поймал в прицел второго невидимку и снова нажал на спусковой крючок.

Второй невидимка, словно почувствовал неладное. Дёрнулся в сторону, вскинул руку, и пуля завязла в его щите. Но, как я и говорил, это не планета, мы тут играем на бильярде. Его снесло инерцией в остатки туннеля, и он исчез из виду. Я тут же снова навёлся на первого и ещё раз выстрелил.

Можно было и не стрелять. Страховочный тросик, как оказалось, был, а я промахнулся первым выстрелом. Попал не в корпус, а в голову. Потому теперь невидимка, обвиснув, словно кукла марионетка на верёвочках, болтался на тросике с остатками шлема на плечах. Видимо, он не поставил никаких силовых щитов, и мой выстрел оказался смертельным.

— Минус один, — сообщил я Гвоздю и резко навёлся на соседний астероид, где роботы прижали бритов плотным огнём.

Как раз один враг высунулся из-за неровности камня и прицелился в нашу сторону. Выстрелить я ему не дал. Не знаю, какой у него был индекс, но его шлем тоже сорвало и тело улетело в открытый космос.

— Минус два, — добавил я.

— Минус два, — ответил Гвоздь, и тут же добавил: — в невидимку попал, но он щит выставил срулил в тёмное пятно. Я подбил двоих с реактивными ранцами. Они взлетели, и я их, как курапаток.

— Принято, — я отменил команду огонь у роботов, и на астероидах установилась тишина.

Это я утрирую, конечно же. Какой шум в космосе? Звуку негде распространяться, тут же вакуум. Но мозг играет странную шутку с нами. Знаю, что роботы стреляли из пяти пулемётов, каждый из которых похож на шестиствольный миниган. И это знание заставило слышать резкий гул от этого оружия, словно мы на обычном полигоне, на обычной планете.

— Ты тоже слышал, как работали пулемёты? — спросил я на всякий случай.

— Ага, — подтвердил Гвоздь, — но это самообман, тут же нет звуков, тут….

— Да знаю, — не дал я ему договорить, — просто уточнил, не один ли я такой впечатлительный.

— Хах, не один, — в голосе Анджея слышались облегчение и радость. — Блин, Тур, а классно мы их прижали.